Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
Cтатьи для будущих номеров
События и комментарии
 

В чьих интересах гробится
в Крыму качественное виноделие?

Екатерина Резникова 

 

 Севастополь стремительно теряет значимые для его экономики  активы, а, следовательно, и доходы. Вот и Севастопольский винодельческий завод передают винодельческому комплексу «Массандра», предприятию Управления делами Президента России. Слияние якобы поможет «Массандре» нарастить линейку сухих вин, которые на Южном берегу Крыма производить нерентабельно. Тем временем,  еще недавно легендарная «Массандра» из-за некомпетентности  нынешнего руководства теряет  былые традиции, качество вин, кадры  и за последние три года,  когда этим уникальным комплексом стала заведовать гостиничный менеджер Янина Павленко, погрязла в долгах.  Подобная участь грозит теперь и Севастопольскому винзаводу.

                                    Бессмысленная жертва во спасение…

 О передаче Севастопольского винзавода «Массандре» впервые заговорили весной 2017 года. Тогда директор винзавода Александр Жежель от комментариев отказался, а гендиректор «Массандры» Янина Павленко заявила, что о слиянии предприятий ничего не знает.

Но вот совсем недавно, в середине октября, правительство Севастополя внесло в заксобрание города законопроект об изменении плана приватизации имущества Севастополя, исключив из него ГУП «Агропромышленное объединение «Севастопольский винодельческий завод». Инициатором отмены акционирования завода выступило Управление делами президента страны, приславшее губернатору Севастополя Дмитрию Овсянникову соответствующее письмо. Теперь, сказал Александр  Жежель, завод передадут в федеральную собственность.

Севастопольские виноделы уверены: речь идет о передаче винзавода в объединение «Массандра». Причина слияния — невостребованность на рынке десертных и крепленых вин,  традиционной продукции «Массандры». Есть спрос на сухие, полусладкие и игристые вина, но ни одно из шести предприятий, входящих в объединение, их в достаточном количестве не производит. А игристые вина Севастопольского винзавода, особенно сортовые брюты, давно пользуются успехом. По словам директора, пока завод работает в обычном режиме и продукция продается.

«Одна из важнейших задач для  «Массандры» — переход на выпуск сухих и игристых вин. Массандровские хозяйства не очень подходят для выпуска сухих вин - не те климатические условия для выращивания требуемых сортов винограда, да и заводы первичной переработки требуют глобальной перестройки. Идеальные почвенно-климатические условия для производства сухих и игристых вин — у нас, в Севастополе» -  рассказал «Примечаниям» бывший директор Севастопольского винзавода  Алексей Акчурин.

Севастопольские винодельческие совхозы  раньше входили в «Массандру», вспоминает Акчурин. Но сам по себе нынешний переход под ее бренд заводу ничего не даст. «Завод и хозяйства требуют очень серьезных инвестиций, - считает винодел. - Если просто выжимать по максимуму из того, что есть, то долго хозяйства не просуществуют. Нужно вкладывать деньги, виноградарство надо перестраивать по новым современным технологиям, сохраняя те традиции, которые веками воспитывались».

До решения передать «Массандре» винзавод в Севастополе его хотели акционировать. Для завода это было бы лучше, считает Акчурин. Даже если весь пакет акций будет принадлежать государству, будет проще привлекать инвестиции и проводить закупки.

«В России не осталось ни одного государственного сельхозпредприятия, которое связано с виноградарством и, тем более, с виноделием, — пояснил свою точку зрения Акчурин. — Работа в рамках ГУПа — катастрофа, так как он попадает под действие  закона 44-ФЗ о госзакупках.  В виноделии вопросы закупок нужно решать моментально. Если нормальное производство, то при закупках ты во главу ставишь не цену, а качество. А тут торги затягиваются до 2-3 месяцев, и все определяет цена. Однако дешевизна может потом больно ударить».

