Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
Для участников обсуждений: Вход | Регистрация
«ПВ» № 3, март 2007  -  cодержание номера 

Природные кладовые Дальнего Востока:
постигнет ли регион участь Аляски?

Евгений Козловский

вице-президент РАЕН,
д. т. н., профессор

В конце прошлого года состоялось заседание Совета безопасности России, посвящённое проблемам Дальнего Востока. На нем президент страны сказал, что «Дальний Восток слабо привязан к общероссийскому экономическому, информационному, транспортному пространству». С 1991 г. его покинули более 2 млн. постоянных жителей и ситуация в регионе угрожает национальной безопасности.

Поэтому была образована Государственная комиссия по Дальнему Востоку под председательством премьер-министра М. Фрадкова, которая должна разработать стратегию развития и скоординировать существующие программы по этому региону, в том числе по военному укреплению границ. Однако продолжающийся отток населения ставит под угрозу любые начинания, в том числе укрепление экономики.

Возникает вопрос: что мы хотим от этой огромной территории, освоенной нашими предками? Не постигнет ли ее участь Аляски, если она формально будет оставаться в составе Российской Федерации, а содержимое ее кладовых будут без особой пользы для развития экономики страны вывозить за рубеж?

Незваные покупатели

В 1990-х годах ведущий консультант Института мировой политики США Уолтер Рассел Мид опубликовал ряд статей под общим названием «Не купить ли нам Сибирь?». В них, особо не аргументируя экономическую выгоду гипотетической сделки, он сделал акцент на неспособности власти управлять богатейшим краем, плачевном состоянии его инфраструктуры, кризисе в отношениях с центром, воровстве на всех властных уровнях, равнодушии местных жителей к попыткам Москвы восстановить контроль на местах, чувстве безнадежности в среде местной интеллигенции и т.п.

Он полагает, что эта сделка позволит «спасти гибнущий регион, опускающийся в пучину исторического небытия на фоне роста крайних националистических настроений в среде плохо образованной и радикально настроенной молодежи».

И далее пишет, что «вакуум власти на Дальнем Востоке приводит к тому, что его заполняют инородные, но популярные здесь силы — толпы протестантских миссионеров, адепты радикальных сект и экзотических культов, кришнаиты, сторонники Муна... Их присутствие и влияние в регионе — реальность нынешнего Дальнего Востока. Их помощь местным жителям может стать тем американским «арахисовым маслом», которое стольких спасло от голода в послевоенной Европе».

Так «радетели» о нашем благе пытаются создать впечатление о плохо освоенных нами районах. Но упомянутый американский политолог лишь сконцентрировал применительно к Дальнему Востоку высказывания ряда официальных лиц Запада, в частности З. Бжезинского, какой они хотели бы видеть Россию: она им нужна лишь в качестве сырьевого придатка.

Объемы потребления полезных ископаемых во многом характеризуют уровень развития экономики и степень национальной безопасности государств. Россия занимает в этом отношении особое место. Процветающие ныне страны, не обладающие должным горным потенциалом, через несколько десятилетий могут оказаться в совсем иной экономической ситуации. Поэтому в США усиливается стремление решать свои минерально-сырьевые проблемы в глобальном масштабе.

В число ее стратегических материалов в первую очередь включены те виды минерального сырья, источники которых на территории США или отсутствуют (олово и вольфрам, марганец и хром, сурьма и редкие металлы, платина и алмазы и др.), или же не могут обеспечить полностью в них потребности (нефть и др.). Первоначально список стратегических материалов США состоял из 28 наименований. Сейчас в нем 107 видов, в том числе металлы, материалы минерального происхождения, руды и их концентраты, суммарная стоимость которых оценивается более чем в 25 млрд. долларов.

В начале «перестройки» российские власти передали США часть нашей акватории на Дальнем Востоке. Позже уступили Китаю острова Тарабаров и Большой Уссурийский и еще два безымянных. Все это, по оценкам, нанесло ущерб России в 3-4 млрд. долларов (потеря вложенных средств, затраты на ликвидацию укрепрайона, обустройство новой границы и пр.). Поговаривают также о передаче Японии двух островов Курильской гряды, полезные ископаемые в недрах которых оценениваются в 45,8 млрд. долларов, а прибрежная добыча биоресурсов – в 2 млрд. долларов в год.

