Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
Содержание номера 

ДЕНЬГИ СЧЕТ ЛЮБЯТ,
или Старый, старый Новый год

Все знают превратившуюся в поговорку расхожую сентенцию о двух вечных вопросах российских «кто виноват?» и «что делать?».

Думаю, не менее занятны вопросы, сформулированные в поговорке «Откуда берутся клопы, и куда деваются деньги?». Если первая ее часть может быть отнесена в бытовом, а не научном плане к категории вопросов риторических, то вторая часть неоднократно в российской, как, впрочем, и в мировой, истории предметно занимала умы правителей и управляемых ими народов. Сколько казначеев разных государств во все времена безвременно закончили свою жизнь на эшафотах и в темницах, так как не могли толком объяснить, куда делась подведомственная им казна. Но воровали и продолжают воровать. Пытались вводить всякое: контроль на контроле и контролем погоняли, сажали на «хлебные» должности «сытых», даже ценз вводили. Да мало все это помогало как прежде, так и ныне. Проблема, как сделать, чтобы распределялся бюджет страны в интересах народа, эту страну населяющего, а не только для той части народа, которая оказывается ближе к этому самому распределению, остается и по сию пору животрепещущей.

К решению этой проблемы действенного контроля за тем, как ведутся доходы и расходы в государстве, всегда обращались самые разные люди: философы, экономисты, социологи, даже поэты. Помните у Александра Сергеевича: «...как государство богатеет, и чем живет, и почему не нужно золота ему, когда простой продукт имеет...».

Недавно, в конце прошлого, ХХ века, мне в руки попала занятная книга под заглавием «Как расходуются в России народные деньги?». Подзаголовок гласил: «Критика русского расходного бюджета и государственный контроль». Содержание небольшой в 120 страниц книги базировалось, как следовало из аннотации, на богатом, ранее не публиковавшемся материале Счетной палаты. Книга посвящена проблеме расходования государственных средств. Автор, анализируя кризисные годы в экономике России, «годы бесхозяйственности и легкого отношения к государственным деньгам», приходит к однозначному выводу — «государственный контроль должен быть реформирован».

Прочтя книгу залпом как бестселлер, я было подвигнулся написать статью на эту же тему, тем более что еще очень свежи дебаты по поводу бюджета 2001 года. Газеты пестрели заголовками: «Бюджетное послесловие», «Конец финансовой вольницы», «Реформы и богатство — две вещи несовместимые», в которых бодро отмечалось, что вытягиванию денег из бюджета наконец будет поставлен действенный заслон, в деле контроля над государственными финансами наступает позитивный перелом, забрезжила заря, подул свежий ветер перемен...

Но, по трезвому размышлению, после окончания великих зимних празднований, оканчивающихся в России, как известно, экзотическим для иноземцев старым Новым годом, я передумал. Стоит ли умножать и так более чем обильное число статей, в которых сталкиваются точки зрения на обозначенную мной проблему, отталкивающиеся в противоположные стороны от одних и тех же фактов? Отложив наброски статьи, взял я книгу и, не мудрствуя лукаво, «настриг» из ее глав изрядное количество цитат, которые, думаю, будут интересны уважаемой читающей (и думающей) публике сами по себе, без излишних комментариев и аллюзий.

Вот они, читатель.

Из Предисловия

Государственные средства нередко расходовались у нас, по существу, неправильно, не в интересах народного хозяйства как целого, так как расходы производительного характера занимали в нашем бюджете совершенно ничтожное место.

Но и там, где цель была разумна, средства расходовались зачастую чрезвычайно нехозяйственно и в гораздо большем размере, чем это может быть оправдано. Вот зло, от которого страдало наше государственное хозяйство, и это оказывало развращающее влияние на все сферы. Не хозяйственность расходования государственных сумм сделалась общим правилом, и тратить средства государственные не в интересах бюджета, а поддаваясь разным влияниям, стало у нас привычкой. Таким образом, создалось слишком легкое отношение к казенным средствам и к бесконтрольному хозяйствованию даже в прогрессивных кругах нашего общества...