Начальник территориального Управления делами президента РФ в Крыму Олег Подолько комментировать происходящее отказался. «Сейчас столько слухов и столько разговоров, — сказал он «Примечаниям» по телефону. — Есть государственная политика, которую знают те, кому положено. Я выполняю только те государственные задачи, которые мне ставили. Нужно больше работать и ответственно относиться к возложенным на нас обязанностям. Тогда будет результат и мы будем выполнять указания президента Владимира Путина, что мы и делаем постоянно», — туманно заключил г-н Подолько.

                                         Почему «Массандра» уже не та…

 «Массандру» отдали Управделами президента в 2014 году. По идее это означало, что за производством вина под именитым брендом стали следить на федеральном уровне. Но старые ценители «Массандры» в один голос утверждают: крымское вино сейчас уже не то. Причем цены для такого качества — запредельные, даже при  их снижении на  30% в 2017 году.

«Примечания» пообщались с сотрудниками четырех из шести предприятий объединения - «Гурзуф», «Таврида», «Ливадия» и «Алушта». Все говорят одно и то же: инвестиций мало, виноградники стареют, оборудование дышит на ладан, труд виноградарей стоит копейки из-за чего опытные рабочие массово увольняются. Это отражается на урожайности и качестве винограда, а, следовательно, и на вине. Еще одна причина снижения качества — ориентация на выпуск непривычной для «Массандры» продукции. Традиционные массандровские десертные, крепленые и ликерные вина сейчас не пользуются спросом из-за ухудшения и изменения в последние три года их традиционных свойств.

Гендиректор  «Массандры» Янина Павленко в погоне за якобы легкой прибылью  пытается занять нишу сухих вин. Но для этого  нужны колоссальные инвестиции, прежде всего, в первичное производство. А таких денег у объединения сейчас нет. Пытаются экспериментировать. В прошлом году на заводе «Гурзуф» полностью модернизировали для этого цех, закупили итальянское оборудование за 40 млн. рублей. Сделали мускатное вино из винограда позднего сбора. Но по цене оно получилось «золотым»: литр стоил  около 10 тысяч рублей. В фирменные магазины в этом году поступили бутылочки емкостью 370 мл по цене 3 тысячи рублей  за штуку. Позже цену снизили до 2,5 тысяч рублей, но спросом они не пользуются по-прежнему.

Сухие вина делают и на других заводах объединения: в последние годы появилось много новых наименований. Но потребитель, знающий «Массандру» как производителя десертных вин, сухие пока не распробовал, и если покупает что-то новое - то по более низкой цене.

Опытные сотрудники «Массандры» считают, что бездумное умножение количества наименований вин ни к чему хорошему не приводит. Мы теряем свое лицо, — говорят они. — Пять-шесть марок узнаваемых сухих вин для «Массандры» было бы достаточно. В советские времена виноделы не допускали бесконтрольного увеличения количества марок. Потребитель должен привыкнуть к узнаваемому вкусу и стабильному качеству.

Но пока, считают работники «Массандры», о стабильности говорить рано. Оборудование на заводах старое — еще 1960-х годов. Подвалы под выдержку сухих вин не заточены — слишком сильно скачет в них температура, а сухое вино любит постоянные 10-12 градусов. Холодильных установок почти нет.

Виноград в этом году начали собирать рано, в августе. В «Алуште» и «Тавриде» заверили, что сахаристость  у винограда достаточная, в начале октября она приближалась к 27-29 процентам. В Гурзуфе в этом году урожай выдался хороший, местами — до 40 центнеров с гектара. Но в начале уборки содержание сахара было низким - 16-18 процентов. Для сухого вина нужно хотя бы 20, для каберне — 21,  по новым европейским стандартам это вино должно выбродить с содержанием спирта минимум до 13,5%. Виноград на южном береге Крыма  сахар набирает быстро — по проценту в день. Но следить за сахаристостью, как в советские времена, и убирать участки по готовности никто не хочет: весь виноград «косили» подряд,  подчистую, пока не разворовали.