Минерально-сырьевой потенциал региона

Экономически восточная часть России отличается от европейской не только количественно, но и качественно: это территории, где преимущественно производится сырьевая продукция, причем она конкурентоспособна. Каждый второй восточный регион отдает в федеральный бюджет больше, чем получает из него. При этом если в среднем по России доля средств из федерального бюджета в доходах региональных бюджетов составляет 11%, то на территории Сибири и Дальнего Востока треть субъектов Федерации получает меньше этой средней «подпитки».

Эти территории были и остаются местами размещения относительно новых, мощных и, главное, работающих предприятий. Но власти новой России не смогли понять важности БАМа и упустили время, в связи с чем был подорван громадный потенциал освоения природных месторождений на Востоке страны. В результате большое количество населения оказалось в тяжелейших условиях.

За эту недальновидную политику ныне расплачиваются дорогостоящими программами переселения «лишних» людей из 27 северных регионов. Тем не менее, еще не все потеряно и минерально-сырьевой потенциал Дальнего Востока в совокупности с Восточно-Сибирским регионом в состоянии обеспечить их комплексное экономическое развитие.

Предпосылки расширения минерально-сырьевой базы только Дальнего Востока значительны, на что указывают официально утвержденные цифры прогнозных ресурсов профилирующих видов полезных ископаемых. В частности, здесь сосредоточено почти 100% общероссийских прогнозных ресурсов олова и серебра, около 60% вольфрама, 45% золота и алмазов.

Мощным ресурсным резервом является углеводородное сырье, прежде всего, на слабоизученных территориях Якутии, а также в акватории прилегающих шельфов дальневосточных окраинных морей. На сегодняшний день прогнозные ресурсы углеводородов в ДВФО с учетом акваторий составляют 20% общероссийских.

Оценивая нынешнее состояние минерально-сырьевой базы Дальнего Востока следует акцентировать внимание на следующих проблемах.

В минерально-сырьевой базе округа нарастают негативные тенденции: большинство месторождений высоколиквидных полезных ископаемых (золота, платины, серебра, алмазов, полиметаллических руд) находится в распределённом фонде недр. И хотя готовятся в передачу для освоения такие крупные объекты как Прогноз (серебро), Томтор (редкие металлы), Сардана (свинец, цинк), Кючус (золото), Чаядинское (газ) в Республике Саха (Якутия), Агинское, Асачинское, Золотое (золото) на Камчатке и ряд других, это означает, что в ближайшие годы в регионе будет исчерпан резервный фонд крупных конкурентоспособных месторождений.

Значительно отстаёт прирост запасов рудного и россыпного золота, платины, цветных металлов от темпов их добычи. Ухудшается и структура запасов за счёт выбывания запасов высоких категорий и недостаточного восполнения их ресурсами категорий С2 и Р1. Вместе с тем увеличивается доля месторождений со сложными горно-техническими условиями и бедными рудами.

Сведена до минимума добыча сурьмы, олова, вольфрама, как из-за снижения внутреннего потребления этих металлов, так и отсутствия конкурентоспособных месторождений. Разработка месторождений полезных ископаемых, в первую очередь сурьмы и олова, нерентабельна из-за высоких транспортных тарифов. Значительная доля добываемых в регионе полезных ископаемых (полиметаллические руды, руды бора, плавиковый шпат и т. п.) вывозится за пределы округа, в том числе за рубеж, в виде продуктов низкой степени переработки.

Крайне остро стоит вопрос расширенного воспроизводства минерально-сырьевой базы округа за счёт привлечения ассигнований из всех источников. Оно должно основываться, в первую очередь, на промышленном освоении уже открытых месторождений нефти и газа в Западной Якутии (Непско-Ботуобинская и Лено-Вилюйская НГО), а также на Северном Сахалине и прилегающем шельфе (Охотская нефтегазоносная провинция).

Наращивание промышленных запасов углеводородного сырья возможно и за счёт освоения шельфов северной части Охотского моря с прилегающей зоной Западной Камчатки, а также северной части Хабаровского края и Магаданской области. Высоким углеводородным потенциалом обладают моря Дальнего Востока и северо-востока России (Японское, Берингово, Чукотское, Восточно-Сибирское, море Лаптевых), хотя, откровенно говоря, освоение их в ближайшее время представляется проблематичным.

