Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
Содержание номера 

Минерально-сырьевая база России в свете национальной безопасности

Евгений Козловский

,
заведующий кафедрой Московского
государственного геолого-разведочного
университета, доктор технических наук,
профессор, заслуженный деятель науки
и техники России

Специалистами под национальной безопасностью понимается такое состояние страны, при котором защищены жизненно важные интересы граждан, общества, государства, а также национальные ценности и образ жизни населения от широкого спектра внешних и внутренних угроз, различных по своей природе - политических, экономических, военных, экологических, дезинформационных, психологических и других.
В Государственной стратегии экономической безопасности Российской Федерации определены внешние и внутренние для нее угрозы, сформулированы критерии состояния экономики, отвечающие требованиям экономической безопасности и национальным интересам, а также изложены механизмы реализации этой стратегии.
Экономическая безопасность – это совершенно определенное, измеряемое научно разработанными критериями, количественное и качественное состояние экономики страны, обладающей экономическим потенциалом, достаточным для самостоятельного, устойчивого прогрессивного развития всех сфер общественной жизни, а также способной обеспечивать по признанным мировым стандартам благосостояние всех слоев населения и сохранять стабильность экономики при различных дестабилизирующих воздействиях.
В условиях нынешнего глубокого экономического кризиса крайне важно определить те критические параметры, достижение которых грозит разрушительными процессами и необратимой деградацией.
Как известно, развитие мировой экономики сопровождается неуклонным ростом потребления топливно-энергетических и других минеральных ресурсов. Из добытых за последние 100 лет более 185 млрд. т угля и 45-50 млрд. т железной руды свыше половины приходится на период 1961-1995 гг. Потребление других металлов увеличилось за этот период в 3-5 раз, а сырья для производства удобрений в 3-3,5 раза. Естественно, каждой страной или группами стран вырабатывается определенная минерально-сырьевая политика, зависящая от многих факторов, но прежде всего от наличия собственных минерально-сырьевых ресурсов и масштабов потребности в них. Поэтому нужно объективно оценить происходящие в России перемены и определить государственную значимость минерально-сырьевой базы в реформировании страны, в частности, необходимый по критериям национальной безопасности уровень добычи полезных ископаемых с учетом их внутреннего потребления и экспорта.
Кризисом экономики принято называть состояние, когда объем производства в стране сокращается на одну треть, а когда на две трети — то уже это распад. Именно в таком состоянии находится российская экономика по всем ее основным параметрам. За десять лет реформ Россия по объему ВВП переместилась с 55-го места в мире в 1987 году на 99-е в 1996 году. В списке стран, опередивших Россию по производству, преобладают развивающиеся государства Азии, Африки и Латинской Америки. Этот факт, по-видимому, еще не осознало ни российское руководство, ни наше общество.

Охотники до чужого добра
Анализируя общественно-политическую ситуацию в стране, приходишь к выводу, что социально-экономическое развитие, геополитическое положение и роль России в мировом сообществе в настоящее время и в перспективе в значи-тельной мере определяются ее минерально-сырьевым потенциалом и государственной стратегией его использования. Следует отдать должное существовавшей социалистической системе: ее руководители глубоко понимали роль геологии в развитии экономики государства и поэтому создали геологическую индустрию, включавшую систему научных исследований, которая сыграла значительную роль в развитии народного хозяйства страны. Но минерально-сырьевой комплекс России, созданный до начала 90-х годов и обладающий более высокой устойчивостью к выживанию в условиях реформирования по сравнению с другими отраслями экономики, оказался в критическом состоянии. Тем не менее он все еще продолжает сохранять фундаментальное значение для народного хозяйства, сдерживая его от более глубокого кризиса. Ведь около 40% фондов промышленных предприятий и 13% балансовой стоимости основных фондов экономики России сосредоточено именно в сфере недропользования, а добывающими и геолого-разведочными отраслями обеспечивается не менее 25% ВВП и около 50% объема экспорта страны. Отсюда и значение минерально-сырьевого комплекса страны как фундаментальной составляющей экономики. Поэтому основной задачей государственного регулирования отношений в недропользовании является обеспечение воспроизводства минерально-сырьевой базы, ее рационального использования и охраны недр в интересах нынешнего и будущего поколений народов России.
Россия отстаёт от других развитых стран по потреблению минерально-сырьевых ресурсов (МСР) на душу населения. В последние годы объёмы их потребления снизились до 30-40%, а по ряду видов сырья – на 70-80%, что явилось результатом общественно-политических потрясений в последние 10-15 лет.