Низкое содержание сахара приводит к нестабильности вина, оно может скиснуть. «Условия хранения - это главное. Условия брожения тоже важны: нужно следить, чтобы температура не поднялась выше 25 градусов. Пока не слышали, чтобы вино скисало, по крайней мере, на нашем филиале. Запах уксуса легкий появлялся, но в пределах нормы. Когда видели, что будет хуже, добавляли диоксид серы и передавали в головное предприятие «Массандры», чтобы разлить и продать. Слышали, что в этом году «Массандра» отозвала большую партию вина: выпал осадок из-за нарушения правил обработки при розливе» - поделились секретами на одном из предприятий объединения.

Но главное - на производстве еще не сложились традиции сухого виноделия, считают старейшие работники. Генеральный директор Янина Павленко приглашает на должности главных виноделов людей молодых и малоопытных, которые не знают южнобережного винограда и слишком мало с ним работали. Все это не может не влиять на качество традиционных массандровских крепленых вин, уверены сотрудники.

На заводе «Гурзуф» — старейшем в объединении, построенном в 1886 году, который является родиной знаменитого на весь мир марочного «Муската белого Красного камня», уже который сезон нет ни грамма пшеничного спирта, поэтому закладывать крепленые вина там не могут. В «Алуште» и «Тавриде» тоже ощущают нехватку спирта. «Алушта» в этом сезоне даже задержала сбор винограда, потому что спирт привозили «по чайной ложке». В «Ливадии» в этом году вина вообще не заложили,  и винзавод стоит пустой. «Выходит из строя оборудование, - сетуют сотрудники. - Самое страшное — это дубовые бочки. Они рассохнутся, и из них можно будет делать только паркет».

                                       «Сухое вино – это быстрые деньги»

Производство сухих вин на Южном берегу Крыма, говорят работники «Массандры», дело заведомо убыточное. Для рентабельности нужна высокая урожайность  винограда — от 60 центнеров с гектара и больше. На поливном винограднике можно собрать и 120 центнеров. Однако получить столько винограда на склонах Крымских гор невозможно — слишком мало влаги.

В позапрошлом году предприятие «Гурзуф» собрало на своих полях всего по 10 центнеров с га, в прошлом — по 26. Урожайность зависит и от сорта: чем качественнее виноград, тем меньше он родит. Тот же мускат на южном берегу больше 30 центнеров не дает даже в лучшие годы.

Зато у южнобережного винограда высокая сахаристость — до 29-30 процентов, поэтому  у десертного вина здесь получается отменный букет. Пускать такой виноград на сухое вино старейшины предприятия считают преступлением. Но в стране, где нет длинных денег, делать сухое вино выгоднее. «Сухое вино — это быстрые деньги, - поделился с «Примечаниями» один из виноделов. - Его не надо выдерживать пять-шесть лет. И даже два года не обязательно: быстро сделали, быстро продали. Но сухих вин в России много, а десертные марочные высокого качества — только у «Массандры».

                                               Забытый вкус «Красного камня»

Знаменитый «Мускат белый Красного камня» на заводе «Гурзуф»  больше не производят. Вино этой марки теперь  выдерживают в других филиалах объединения. Виноград для него собирают в окрестностях скалы Красный камень, в том числе и в Гурзуфе. Раньше это вино выдерживалось именно здесь. Сейчас «Красного камня» в природе не существует, говорят работники «Гурзуфа». Раньше было две марки: «Мускат белый десертный» и «Мускат белый Красного камня». У них кондиции были абсолютно одинаковые,  и дегустационная комиссия решала, кому быть «Красным камнем», а кому «Десертным мускатом». Есть разница в нюансах по букету, по запаху.

Весь «Красный камень», который сейчас в бутылках продаётся - это мускат белый десертный по советской классификации, уверяют старожилы предприятия, делавшего лучшее десертное вино в стране. В нем нет цитрона. Цитрон - это все, что связано с цитрусовыми: один год вино  пахнет апельсином, другой — лимоном. Дегустационная комиссия решала: если есть цитрон, то это «Мускат белый Красного камня». Если его нет, в вино уже ничего не добавишь, таким оно и останется.