Во-вторых, это развитие угольной отрасли на основе поисков, разведки и освоения новых перспективных площадей и месторождений с высококачественными каменными углями на глубинах, доступных для открытой разработки, а также геолого-экономической переоценки существующих месторождений с выделением блоков высококачественных углей и участков для открытой добычи. Обеспечение твёрдым топливом удалённых от центров добычи и транспортных коммуникаций энергодефицитных районов связано с использованием местных угольных ресурсов за счет строительства «малых» разрезов.

В-третьих, необходимо начать освоение крупнейших в стране урановых месторождений Эльконской группы (вблизи железнодорожной станции Томмот) с комплексными рудами, содержащими, кроме урана, золото, серебро и молибден, а также выявление новых сырьевых баз урана, которые должны компенсировать выбывающие мощности Стрельцовского уранорудного района в Забайкалье.

В-четвёртых, надо начать освоение золоторудного потенциала большеобъёмных месторождений в черносланцевых толщах и карбонатных отложениях. В последние годы в районах традиционной золотодобычи, в частности, в Магаданской области, были подтверждены перспективы обнаружения новых объектов такого типа, освоение которых с применением современных технологий добычи и переработки руд позволит уже в ближайшие годы в 1,5-2 раза увеличить масштабы добычи золота в стране.

В-пятых, это выявление новых золотосеребряных месторождений в пределах гигантских вулканогенных поясов Дальнего Востока. Месторождения этого типа – наиболее востребованные объекты добычи благородных металлов в регионе. К ним относятся большинство отрабатываемых в настоящее время месторождений золота и серебра (Кубака, Многовершинное, Дукат, Лунное, Покровское, Хаканджа, Купол, Валунистое, Биркачан и др.). Необходимы разведка и освоение новых сереброрудных месторождений, предпосылки для выявления которых имеются на востоке Якутии.

В-шестых, это освоение известных месторождений железных руд в Якутии и Амурской области. Юг Восточной Сибири чрезвычайно богат запасами железных руд и коксующихся углей, обеспечивающих создание крупного горно-металлургического комплекса. Разведанные запасы железных руд Якутии, Хабаровского и Приморского краёв, Амурской области составляют 10,8 млрд. т, из них категории А+В+С1 – 4,5 млрд. т. Общее количество прогнозных ресурсов по этому региону составляет 12,9 млрд. т, из них в Южной Якутии -7,7 млрд. т.

Регионы восточной части России в значительной степени из-за географической близости ориентированы на рынки стран Азиатско-тихоокеанского региона (АТР), на которые в начале 1980-х годов приходилось 67% регионального экспорта. Сегодня эта доля ввиду резкого роста транспортных издержек внутри России ещё выше. Рынок АТР сегодня наиболее динамичный в мире во многом благодаря бурному экономическому росту азиатских новых индустриальных стран.

Многие из них, включая Россию, являются членами форума Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС). К началу XXI в. на страны форума приходилось 42% населения Земли и около 50% мирового товарооборота, а их совокупный валовой продукт превышал 24 трлн. долларов или 56% общемирового.

Бурное развитие АТР даже при нашей пассивной экономической политике не оставит нас в стороне, и мы так или иначе будем вовлечены в этот процесс. Поэтому необходимо разработать такие принципы освоения восточных регионов, которые были бы притягательными для других стран с целью привлечения их капиталов.

Основа для этого имеется. Разрабатываются несколько проектов трубопроводов в АТР из регионов с избыточными газовыми ресурсами. Компаниями КННК (Китай), Mitsubishi и «Эксон» рассматривается вариант строительства газопровода протяжённостью 6 тыс. км из Туркменистана через Узбекистан, Казахстан (Джунгарские ворота) в Западный Китай и далее до портов Тихоокеанского побережья. Есть варианты более короткой трассы, но через территории с нестабильными политическими режимами (Афганистан, Пакистан).

 В такой ситуации поставки газа из России имеют явные преимущества в виду её относительной географической близости к странам АТР. В «Газпроме» разрабатывается несколько вариантов добычи и поставок газа в АТР, учитывающих перспективы расширения сырьевой базы на севере Западной Сибири, в Восточно-Сибирском и Дальневосточном регионах России: это трубопровод Западная Сибирь (Новый Уренгой) – Томск – Кемерово - Новокузнецк – Джунгария и далее по территории Китая до Шанхая и трубопровод Север Западной Сибири – Томск – Иркутск – Улан-Удэ – Улан-Батор – Пекин.