Почему же страна, имеющая гигантские минерально-сырьевые возможности, влачит жалкое существование? В чём дело? В опубликованных в 1999 году в «Вестнике Российской Академии наук» статьях академики А.Э. Конторович, Н.Л. Добрецов и Н.П. Лавёров показали зависимость качества жизни от доли потребления энергетических ресурсов в стране. Так, в СССР за период с 1960-х до начала 90-х годов эффективность энергопотребления резко повышалась - до 9 т условного топлива на человека при ВВП на душу населения, превышавшем 15 000 долларов, - что соответствовало тогда уровню развитых стран. Однако за последнее десятилетие эти показатели в России, к сожалению, уменьшились более чем вдвое, в то время как в высокоразвитых странах производство ВВП на душу населения достигло 30 000 долларов при том же уровне потребления энергетических ресурсов, что и в России. Как отметили эти учёные, отношение уровня потребления энергоресурсов к ВВП является объективным интегральным показателем качества жизни в стране.
История учит, то, что плохо охраняется и используется в одном государстве, становится объектом притязаний других стран.
В 90-х годах в Америке настоящую сенсацию вызвал ряд статей ведущего консультанта Института мировой политики США Уолтера Рассела Мида под общим названием "Не купить ли нам Сибирь?". Автор не прибегает к подробной аргументации экономической выгоды подобной сделки, а исходит для ее обоснования совсем из других положений: это бездарность российской власти, неспособной управлять богатейшим краем, плачевное состояние всей инфраструктуры сибирского региона, кризис в отношениях с центром, тотальное воровство на всех уровнях экономической жизни, равнодушие местных жителей к попыткам Москвы восстановить свой контроль на местах, чувство безнадежности в среде местной интеллигенции и др. Все это является "глубоким" обоснованием для того, чтобы "спасти гибнущий регион, опускающийся в пучину исторического небытия на фоне роста крайних националистических настроений в среде плохо образованной и радикально настроенной молодежи".
И по тексту уточняется, что "вакуум власти (в том числе и духовной) на Дальнем Востоке приводит к тому, что его заполняют инородные, но популярные здесь силы – толпы протестантских миссионеров, адепты радикальных сект и экзотических культов, кришнаиты, буддисты, сторонники Мунаѕ Их присутствие и влияние в регионе – реальность нынешнего Дальнего Востока. Их помощь местным жителям может стать тем американским "арахисовым маслом", которое стольких спасло от голода в послевоенной Европеѕ" Вот такие радетели о нашем благе пытаются «спасти» плохо освоенные нами районы. Кстати, появилась даже карта, на которой отображены интересы нашего нового "друга".
Но американский учёный лишь озвучил интересы официальных кругов Запада и США. Как сказал британский премьер Мейджор в одной из своих речей, задача России – быть кладовой ресурсов, необходимых развитым странам, а для их сохранности и использования России достаточно иметь 50 млн. населения. И это рассуждения высшего государственного чиновника! Более того, определённые круги на Западе вынашивают планы дальнейшего расчленения России. Они отражены, в частности, в книге Бжезинского «Геостратегии для Евразии». Он пишет о «свободной конфедеративной России, состоящей из европейской России, Сибирской республики и Дальневосточной республики». В такой конфигурации, подчёркивает Бжезинский, России «будет легче поддерживать тесные экономические связи со своими соседями. Каждое из таких конфедеративных образований сможет успешно развивать творческий потенциал на местах, веками тормозившийся тяжёлой бюрократической рукой Москвы. В свою очередь, децентрализованная Россия будет менее склонна к проявлению имперских амбиций». В соответствии с этими планами наше Приморье отходит к «Великому Китаю», Южные Курилы, естественно, пополам делят Япония и США. Тем самым Россия лишится не только выходов в Балтику и Чёрное море, но и в Тихий океан. Северный Кавказ, Калининградскую область и дажеѕ Петербург, как и Прибалтику, Украину и Молдову, поделят между собой Германия и Турция. И так далееѕ
А что же мы? Последовала нота МИДа с резким протестом хулиганствующим политикам в ответ на унижение России, оскорбление её национальной гордости и призывы к развалу суверенного государства? Нет, не последовала.
Сибирь и Дальний Восток являются органической частью России с XVI века. Из 29 субъектов Российской Федерации, расположенных к востоку от Урала, 22 региона по величине валового регионального продукта на душу населения занимают лидирующие места в России. Экономически восточная часть России отличается от европейской не только количественно, но и качественно. Сибирь и Дальний Восток – территории, где преимущественно производится сырьевая продукция. Там добывают нефть и газ, никель и медь, золото, платину и алюминий, причем вся эта продукция экспорто-ориентированна и конкурентоспособна. Каждый второй восточный регион отдает в федеральный бюджет больше, чем получает из него. При этом если в среднем по России доля средств из федерального бюджета в доходах региональных бюджетов составляет 11%, то на территории Сибири и Дальнего Востока треть субъектов Федерации получает менее этой средней "подпитки". Эти территории были и остаются местами размещения относительно новых, мощных и, главное, работающих предприятий. Среди 15 регионов России, лидирующих по производству на крупных и средних предприятиях, шесть относятся к Сибири и Дальнему Востоку.