Может случиться, что и новые люди во власти также склонны будут недостаточно бережливо относиться к народным деньгам. Вот почему постановка контроля при новых условиях — дело чрезвычайной важности.

Ведение нашего государственного хозяйства должно быть абсолютно публичным, и с канцелярской тайной здесь давно пора бы покончить

О Государственном центральном банке

Наш центральный банк находится в ненормальном положении, он, как известно, подчинен единоличной власти...

Есть работники Государственного центрального банка, которые занимают 2, 3, 4, 5 и даже 7 должностей в разных предприятиях.

Права государственного контроля не распространяются на коммерческие операции центрального банка, и все участие ограничивается только тем, что он имеет своего представителя в числе членов совета банка, но голос его, очевидно, здесь теряется, — он является гласом вопиющего в пустыне.

Не только совместительство неудобно в том случае, когда представитель государственного банка является и членом совета последнего, но и в других случаях это ведет к нежелательным комбинациям.

Иногда предприятия получают ссуды, составляют заведомо неправильные отчеты и фиктивные балансы из желания продать предприятие, и на это сквозь пальцы смотрят представители банка, участвующие в управлении таким предприятием.

Вот в каком положении находится наш центральный банк, регулятор денежного обращения. Он увяз в гнилых предприятиях, насажал туда своих представителей, а так как дела предприятий плохи, то представителям приходится замалчивать их.

У нас государственный банк чуть ли не превратился в игорный дом, где все желающие могли пробовать свое счастье, просить, — авось счастье повезет, и получишь ссуду, т.е. выиграешь. И было из-за чего играть: выигрыши достигали десятков миллионов рублей! Но это тяжелое наследие, эта игра дорого обошлась нашему народному хозяйству.

Государственным банком до недавнего времени управлял министр финансов, государственный контроль при всем желании ничего не мог сделать, так как права его слишком ограничены. Нужно внести больше гласности в операции государственного банка. У нас почему-то объяснительные записки совета государственного банка к отчету последнего считаются секретными. Надо покончить с этой тьмой.

О бюджете

Цифры нашего государственного бюджета не всегда выражают действительные затраты на ту или другую потребность. Многие ведомства и учреждения имеют свои специальные средства или особые капиталы, из которых черпаются средства на разного рода цели и задачи.
Основное правило бюджета - это его единство, т.е. чтобы все средства заносились в государственную роспись, а затем уже распределялись по назначению. Кроме того, бюджет должен быть гласным.

Отдельные ведомства стали обрастать у нас, если можно так выразиться, своими особыми «негласными» бюджетами, что давало им возможность расходовать народные средства почти вне всякого контроля, а вместе с этим стала исчезать и гласность относительно этих бюджетов. Густой покров тьмы окружал расходование средств этих негласных бюджетов.

О том, как ведется наше нефтяное хозяйство

Нерационально ведется у нас и нефтяное хозяйство. Правительственная власть находится под сильным влиянием крупного капитала.

Страна нуждается в деньгах, а нефтепромышленники ни за что получают крупные дивиденды. Так не лучше ли было бы правительству удержать в своих руках эти богатства и самому эксплуатировать их.

Любопытно, к каким только ухищрениям нефтепромышленники не прибегали, чтобы устранить на торгах при сдаче казенных нефтеносных земель в аренду нежелательных конкурентов и заполучить богатые нефтеносные земли в свои руки за ничтожную плату.

Одним словом, торги сделались делом небольшой кучки лиц. Секретной цены не было, как требуется при казенных торгах, и нефтеносные участки оказались сданными за небольшую арендную плату.

На торгах почти не было соревнования; по-видимому, небольшая кучка лиц сговорилась между собой, и каждый заторговывал тот участок, который заранее ему намечен.

Здесь мы опять встречаемся с типичным явлением нашей промышленной жизни. Разные подачки и снисхождения сильно развратили у нас промышленную среду, и на торгах арендаторы нефтеносных земель страшно взвинтили цены, а когда цена на нефть упала, они стали не в состоянии производить разработку участков, и начались ходатайства об изменении договорных условий. Очевидно, расчет был тот, как бы устранить от торгов конкурентов, забрать нефтеносные земли во что бы то ни стало в свои руки, а затем, если условия на рынке изменятся, всегда можно добиться у казны изменения договорных условий. Ведь это так обычно в нашей практикеѕ Так на нашу политику всегда сильное влияние оказывал крупный капитал.