В обоих случаях в качестве исходной сырьевой базы рассматриваются месторождения двух газоносных областей на северо-востоке Западной Сибири: Усть-Енисейской и Пур-Тазовской с суммарными разведанными запасами более 3000 млрд. кубометров. Не исключается возможность подключения по ходу трассы месторождений Томской области, Красноярского края (Юрубчено-Тохомское, Собинское), Иркутской области (Ковыктинское) и Республика Саха (Якутия), где расположены крупные залежи Непско-Ботуобинской группы.

Однако любой вариант крупномасштабного экспорта нефти и газа из России в страны АТР, наряду с другими проектами, не должен быть самоцелью, а способствовать развитию экономики наших восточных районов, расширению там геологоразведочных работ на углеводородное сырьё и созданию нового потенциала для региональной энергетики. Поэтому выход на Азиатско-Тихоокеанский рынок сырьевых ресурсов представляется важнейшей геополитической задачей России.

Стремительно растёт потребление нефтепродуктов и нефти китайском рынке: до 40% годового мирового прироста. По оценке аналитиков департамента энергетики правительства США, к 2025 г. по потреблению нефти Китай обгонит США. Стабильное превышение спроса над предложением обеспечивает высокие цены на нефть и газ в Китае и делает этот рынок очень привлекательным.

На восточном направлении за российскую нефть борются Япония, Южная Корея и США. При благоприятном сценарии развития мирового рынка нефти средняя ее цена составит не менее 30 долл. за баррель (220 долл. за тонну). Это значит, что выручка от экспорта нефти из Восточной Сибири может составить 26 млрд. долл. в год, причём 23 млрд. долл. сможет обеспечить продажа нефти, поставляемой по БАМу и через систему нефтепроводов Тайшет-Находка.

Нефтяная промышленность Восточной Сибири привлекательна как для крупнейших российских и иностранных нефтяных компаний, так и для средних инвесторов из России, США, Китая, Японии, Южной Кореи и Казахстана. Инвестиционная привлекательность нефтяного комплекса Восточной Сибири определяется тремя главными факторами:

- нефть Восточной Сибири необходима Китаю, Японии и Южной Корее, и они готовы инвестировать средства в разведку новых месторождений и строительство транспортных систем;

- нефтегазоносные провинции Восточной Сибири разведаны всего на 36%, и пока ещё возможно создание новых нефтяных компаний с добычей до 20 млн. т нефти в год за счёт поисков и разведки новых месторождений;

- в Восточной Сибири существует достаточное количество независимых нефтяных компаний, приобретение которых позволяет создать новую корпорацию, или увеличить активы, работающих в этом регионе компаний.

Аналитические исследования показали, что для инвесторов в регионе пока доступны более 2 млрд. т извлекаемых прогнозных ресурсов нефти, однако большую часть их предстоит ещё перевести в разряд запасов.

Оценки перспектив

Очевидно, что курс на увеличение экспортных поставок углеводородного сырья, по крайней мере, на ближайшие 10 лет, остается неизменным. Но для обеспечения лидерства России в производстве и экспорте энергетического сырья, в первую очередь нефти и газа, необходимо решить ряд сложных проблем.

Сейчас большинство крупных месторождений находится в стадии падающей добычи при средней выработанности начальных запасов до 60-90%. По официальным данным доказанные запасы нефти по категориям А+В+С1 Сибирского и Дальневосточного федеральных округов в настоящее время в сумме составляют около 1010 млн. т.

При этом запасы восьми крупнейших месторождений составляют 564 млн. т, а остальные рассредоточены по нескольким десяткам мелких месторождений, разбросанных на громадной площади в несколько миллионов квадратных километров. Несложный расчет показывает, что достоверные запасы по категориям А+В+С1 всех открытых месторождений смогут обеспечить полномасштабную эксплуатацию строящегося нефтепровода Восточная Сибирь – Тихий океан (ВСТО) с пропускной способностью 80 млн. т в год лишь в течение 12,6 лет. Этого явно недостаточно для обоснования строительства такого дорогостоящего объекта.

Очевидно, что решение о строительстве ВСТО принималось в расчете на высокие перспективы нефтеносности территорий Сибирского и Дальневосточного округов, что нельзя считать окончательно доказанным. Несмотря на очевидные геологические перспективы, подготовка запасов нефти и газа в Восточной Сибири ведется медленно.