Намерения зарубежных охотников до чужого добра кое-кем поддерживаются и внутри страны. Приведу один удивительный документ, опубликованный в якутской газете «Туймаада саната» №11(17), 24.03.00. В нем говорится:
«Мы, Правительство Республики Саха (Якутия), гарантированно отдаем в залог активы, находящиеся в собственности Республики Саха (Якутия), международной группе «Феникс»-ЛТД и U.H.C., S.A. (Bay. St. 6. Nassau, Bahamas), в рамках и в развитие правительственной гарантии № 1/08/937 от 09/07/1996 г. на период на два года и один день, которая вступает в силу с начала да-ты поступления инвестиционных средств на счета Правительства Республики Саха (Якутия) на сумму один миллиард долларов США». В числе этих активов все разведанные и подтвержденные запасы нефти, газа, угля, леса, металлов (за исключением алмазов и золота), а также всех видов промышленных материалов, «которые в настоящее время не находятся в лизинге или в совместном предприятии с другими и которые составляют более половины соответствующих известных месторождений».
Итак, за один миллиард американских долларов вся Якутия была заложена. Пока, правда, еще не известно, имел ли упомянутый документ юридическую силу и пользовались ли им, наваривая прибыль.
Есть и более значимые «доброжелатели» нашей многострадальной Родины. За последние годы в России и странах СНГ инофирмы и компании проявляют наибольший интерес к ресурсам нефти, газа, золота и урана. Но ведь запасы урана и плутония - это фактор оборонной значимости. Однако о согласии России продавать США уран из демонтируемых ядерных боеголовок было объявлено ещё администрацией Буша в 1992 г. Соответствующий контракт утверждён постановлением Правительства РФ 25 августа 1993 г. (№ 861), по которому американская сторона в лице компании «Энричмент корпорейшн» в течение 20 лет закупит 500 т оружейного урана, причём в первые пять лет будет закупать по 10 т в год, затем - по 30 т. Общая стоимость контракта публично определена в 11,9 млрд. долларов, хотя на самом деле цена данного проекта настолько огромна, что все ядерные державы предпочитали не обнародовать эту информацию. В связи с этим в бюллетене Европейского ядерного общества (№ 3, 1994 г.) под характерным заголов-ком «Бывшее оружие России - на производство электроэнергии в США» сообщалось: «Покупаемого Соединенными Штатами урана с демонтируемых советских боеголовок будет достаточно для получения ядерного топлива для АЭС и обеспечения электроэнергией 50 млн. семей». Там же сказано, что по соглашению, подписанному
В. Черномырдиным, «в американский бюджет будет поступать более 50 млрд. долларов ежегодно, а в российский в тысячи раз меньше». Я хочу спросить: чем думали подписавшие упомянутый контракт российские руководители?
К чести наших государственных органов, у них теперь наступает какое-то понимание того, что нельзя рубить сук, на котором сидишь. А сук этот - минерально-сырьевая база страны. Совет безопасности РФ, а точнее - его Межведомственная комиссия в марте этого года приняла решение «О сырьевой безопасности России в XXI веке». В нём, в частности, указано, что «ѕобеспеченность экономики России минерально-сырьевыми ресурсами в начале XXI века может ещё больше ухудшиться из-за проявившихся в последнее десятилетие негативных тенденций, дальнейшее развитие которых создаёт реальные угрозы экономической безопасности Россииѕ». И далее детали, правильные, жёсткие, и пожелания правительству. А Госсовет создал рабочую группу из специалистов для рассмотрения сложившейся обстановки в минерально-сырьевом комплексе с целью разработки новой государственной политики в области минерального сырья и недропользования.

Что имеем?
По обеспеченности России запасами МСР выделяются следующие четыре группы полезных ископаемых:
- газ, алмазы, никель, платина, бериллий, калийные соли, хризотил-асбест, которых хватит на длительный период;
- нефть, свинец, цинк, сурьма, олово, вольфрам, молибден, ниобий, интенсивный уровень добычи которых обеспечен на 5-7 лет;
- марганец, титан, рудное золото, бокситы, каолиновые и бентонитовые глины, плавиковый шпат, добыча которых пока достаточна, уровень запасов которых явно недостаточен;
- уран, вольфрам, цирконий, рений, стронций, разведанные запасы которых следует считать ограниченными, но имеется возможность их расширить в течение 5-12 лет.