О пересмотре нашего расходного бюджета и о государственном контроле

Можно было бы привести большое множество доказательств, как тратятся у нас народные деньги совершенно непроизводительно и, где нужны тысячи, расходуются десятки тысяч.
Бюджетная думская комиссия должна с полным вниманием отнестись к этой проблеме. Надо пригласить сведущих лиц, практически знакомых с разными отраслями нашего государственного хозяйства, и ,конечно, можно будет сделать крупные сокращения.
Везде, куда ни посмотришь на порядок расходования народных средств, мы видим поразительную бесхозяйственность.

Несомненно, что много расходуется денег зря, просто вследствие бесхозяйственности, плохой организации дела. Я не думаю, чтобы вообще бюджет у нас, т.е. его абсолютную цифру, можно было весьма значительно сократить, так как те суммы, которые будут сбережены вследствие более хозяйственной постановки дела, должны быть употреблены на удовлетворение насущных потребностей страны, развитие народного образования и т. д.

Несомненно, что следовало бы поднять чувство ответственности служащих и потребовать больше исполнительности в работе, хотя, правда, сама жизнь в прошлом не располагала к этому: ведь до сих пор, да еще и в настоящее время, государственная машина у нас не работала, а, так сказать, толкла воду в ступе, а это, конечно, угнетающим образом действует на работоспособность. Только серьезные изменения в обществе дадут результат, когда в жизни появится яркое творчество, поднимется работоспособность.

Надо внести больше гласности и в хозяйственные заготовки. Известно, чем объясняется особая любовь к заказам за границей: как правило, с этих заказов получается 10% в пользу лиц, властей имущих. Даже поставки внутри страны также нередко сопровождаются комиссионным вознаграждением, достигающим 10 — 20%.

С идеей контроля наши распорядительные ведомства еще не успели сжиться. Они ставят всевозможные препятствия контролю в осуществлении им своих задач, не отвечают на запросы контроля или дают резкие ответы, а иногда прямо требуют удаления неугодного им представителя контроля.

Бюрократия у нас в настоящее время дезорганизована, и хотя она начинает поднимать голову, но, конечно, возврат к прошлому невозможен. Словом, великий перелом в нашей государственной жизни совершился, и в настоящее время не столько, пожалуй, нужно думать о разрушительной работе прошлого, сколько о созидательной, т.е. на развалинах старого нужно возводить новое здание. Необходимо серьезно подумать, достаточно ли мы подготовлены к этой работе и подготовляемся ли в должной мере, воспитываем ли новые силы для новой работы? Здесь есть, несомненно, угрожающие признаки, показывающие, что не все обстоит благополучно: посмотрите на печать, многие представители ее и по сей день живут впечатлениями и настроениями, чураясь серьезного обсуждения грандиозного дела, предстоящего нам. Но печать в этом не так уж повинна: общество требует этого, оно до сих пор живет туманными формулами, а между тем, казалось бы, мы должны были бы уже это пережить.

Режим, обративший Россию чуть ли не в игорный дом, создал неблагоприятную атмосферу и в вопросах материальных. И мы, расходуя средства, нередко склонны забывать, откуда идут деньги, у нас сложилось слишком свободное отношение к государственному сундуку и руки привыкли тянуться к последнему. Мы протестуем против непроизводительных и чрезмерных расходов государственного бюджета. Но можно опасаться, что, когда мы сами будем призваны творить новые формы, не будем ли мы также чересчур мягко смотреть на расходование народных сумм, не будем ли создавать также излишнего чиновничества просто потому, что нужно пристроить того или другого человека?