Специалисты других филиалов, которых мы попросили прокомментировать качество самого узнаваемого массандровского продукта, от однозначных суждений воздержались. «Чтобы утверждать наверняка, нужно сравнивать: брать в энотеке «Массандры» образцы 1960-1980-х годов и современные, и дегустировать», - сказали они.

                                             Дагестан и Магадан в помощь…

 Низкая урожайность на виноградниках южного берега Крыма связана не только с природно-климатическими условиями, хотя это главный фактор. Виноградники старые, многим уже по 30-40 лет. Они подошли к предельному возрасту, дальше урожайность будет неуклонно падать. Те предприятия, которые в украинские времена успели обновить свои посадки, к примеру, «Алушта», сейчас проблем с сырьем не испытывают. Вторая причина: агротехника не выдерживается, главным образом - из-за попыток нового руководства сократить издержки.

Виноградарство — отрасль с высокой долей ручного труда — до 80% , для сравнения, выращивание пшеницы механизировано более чем на 90%. Поэтому единственный способ снизить себестоимость винограда — сделать так, чтобы люди зарабатывали как можно меньше. Сначала, рассказывают работники «Массандры», по филиалам прокатилась волна сокращений. Уволили всех, кто достиг пенсионного возраста. При этом массовый набор новых сотрудников не проводился. Оставшимся пообещали золотые горы, но руководство стало планомерно повышать нормы, одновременно снижая расценки за них. Очередной пересмотр норм произошел в этом году — непосредственно перед уборкой.

Но даже при повышенных нормах на уборке можно хоть что-то заработать. Оплата зависит от урожайности и сорта. «Раньше норма была 200 кг за смену, сейчас — 340 кг, — говорят рабочие. — Стоит норма около 500 рублей. Делаем в среднем 2-3 нормы в день, зависит от винограда. Если тебя поставят на «дохлый» мускат, то и нормы в день не сделаешь. На каберне норма 100 кг. У него ягодки мелкие, он легкий. Вроде набил ведро, а оно весит всего три килограмма.  Мускат же наоборот: положил в ведро 10 гроздей, и его уже поднять нельзя».

При определенной сноровке на уборке в сезон можно заработать 20-25 тысяч рублей. Только местных на уборку не берут, жалуются массандровцы. В позапрошлом году привозили джанкойских. С прошлого года виноград в «Массандре» убирают дагестанцы -  их привозят в филиалы централизовано. Нормы обрезки лозы тоже выросли, и значительно: раньше было 200 кустов, сейчас - 300. За такие деньги местные опытные виноградари работать отказываются. Люди уходят, рабочих в бригадах не хватает. Из-за недостатка кадров в этом году виноград пришлось обрезать вплоть до начала мая, то есть уже  при активном сокодвижении. Весной целыми днями ходишь по грязи и в холоде, режешь лозу целый день, а на выходе получаешь 5-10 тысяч рублей за каторжный труд. От постоянной сырости, холода и напряжения страдают спина и суставы. Люди после 15 лет работы на виноградниках становятся практически инвалидами, а финансовой отдачи - никакой.

«В 2015 году виноград приезжали обрезать «специалисты» из «солнечного» Магадана, - рассказали нам в одном из филиалов. - Одна женщина прошла по рядам и всю лозу  по вторую проволоку просто срезала. Наши шли и говорят: «Да ты что, одурела?» В этом году пригнали джанкойских — та же история, обрезать они не умеют».

Обрезку лишних побегов  винограда проводят обычно летом и после уборки урожая - осенью.  Она не только увеличивает объем урожая, но и изменяет в лучшую сторону вкусовые качества и размер ягод. Кроме того, обрезка ускоряет созревание винограда, заметно облегчает уход за плодоносящими кустами и сбор ягод, ведь куст способен разрастись во все стороны, если его ежегодно не формировать. Зная, как обрезать летом куст винограда от ненужных побегов, можно увеличить приток питательных веществ к кистям, что приведет к увеличению плодов и позволит вызреть тем лозам, которые оставлены на следующий год. Можно вдобавок проредить листья, чтобы гроздьям «лучше дышалось».