Крупные структурные зоны Сибирской платформы (Тунгусская, Присаяно-Енисейская Синеклизы и др.) изучены очень слабо, вследствие чего достоверный прогноз ресурсов проблематичен. Разведанность нефти в Сибирском и Дальневосточном федеральных округах составляет: в первом 7,8%, во втором - 11,9%. Судя по темпам, задача подготовки необходимых запасов нефти здесь будет решена не скоро.

Лучше обстоит дело с обеспечением высокоэффективной эксплуатации вновь строящихся газопроводов. Поэтому проработка проекта строительства газопроводов по одному или двум маршрутам в Китай, Японию или Южную Корею с пропускной способностью каждого по 30-40 млрд. куб. м с точки зрения обеспеченности запасами является вполне реальной.

Главным месторождением, газ которого пойдет по транссибирскому газопроводу, является уникальное Ковыктинское. Особенностью ковыктинского газа являются содержащиеся в нем в значительных количествах инертный газ, гелий и ряд других ценных компонентов.

Содержится гелий и в ряде других газовых месторождений Восточной Сибири. Согласно прогнозам после 2007 – 2010 г.г. на мировом рынке будет ощущаться острый недостаток гелия. Поэтому вместе с сооружением транссибирского газопровода должна быть решена проблема утилизации содержащегося в природном газе гелия.

В последние годы в практику оценки Министерством природных ресурсов результатов геологоразведочных работ вошло, как официальное, понятие прогнозных ресурсов с низким уровнем достоверности. Это, если не принять определенные меры, в дальнейшем негативно повлияет на качественную сторону подготовки минерально-сырьевой базы, в том числе нефти и газа.

МПР при разработке специальной программы должно предусматривать определенные требования к организациям различных форм собственности, работающим в восточных регионах, а также укрепить производственную часть своих организаций. Естественно, организационные мероприятия потребуют резкого увеличения ассигнований на проведение поисково-разведочных работ.

Очевидно, что для подготовки реальных запасов углеводородного сырья необходимо кратное увеличение инвестиций в геологоразведочные работы и, прежде всего, в параметрическое бурение.

Относительно слабая изученность и сложное геологическое строение Дальнего Востока значительно увеличивают финансовые риски потенциальных инвесторов. Практика показывает, что известные, широко апробированные в хорошо разведанных нефтегазоносных провинциях методики обработки и интерпретации результатов геофизических исследований, в сложных, недостаточно изученных геологических условиях Восточной Сибири не всегда корректно отражают действительные перспективы нефтегазоносности.

В этой связи, необходимо, прежде всего, инвестировать средства федерального бюджета в разработку корректных методик обработки и интерпретации сейсмических данных применительно к данному региону, апробировать и подтвердить достоверность разработанных методик, основываясь на фактурном материале, полученном в результате бурения специально заложенных для этих целей параметрических скважин.

Указанные мероприятия позволят в результате геологоразведочных работ локализовать не только ресурсы углеводородного сырья, но и запасы по категориям С2, а возможно и С1, что существенно повысит стоимость потенциальных лицензионных участков.
Существует другой путь – переложить решение указанных задач на плечи недропользователей, создав им льготные условия лицензирования, налогообложения и недропользования. При этом в связи с объективной инерционностью, существуют весьма обоснованные сомнения в своевременном решении поставленных задач.

Представляется целесообразным создание отдельного проекта не только системы производственного экологического мониторинга, но и сейсмического мониторинга и прогнозирования катастрофических сейсмических событий на всей трассе того или иного трубопровода, а также создание автоматической аварийной системы поэтапного блокирования прокачки продукта в случае возникновения критического воздействия на отдельных участках трубопровода.

Рынок диктует жёсткие экономические условия разработки месторождений полезных ископаемых. Только комплексное освоение месторождений дефицитных рудных и нерудных полезных ископаемых единым горным предприятием (объединением, холдингом и т. п.) позволит снизить общие затраты, маневрировать оборотными средствами и в итоге уменьшить себестоимость отдельных видов товарной продукции.

Основная цель формирования минерально-сырьевых агломераций определяется необходимостью повышения эффективности горного производства на основе комплексного освоения различных видов минерального сырья добычными и перерабатывающими предприятиями, взаимосвязанными технологически и экономически.