Да, старые привычки сильны, и с этим проклятым наследием прошлого придется долго и упорно бороться, здесь нужно отбросить всякую партийность. И откуда бы зло ни шло, на чьей бы стороне ни вскрылись те или другие язвы, мы должны называть эти язвы их собственным именем. А между тем мы склонны затушевывать это, если язвы вскрываются на стороне лиц, принадлежащих к симпатичным нам группам, и наоборот, быть может, иногда раздуваем, если они зияют на другой стороне.

Об атмосфере игры

Чрезмерная партийность, которая проявляется за последнее время в нашей печати, приносит много вреда. Ведь многие факты проникают в публику, о них все знают, но партийные газеты об этом молчат, и это подрывает доверие к прессе. В общественности слышится в настоящее время единодушный вопль по «правде». Мы хотим знать правду, — говорят многие читатели, — знать факты, а то сегодня читаешь одно известие, а завтра оно опровергается. Но это в лучшем случае. А зачастую так и живешь с этими известиями и лишь поздно узнаешь, что это — неправда.

Каждый хочет у нас законодательствовать или по крайней мере переделать даже вполне разумный закон по-своему (если только в этом есть какой-либо его интерес). Это разрушение чувства законности — проклятие старого, страшное, тяжелое, более тяжелое, чем думается. Конечно, здесь возможно лечение. Нужно прежде всего создать хорошие законы, обставить гарантиями их соблюдение, и общество и печать должны реагировать на всякое нарушение закона, откуда бы оно ни шло и какими бы мотивами ни обставлялось это нарушение. Надо помнить, что уважение к закону,— великое культурное приобретение.

Сколько искателей приключений увивается около наших ведомств!

Но русская жизнь пропиталась насквозь неправдой. Так, помимо общего бюджета, у нас образовались бюджеты негласные, специальные бюджеты отдельных ведомств, которыми эти ведомства распоряжались по своему усмотрению. Да и доходы общего бюджета исчислялись у нас обычно в преуменьшенном виде, а это всегда давало остатки, которыми опять-таки можно было распоряжаться произвольно.

Я уже не говорю о нарушении самой элементарной правды нашим бюджетом. Нарушении, которое состояло в том, что средства собирались с населения, но они не затрачивались на производительные работы, при посредстве их не поднимались производительные силы населения. Создано много рычагов, нажимая которые, люди, обладающие влиянием и известными средствами, могли и еще могут обогащаться больше и больше. Но, конечно, это нажимание рычагов, с другой стороны, вело и ведет к обнищанию широких слоев населения.
В самом деле, таможенный тариф, обогащая одних, уменьшал благосостояние других. Казенные заказы по высоким ценам также обогащали одних, но придавали неправильное направление расходованию казенных средств и тем отвлекали их от производительного назначения. К тому же ведут и субсидии из государственных средств. Все это разделяло население на очень богатых и очень бедных.

Эти формы, конечно, присущи любому капиталистическому государству, но у нас они достигли кульминационного пункта развития просто потому, что широкие массы не пользуются влиянием на государственную волю.

Но, помимо того, особые условия нашей государственной жизни создавали другие формы обогащения, менее известные на Западе.

Финансовая организация не есть дело только финансовой техники. Нет, это явление глубоко общественное, и организация финансов тесно связана со всем строем общественной и политической жизни страны. Само распределение налогового бремени находится в тесной зависимости от социального строя (Америка, Англия, Франция).
Бюджетное право тесно связано с политическими формами. Так, в абсолютной монархии почти нет государственного контроля. Контроль здесь — частное дело Монарха.
Финансы страны могут быть поставлены хорошо только при хорошем народном представительстве, следовательно, широком избирательном праве, свободе печати, действительном контроле народного представительства, публичности действий финансовой администрации.

О постановке нашего государственного контроля

Контролирующий орган иногда по нескольку раз пишет в соответствующее ведомство, прося отзыва. Но на это его требование нередко не обращается внимания, а сам он своей властью бессилен что-нибудь сделать, он может только жаловаться начальству подчиненного лица, о котором производится дело в ревизионном порядке.