Побеги виноградных кустов подвязывают к проволоке, которая тремя рядами закреплена на бетонных столбиках. «Чтобы научиться обрезке, надо лет пять прожить с виноградом, - говорят рабочие, посвятившие этому делу более двадцати лет. - Ты сам должен обрезать и посмотреть: ага, вот такой урожай получился. Обрезал по-другому на следующий год и снова посмотрел урожайность. Более того, для каждой марки вина у нас своя обрезка: на сухое — длинная, на десертные — своя технология. Конечно, приезжих людей можно обучить. Потратить неделю-другую, чтобы показать, рассказать. Можно контролировать. Только эти вложения — тщетны. Сегодня они работают на виноградниках в Крыму, завтра поедут на заработки в другой регион».

Руководство предприятия не только повысило нормы. Теперь сколько бы человек не сделал, больше чем полторы нормы ему не запишут. «Если он делает больше чем полторы нормы, он делает брак — так нам говорят, - жалуются работники. - Идет, допустим, подвязка. У нас все семейные, привлекают своих родичей. Пошли, участок сделали, но надо семье заплатить за четыре нормы. Когда Павленко пришла, пообещала: «Зв все будем платить, работа сдельная, все заплатим». В прошлом году издала  приказ: полторы нормы в руки и не более».

Говорят, на предприятии соблюдается негласный закон: зарплата рабочих на виноградниках не должна быть выше 12-15 тысяч рублей. Если кто-то получает больше, главного агронома вызывают в кабинет к директору. Исключение — период уборки.

Из-за нехватки людей участки едва удается обрезать, обязательную подвязку и чеканку делают лишь там, где успевают. Для того чтобы добиться правильного распределения питательных веществ и улучшить урожай, обрезают лишние части побега. Это называется чеканкой. Чеканка — это когда все, что выше третьего ряда проволоки, нужно обрезать. Норма чеканки — 1200 кустов. Чтобы ее выполнить, нужно обойти минимум полгектара виноградников. В день удается зарабатывать 450-500 рублей, не более. И это за 10 часов работы не разгибаясь.  На обрезке выходит зачастую и того меньше — 300 рублей в день.

Недовольные расценками работники филиала «Алушта» в октябре этого года написали письмо руководителю представительства  Управделами президента в Крыму Олегу Подолько. В нем они коснулись не только норм, но и вопросов премирования работников, открытия дополнительных ставок. Пока люди ждут и надеются на положительные изменения. Хотя, поделились они с «Примечаниями»,  гендиректор «Массандры»  после этого письма  вызвала кое-кого из работников Алушты «на ковер» и там распекала за излишнюю строптивость.

Сейчас, по словам виноградарей, на «Массандре» в хорошем состоянии держат только то, что растет вдоль дорог. Агротехника не выдерживается. «Единственное — опрыскивают вовремя, — говорят рабочие. — В 2016 году дождей было много, влаги много, прирост — сумасшедший. Ряды кустов просто сомкнулись. Однако чеканка не делалась,  кусты в рядах сплелись, пройти нельзя было. И бурьян вырос по грудь. И не просто бурьян, а дурнишник с колючками. А должен был трактор пропахать, культивацию сделать. В этом году все обрезали, лишний раз вспахали  и урожай попер».

Последний раз межкустовая обработка виноградников делалась в «Массандре» много лет назад. После культивации земля копится у рядов виноградников, и необходимо по технологии использовать  специальный трактор с управляемым плугом в прицепе, который едет по рядам и выбирает землю из пространства между кустов. Сейчас никто из рабочих даже сказать не может, сохранились ли эти прицепы. Тракторов тоже не хватает. В прошлом году предприятиям объединения выделили новую технику: автобусы, УАЗы, ГАЗели и колесные трактора — по два на филиал. Но трактора эти — колесные, а нужны гусеничные.