Освоение территориальной совокупности полезных ископаемых (крупных ресурсных сочетаний) возможно организацией кластеров отдельных, сконцентрированных в рамках единого производственного процесса, комплексных групп предприятий: горно-металлургических, химико-металлургических, станций подземной газификации угля для выработки тепловой и электрической энергии, жидкого топлива и дефицитных химических продуктов.

Консолидация минерально-сырьевой базы, трудовых ресурсов, избыточных энергоресурсов при наличии транспортной сети создаст предпосылки для образования горно-металлургического кластера межрегионального значения, включающего территорию Южной Якутии и севера Амурской области и др.

Для решения этих задач необходима комплексная государственная программа развития топливно-энергетического комплекса Восточной Сибири, которая позволит привлечь и закрепить квалифицированные кадры, создать инфраструктуру транспортировки нефти и газа к рынкам сбыта и наладить широкомасштабные поиск и разведку новых месторождений углеводородного сырья.

Конечно, эта программа должна входить составной частью в стратегию освоения этих регионов. В ее рамках необходимо построить систему нефтепроводов, чтобы доставлять нефть и конденсат с месторождений юга Якутии, Иркутской области и Красноярского края к Усть-Куту и другим крупным железнодорожным станциям Байкало-Амурской магистрали. Это позволит перевозить по железной дороге на нефтеперерабатывающие заводы и в дальневосточные морские порты России до 50 миллионов тонн нефти и конденсата в год. Выручка от их продажи на мировом рынке составит около 13 млрд. долл. в год.

Одновременно со строительством нефтепроводов, для реализации газа, добываемого вместе с нефтью, потребуется создать систему газоснабжения городов и промышленных предприятий Восточной Сибири, связанную с Единой системой газоснабжения. Это позволит увеличить темпы роста промышленного производства в регионе и поставлять до 26 млрд. м3 газа в год на европейский рынок. Выручка от экспорта газа в Европу составит 2 млрд. долл. в год.

После этого, в едином технологическом коридоре, связанном с трассой Байкало-Амурской магистрали, необходимо создать систему магистральных нефтепроводов и газопроводов (условно – «Тайшет– Находка»). А в одном из дальневосточных портов построить завод по сжижению метана, а также причалы, способные принимать нефтеналивные танкеры дедвейтом не менее 300 тыс. т и танкеры для перевозки сжиженного метана. Это позволит поставлять на мировой рынок нефть и газ на общую сумму 30 млрд. долл. в год.

Чтобы все это осуществить потребуется законодательно ввести особую систему оплаты труда и социальных гарантий для специалистов, работающих по государственной программе развития топливно-энергетического комплекса Восточной Сибири и Дальнего востока.

В результате реализации такой комплексной государственной программы развития ТЭК резко увеличатся объёмы промышленного и сельскохозяйственного производства в Восточной Сибири, значительно вырастут доходы населения и его численность. Только комплексный подход к развитию систем транспорта нефти и газа позволит нормально разрабатывать месторождения Восточной Сибири и даст наибольший социальный и экономический эффект для России.

Совершенствуя внешнеэкономическую деятельность государства, мы обязаны учитывать минерально-сырьевой потенциал тех стран, с которыми поддерживаем экономические отношения. Естественно, главная задача – это целевой поиск сырья на своей территории, не исключая возможность контрактных взаимоотношений по поиску, разведке и организации добычных работ в любой из стран, где может быть обоснован геологический потенциал на те или иные виды минерального сырья.

Ключевыми моментами экономического анализа являются стоимостные оценки месторождения, проекта его освоения, ставка дисконтирования; количественная оценка риска горного проекта, возможности рыночной капитализации горной компании.
Эффективность государственной экономической политики России будет зависеть от профессионально сформированной национальной инфраструктуры, а также от равноправной кооперации с контрагентами дальнего и ближнего зарубежья, основанной на единых принципах и процедурах, международных форматах и стандартах, инвестиционных и иных инструментах и механизмах.

При этом нельзя забывать слова известного философа А.А. Зиновьева: «В мире сейчас не происходит ни одного мало-мальски крупного события, которое не было бы частичкой мировой войны. Она идет, а для маскировки ее называют глобализацией».


Другие статьи номера «ПВ» № 3, март 2007

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100