При ведении сколько-нибудь значительного хозяйства необходимо иметь хороший контроль, тем более он необходим в государственном хозяйстве: контроль должен быть поставлен самостоятельно, независимо, должен быть снабжен большими полномочиями. Так мы видим в Западной Европе, но не у нас. Контроль может у нас писать и говорить, сколько угодно, а начальство своего не выдаст, и потому обращаются с казенными деньгами, как им Бог на душу положит

Государственная Дума в силу нашего действующего законодательства не может вычеркнуть многих расходов одним росчерком пера, нужно выходить с особыми законопроектами.

Беспрерывная борьба контроля с ведомствами в известной степени создала в контрольных учреждениях оппозиционный дух, критическое чутье к мероприятиям, идущим из того или другого ведомства. Этот критический дух выгодно выделяет контрольные учреждения в рядах нашей бюрократии.

Пресса также могла бы открыть свои столбцы для свободной критики нашего бюджета со стороны всякого, имеющего что сказать.
Кабинеты будут сменяться один другим, а государственный контролер будет оставаться, извлекая богатый опыт из этой смены политики.
Наш доходный бюджет исчислялся преуменьшенно, отчего в конце года получались обыкновенно избытки, расходование которых совершалось почти вне контроля Государственной Думы.

Наша финансовая политика углубляла ров между отдельными классами, поощряла обогащение отдельных групп за счет всего населения.

Крупный капитал оказывал сильное влияние на нашу финансовую политику. В интересах его и высокий таможенный тариф, и такая организация внутренних акцизов, которая делает невозможным существование у нас мелкой промышленности в некоторых отраслях.

Одним словом, наша экономическая и финансовая политика углубляла и развивала в более сильных группах способность обогащаться за счет более слабых групп.

Ведь кто не знает, какое у нас значение имели личное влияние, связи, умение угодить высоким лицам и так далее. Таким порядком Россия развращалась, везде проникал дух угодничества, и элементы, воспринявшие в себя этот дух, особенно выдвигались, играли крупную роль, их благосостояние росло, и, следовательно, было из-за чего постараться сделаться угодными.

В настоящее время мы вступаем в другой строй жизни: над расходованием народных средств должен быть установлен контроль, не только бумажный, а действительный, и этот контроль должен у нас принять строгие формы, так как казнокрадство въелось в плоть и кровь.

Кроме того, громадные обороты, производимые Министерством финансов с заграничными банками, биржевые операции и тому подобное, а также расходы из секретных сумм на известное только руководству государства употребление у нас изъяты из ведения государственного контроля.

Но в таком случае необходимо распространить деятельность государственного контроля на операции государственного банка, производимые за счет казны. Ведь здесь идет вопрос о громадных суммах, особенно по выдаче ссуд, и какие убытки потерпела казна от выдачи вне-
уставных ссуд.ѕ Одним словом, контроль должен быть распространен на все ведомства, где только идет речь о расходовании казенных средств.

О финансовом положении России

Некоторые слои публики у нас проникнуты мыслью о банкротстве России, но с изумлением видят, что пророчества не сбываются. На самом же деле это вопрос более сложный, и следовало бы к нему подступаться с научным анализом, а печать топчется среди общих фраз.

Громадность нашей страны - вот что поддерживает наш бюджет.

Одним из важных ресурсов правительства является выпуск бумажных денег; но крупные заграничные платежи надо производить в золоте. Вот почему особенно важно сохранить золотой запас как можно в больших размерах. И не этим ли диктуются последние усиленные меры по охране золотых запасов?

Мы могли бы искренно приветствовать заботливость, проявляемую за последнее время о сохранении средств государственного банка, заботливость, выражающуюся в сокращении закупок государственных процентных бумаг и сокращении операций по продаже валюты. Но возникают сомнения, чем вызывается эта заботливость. Чтобы рассеять эти сомнения, нужно, чтобы нас познакомили с фактическим положением вещей. Пора бы бросить игру в прятки, пора снять покрывало с государственного банка и кредитной канцелярии.

Итак, положение хотя и серьезно, но далеко не безнадежно, и если иностранные капиталы в настоящее время неохотно идут в Россию, то при условии стабилизации в стране они в большом количестве потекут в нее: курс бумаг поднимется, держатели бумаг тогда выиграют.