«На колесных урожай можно возить, где-то по ровному опрыснуть, лозу выгрести, но пахать им не будешь, - говорят рабочие. - Он может ехать только по сухому, да и то там, где не сильно круто, а то так и покатится кубарем до моря».

Не хватает и трактористов. Молодежь на эту работу идти не хочет, профессия непрестижная: грязь, холод, мазут. И заработок нестабильный: на тракторе в один месяц можно получить 150 тысяч, а в другой - ничего, если не выезжать в поле.

                     Лучший государственный виноград достается частникам

В 2015 году в «Гурзуфе» урожай угробили - весь сгнил. Потеряли около 1000 тонн винограда, так как не опрыскали вовремя. Сорта токай не собрали ни кисточки, а ведь токай у «Массандры» растет только в Ай-Даниле. Урожайность каберне была всего 5 центнеров с гектара.

Чтобы соблюдать агротехнику, нужно гораздо больше денег и гораздо больше людей. Для того чтобы такое большое хозяйство содержать, нужны колоссальные вложения. Но пока, говорят в «Массандре», во главу всего поставлен план. Если план выполняется — дела на предприятии идут хорошо. План рассчитывается из количества виноградников и средней урожайности за прошлые годы, а она в предыдущие годы была низкой — около 25 центнеров с гектара. Такая тактика имеет оправдание. Виноград нужно не только вырастить, но и переработать. А куда закладывать, если  вино «Массандры» продается хуже, чем хотелось бы? Подвалы буквально завалены «неходовыми» виноматериалами. Поэтому выгоднее стало продавать виноград, а не вино.

В Ай-Даниле на побережье есть частное винодельческое хозяйство, принадлежащее хозяину «Лукойла» Вагиту Алекперову. Там выпускают вино под маркой «Шато кот де Сан Даниэль». При Украине хозяйству принадлежало 18 га виноградников (говорят, раньше эти земли тоже были массандровскими). В 2016 году на аукционе это хозяйство  за бесценок приобрело еще 36 га виноградников. Ушли они по 50 тысяч рублей за сотку при рыночной стоимости 25 тысяч долларов за сотку. «Массандра» при этом лишилась токая, саперави, бастардо, каберне.

«Эти виноградники были в идеальном состоянии, — рассказывают работники госпредпрития «Массандра». - Там были высажены саженцы итальянские по 9 евро за штуку. Их сажали уже в двухтысячных годах. Сейчас этот виноград в самом лучшем возрасте».

 «Массандра» продает частникам и виноград «Гурзуфа», тот, что якобы не успевает перерабатывать. Условия продажи при этом весьма выгодны для покупателей. Да, они приобретают винный виноград по цене столового (в 2016 году по 80 рублей за кг), но могут сами выбирать что брать, а что нет.  Каберне, алиготе, мерло, сира — любые сорта, что приглянутся, на выбор.

«Приезжают с ящиками и выбирают по гроздочке, - рассказывают виноградари. - Говорят, будут убирать вот эту клетку и вот эту, потому что там почеканено, там более или менее сахар. Срезали, увидели пару гнилых ягодок — выбрасывают. В прошлом году урожайность местами должна была быть по 40 центнеров с га, а у них получилось всего 22. Половину они выкинули. Государственный виноград выбрасывают».

При этом в «Гурзуфе» уверены, что цена 80 рублей за кг — близка к себестоимости. В Алуште «Примечаниям» рассказали, что ориентируются при производстве на 40 рублей за килограмм.

В этом году виноград тоже не успевали перерабатывать. Начались разговоры о продаже технического винограда. Но реализовать идею не удалось: у объединения попросту нет мощностей для одновременного сбора и хранения под реализацию. «Даже нужное количество ящиков мы не найдем», - говорят на предприятии.