Здесь будут говорить об «осторожности», о «необходимости запаса на черный день», но правильное из года в год превышение поступлений над сметными предположениями показывает, что здесь дело не в осторожности, нет, указанная практика диктовалась желанием Министерства финансов быть исключительным хозяином и распорядителем этих бюджетных избытков.

У нас, как уже было говорено, за последнее время некоторые ведомства успели образовать из своих специальных средств особые «негласные бюджеты», средства из которых расходовались вне обычного сметного порядка, и отмеченная система исчисления также делала руку министра финансов в расходовании этих средств владыкой

Да, у нас хватало денег на все, но не хватало их на культуру мозга, головы.

Надо выработать, говорю я, целесообразный широкий план развития производительных сил страны, надо позаботиться о привлечении иностранных капиталов, выработать условия выдачи концессий и такие условия, чтобы все-таки наши богатства не расхищались.

Посмотрите, что создано энергией и инициативой в Соединенных Штатах. Там колоссальное развитие промышленности. Конечно, причина этого лежит и в естественных богатствах, но разве у нас меньше богатств! Пожалуй, главное — в развитии предприимчивости и энергии. Все там будит человека и заставляет его напрягать все свои силы, пользоваться в полном объеме всеми способностями, которыми его наделила природа.

Россия нуждается в оплодотворении своих богатств притоком крупных капиталов. У нас и в настоящее время, несмотря на мировой опыт, слышатся протесты против якобы нашествия иностранцев. Но без иностранных капиталов наши богатства так и будут спать. Иностранные инвестиции должны помочь нам поднять наши дремлющие богатства на наше благо, и тут мы не должны уподобляться собаке на сене.

Не следует останавливаться и перед выдачей концессий иностранцам. Правда, это будет налагать на нас жертвы, но что же делать, - это грехи истории, грех политики старого режима. Мы не развивали энергии населения, мы стесняли человека, отучали его от деятельности, и, конечно, потому у нас и не выработалось тех навыков, которые нужны для всестороннего развития нашей родины.

В настоящее время в России мало верят правительству, и при таком положении, при промедлении в удовлетворении насущных потребностей населения, можно будет полагать, что следующая Дума будет левее первой, а это приведет к тяжелым конфликтам и самым тяжелым последствиям для русских финансов. Правительство, быть может, попытается распустить Думу, но тогда лучше и не говорить о тех последствиях, которые могут возникнуть для экономического и финансового положения страны.

Итак, корень экономического и финансового положения России все-таки во внутренней политике и в проведении коренных реформ, особенно экономического характера. Если правительство будет мудро и пойдет навстречу необходимым реформам, то финансовое положение скоро улучшится. Громадность страны уже заключает в себе самоисцеляющую силу. Этим отчасти объясняется то, что страна, несмотря на внутренние неурядицы, успела удержать у себя золотую валюту, и в то время, когда одна часть населения охвачена тревогами и брожением, другая продолжает почти нормально работать.

Но если вверху будут продолжать упорствовать, то бегство капиталов из России еще больше усилится, бумаги будут выбрасываться в больших количествах на биржу, курс их упадет, экономическая жизнь еще больше расстроится, и последствия этого самые печальные — рост выпуска бумажных денег и так далее.

Из Заключения

Нашу уродливую налоговую систему следует коренным образом перестроить. До сих пор она строилась под влиянием минутных настроений: нужны были деньги, и их старались черпать там, где в данное время легче и проще всего можно было бы добыть их, вовсе не справляясь с тем, как это отразится на населении.

Бюрократия не любит свободной, критики, так и часть общества не любит, когда ее критикуют. Особенно это обнаруживается на некоторых наших политических партиях: себя они стараются ставить выше упреков.

Ведь не шутка — перестроить Россию! Здесь надо идти с величайшей осторожностью. У нас же группы из нескольких лиц, стоящих во главе той или иной партии, претендуют на обладание рецептом спасения России. Вот почему партийные органы для здорового ума скоро надоедают: вы видите постоянное повторение одних и тех же шаблонов, ежедневно преподносится в них давно уже пережеванная пища. Может казаться, что на читателей смотрят здесь, как на жвачных животных, которые могут воспринимать только пережеванное. Это стремление на монополию мысли действует удручающе, эта боязнь свежей мысли — продукт той затхлой атмосферы, в которой мы так долго жили.

Надо на все у нас смотреть сквозь очки известного цвета, тогда партия вам создаст пьедестал, окру-жит ореолом, создаст из вас идола. А мы — вчерашние рабы — падки на это идолопоклонство, и ради этого удовольствия нередко фальсифицируем факты, опускаем одни, раздуваем другие. Вот почему наша пресса не всегда отражает в себе современную жизнь.

Несомненно, роль прессы будет расти с промышленным развитием России, и газеты будут удешевляться, так как реклама будет давать им крупные средства.

Мы живем в каком-то топком болоте, и, кажется, нет выхода из него. Оно беспредельно громадно, и нет сил, нет людей, которые бы нас вывели из негоѕ У нас нет понимания, как выйти из этой топи.

Мы кричим, ссоримся, один говорит: «Надо выкопать громадное-громадное озеро и в него спустить воду из болота». Другой предлагает натаскать земли как можно больше, срыть вон ту большую гору и засыпать ею болото. И все кричат, и никто не слушает друг другаѕ За работу, медленную работу — отвод воды из болота — не желают приниматьсяѕ и болото остается, несмотря на протесты и ругань.

Многие боятся показаться менее радикальными, чем другие.

Да, привыкли мы жить обрывками чужих мыслей, много у нас заячьего в характере...

Лозунги мы принимаем за то, что непосредственно должно заноситься на полотно жизни, но жизнь не поддается этому, и у нас опускаются руки.

Посмотрите, как перегружен наш книжный рынок переводной литературой. Конечно, много есть хороших иностранных книг, но ведь эти кни-ги — продукт другой жизни, и, конечно, не всегда содержание их соответствует условиям нашей жизни. Но для самостоятельного творчества у нас нет ни знаний, ни навыков: мы довольствуемся и здесь заимствованием с Запада. Творческая работа потребует огромного напряжения всех сил страны, и нужна здесь особенно честная и серьезная критика...

Люди самые заскорузлые иногда надевают теперь маску вызывающе-прогрессивную, вот этих-то масок надо очень опасаться: они всегда могут контрабандой провести свои прежние интересы.

Необходимое послесловие

На этом ваш покорный слуга с глубоким сожалением вынужден закончить выписки. Хочу извиниться перед публикой. Во-первых, надеюсь, читатели простят нам невинный и, думаю, поучительный розыгрыш, так как книга под заглавием «Как расходуются в Рос-сии народные деньги?» хотя, конечно, и являлась бестселлером, но появилась... 94 года назад, в 1907 году. Она выдержала несколько изданий, вызвала ожесточенные споры в обществе. Хорошо забытое старое... Во-вторых, за то, что из-за недостатка места опустил всю интереснейшую фактологичесую часть книги, основанную на убедительных примерах бесхозяйственности и коррупции в царской России. Впрочем, думаю, каждый сам знает немалое количество подобных фактов из современной истории российской.

В предисловии ко второму изданию автор писал:

«Как и следовало ожидать, книга вызвала много неудовольствия среди заинтересованных лиц, и даже появился слух о привлечении меня к ответственности за разглашение тайн. Но, несколько приподнимая завесу над нашим расходным бюджетом, я руководствовался только интересами целого, интересами устроения нашего государственного хозяйства...

Вот мой девиз, и здесь я делал и делаю, что могу...»

Зачем нам это пролитое вино? — может возмутиться дотошный читатель. Что толку публиковать в серьезной промышленной газете этот прошлогодний снег? Немцы правильно говорят: «Всякое сравнение хромает, и все зависит от всего». Разве можно экстраполировать тот давний опыт на сегодняшние реалии! Другая страна, другое время.