               Цель - обанкротить «Массандру» и земли продать под застройку

Пока радует лишь одно: по заверениям старожилов «Массандры», на предприятии  в небольших объемах все еще выпускается настоящее вино и до откровенного бутлегерства оно окончательно не скатилось. «Мы не добавляем в наши красные портвейны красители, ничего не смешиваем», - говорят старейшины производства. Сотрудники «Массандры» считают, что российское законодательство, именующее крепленные вина «винными напитками», тоже подпортило репутацию бренду.

«Россия пошла на поводу у Европы, - говорят специалисты. - И теперь называть вином можно только то, что крепят винным спиртом. А мы крепим пшеничным. В Европе это, возможно, и обосновано потому, что у них наблюдается перепроизводство винных материалов. А у нас винограда и вин немного. К тому же винный спирт долго нужно выдерживать, чтобы ушли из букета тона винного спирта. Пшеничный - более очищенный, и поэтому получается более чистый букет вина».

К стилю руководства гендиректора «Массандры» Янины Павленко наши собеседники относятся негативно. Говорят, что она не уважает традиции предприятия, не обращается за советами к опытным специалистам и ветеранам. Упрекают в том, что она по образованию не винодел, а экономист, и не имеет опыта управления столь большим предприятием. «Она раньше руководила заводом шампанских вин «Новый Свет», - говорят ее подчиненные. - Это перерабатывающий завод, своих виноградников в таких огромных объемах у них нет. Купил виноматериалы, выдержал, продал — вот и все виноделие. А в «Массандре» все по-другому. Здесь хозяйство, виноград, заводы, здесь понимать все надо».

При нынешней организации производства филиалы «Массандры» потеряли значительную часть прежней автономии. Сейчас, чтобы купить запчасть для трактора, нужно писать заявку на головное предприятие. Любые закупки, вплоть до лампочки или дверного замка, проходят через главный офис. Все доходы уходят туда же.

«В двухтысячных мы хорошо развивались, - говорят в алуштинском филиале. - Обновили виноградники, купили холодильную установку. У нас были свои оптовики, свой цех розлива. Вырученные средства оставались у нас. А сейчас складывается впечатление, что одни филиалы живут за счет других. В прошлом году мы много выработали, а по итогам года получили мизерные премии».

Кроме низких зарплат и неуважительного к себе отношения, подчиненные ставят в вину Павленко склонность к саморекламе. Она все старается делать с максимальной оглаской. «Даже технику вручала нам с шариками под музыку и аплодисменты, - делятся наблюдениями работники. - Постоянно что-то выдумывает: то предложит выдерживать вино на дне моря, хотя его там штормом смоет. То заявит о большой предполагаемой урожайности, когда виноград еще не отцвел и, соответственно, не завязался. То купит новый уборочный комбайн,   а потом окажется, что он не предназначен для наших полей со сложным рельефом».

За всем, что они рассказывают, скрывается страх: страх потерять работу, потерять дело всей своей жизни. Но есть еще одно, более масштабное опасение. Люди уверены, что такой подход к делу у начальства сложился неслучайно. Что глобальная цель  начальства — максимально обесценить или даже обанкротить государственное предприятие, а потом продать по дешевке в частные руки. А земли отдать под застройку.

Бывшую вотчину Павленко — завод «Новый свет» — уже акционировали. Пока 100% его акций принадлежит государству, но где гарантии, что их потом не распродадут? Что касается Севастопольского винзавода, то у него  что с «Массандрой», что без — перспективы неутешительные. Ведь севастопольскому хозяйству необходимо масштабное обновление.  Поэтому целесообразно ли передавать пока стабильно работающее предприятие в объединение, в котором уже нет ни стабильности, ни денег, ни порядка? 

                                                                   ***

При подготовке этой публикации  «Примечания» в течение года неоднократно пытались получить комментарии у генерального директора «Массандры» Янины Павленко. Но она отказывалась отвечать на какие бы то ни было вопросы. А в пресс-службе предприятия ответили, что всю актуальную информацию о работе предприятия мы якобы можем увидеть на его официальном сайте…

Информационно-аналитический портал «Примечания»

Севастополь

экономика, Крым, виноделие, "Массандра"



Обсуждение статьи на форуме
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100