А так ли это? Страна, конечно, несколько изменила конфигурацию своих границ, но все еще узнаваема. Другое время? А не оказались ли мы на витке испорченной спирали диалектического материализма? В том смысле, что Россия в своем экономическом развитии совершила виток, но не по восходящей, а вокруг оси и на том же уровне — вернувшись в 90-х годах XX века (пусть с компьютерами и ракетами) в период грабительского капитализма начала века. И из этого самого состояния уже сегодня, в еще непривычном веке ХХI, нам, чтобы поднять страну, придется выходить тяжело и болезненно.

Предстоит еще большая работа, чтобы делать бюджет страны все более прозрачным, чтобы структура расходов была адекватна нуждам бюджетополучателей. Необходимо, наконец, сделать так, чтобы контроль за исполнением бюджета был предельно жестким, чтобы не допускалось нецелевое расходование бюджетных средств. Если, по некоторым оценкам, около двух третей всех средств федерального бюджета не расписаны по экономической классификации, то это формально означает, что мы не знаем, кому мы эти средства даем. Необходимо, чтобы бюджет не был нейтральным по отношению к товарному производству. А сейчас основные бюджетные средства идут на выплату долгов, а на промышленные инвестиции средств практически не остается...

Никто не говорит, что все это просто сделать. Но нужно. И не откладывая в долгий ящик. И здесь не будет, думаю, лишним опыт прошлого. Говорят, что история ничему не учит тех, кто не хочет учиться. Но если мы не разучились учиться, думается, что полезно порой обратиться и к отечественному хорошо забытому старому. Хотя бы ради того, чтобы не наступать в очередной раз на те самые пресловутые грабли...

И в заключение немного об авторе книги.

Озеров Иван Христофорович родился в 1869 году, профессор, экономист. К сожалению, в доступных изданиях не удалось найти год и место смерти И.Х.Озерова.

Вот как автора характеризуют несколько энциклопедий разного времени.

Энциклопедический словарь «Гранат и Ко» за 1915 год дает такие сведения.

Озеров Иван Христофорович — ученый и политический деятель, родился в деревне Занино Костромской губернии, в бедной крестьянской семье. Окончил юридический факультет Московского университета. Возглавлял кафедру финансового права в Московском университете, в 1907 году перешел в Петербургский университет, но продолжал читать лекции в Московском университете. В 1909 году был избран в члены Государственного совета от Академии наук и университетов. Кроме диссертаций по финансовому праву Англии и Германии, завоевавших большую популярность, написал несколько книг по различным вопросам экономической жизни, государственного хозяйства и рабочего законодательства. Важнейшие из них «Из жизни труда», «Очерки экономической и финансовой жизни России и Запада», «Экономическая Россия и ее финансовая политика» (1905), «Политика по рабочему вопросу»(1906), «Как расходуются в России народные деньги» (1907), «Оборотная сторона нашего бюджета»(1911) и др. Много писал по текущим финансовым и экономическим вопросам в специальной и общей периодической печати, русской и иностранной. Под псевдонимом З.Ихоров он выпустил также несколько беллетристических произведений: «Исповедь человека на рубеже ХХ века», «Записки самоубийцы», «Песни бездомных».

Замечу от себя, так как в свое время занимался этим периодом истории российской, что И.Х.Озеров входил с 1907-го по 1917 год в «Общество деятелей периодической печати и литературы», объединявшее около 700 членов и бывшее в те годы своеобразным профессиональным союзом творческой интеллигенции Москвы, Санкт-Петербурга и ряда губерний Российской Империи.

Малая советская энциклопедия 1931 года расставила свои акценты в биографии профессора И.Х.Озерова: «...до революции занимал кафедру финансового права в Московском и Петербургском университетах. Труды его по этим вопросам в царское время пользовались большим распространением, но в настоящее время потеряли всякое значение. Политические взгляды О. характеризовались его поддержкой полицейского социализма Зубатова».
В последующих больших и малых советских энциклопедиях, среди 5-6 личностей с фамилией Озеров, места Ивану Христофоровичу не нашлось.

Р.S. Приношу свои извинения памяти автора за небольшую правку цитат с учетом новой орфографии (но и только), без которых эта маленькая мистификация не могла бы состояться.

Александр Дегтярев

,
член Союза журналистов России

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Полезные ссылки  Rambler's Top100