Анализ показывает, что резко обострилась проблема восполнения запасов на добывающих предприятиях в основных горнопромышленных районах страны. А это, как известно, не может не повлиять на базовые отрасли экономики страны и ее экономическую безопасность. По данным Минприроды РФ, за период с 1994-го по 1999 год восполнение извлекаемых из недр запасов МСР их приростами составило по нефти 73%, газу – 47%, меди – 33%, цинку – 57%, свинцу – 41%. Так как минерально-сырьевой потенциал по указанным видам сырья сосредоточен в основном в северных широтах и на Дальнем Востоке, то геологический риск в подготовке новых нефтегазоносных провинций и рудных районов должно брать на себя государство, а разведку и освоение новых месторождений обязаны взять на себя компании. При этом следует разобраться как и каким образом следует обеспечить развитие минерально-сырьевой базы страны с возложением части затрат на заинтересованные компании. Тем более что обстановка к этому подталкивает. Ведь за период с 1991-го по 1999 год капитальные вложения в ТЭК сократились в три раза, с 1994 г. прирост запасов нефти и газа не компенсирует их добычу, за годы реформ энергоемкость России возросла в 1,5 раза, наблюдается высокий износ основных фондов во всех отраслях ТЭК.
Следует заметить, структура топливно-энергетического баланса России резко отличается от структур других стран, что не может не сказаться на будущей перспективе. При этом необходимо учитывать, что в соответствии с государственной энергетической политикой общая потребность России в первичных энергоресурсах будет расти медленно и только к 2010 г. достигнет уровня 1995 г., а к 2020 г. повысится еще на 5%. При этом прогнозируется снижение удельной энергоемкости ВВП. Но не следует забывать о переходе основных месторождений газа в режим падающей добычи, что требует предпринимать необходимые меры по поиску новых месторождений. Большие разведанные запасы природного газа (35% от мировых), сконцентрированные в основном в крупных и уникальных месторождениях, позволяют совершенно обоснованно рассчитывать на преимущественное развитие газовой промышленности с доведением добычи газа к 2010 г. до 740 - 860 млрд. кубометров.
Положение в нефтедобывающей промышленности является более сложным. Свыше 70% запасов нефтяных компаний находится на грани рентабельности. Если десять лет назад доля вовлеченных в разработку запасов нефти с дебитом скважин 25 т/сутки составляла 55%, то сейчас такую долю составляют запасы с дебитами скважин до 10 т/сутки, а запасы нефти высокопродуктивных месторождений, дающих около 60% добычи, выработаны более чем на 50%. Доля запасов с выработанностью свыше 80% превышает 25%, а доля с обводненностью в 70% составляет свыше трети разрабатываемых запасов. Продолжают расти трудноизвлекаемые запасы, доля которых уже достигла 55-60% от разрабатываемых.
Освоение угольных сырьевых ресурсов осуществляется темпами, не соответствующими их потенциалу. Развитие добычи и рост потребления угля должны происходить в рациональном сочетании с производством и потреблением других энергоносителей, с учетом запасов каждого из них, распределения их по территории страны, стоимостных затрат на добычу и транспортировку к потребителю и т.д. Очевидно, что вклад угольной промышленности в повышение энерговооруженности страны должен быть более масштабным, чем в настоящее время. Имеющиеся разведанные запасы углей являются надёжным потенциалом стабилизации и развития угольной промышленности, удовлетворения (наряду с использованием других энергоносителей) энергетических нужд страны, в том числе электроэнергетики, а также потребностей металлургии и других отраслей промышленности. Следует признать, что нынешние проблемы угольной отрасли порождены определённой недооценкой её роли в народно-хозяйственном комплексе страны. К тому же с началом новых экономических реформ ни разу не разрабатывался топливно-энергетический баланс страны на перспективу.
Сырьевая база железорудной промышленности России весьма разнообразна по типам и масштабам месторождений, степени концентрации запасов в регионах, условиям добычи руд, их обогатимости, удалённости от потребителей и прочим факторам.
Крупные ГОКи, составляющие основу железорудной промышленности России - Лебединский, Михайловский, Стойленский, Качканарский, Костомушский, Ковдорский,- обеспечены запасами на 25-35 лет и более. Достаточно обеспечены запасами подземные рудники Сибири и КМА. Вместе с тем ряд железорудных предприятий имеют неблагополучные сырьевые базы. Так, на Оленегорском ГОКе основной карьер – Оленегорский – обеспечен запасами всего на 15 лет, Кировогорский – на 20 лет. Через 12-13 лет будут полностью отработаны богатые руды в карьерах Михайловского и Стойленского ГОКов.
После распада СССР Россия осталась практически без промышленных месторождений марганцевых руд. Разведанные запасы их составляют 146 млн. т, добыча в промышленных масштабах не производится. Наиболее крупное из известных месторождений – Усинское в Кемеровской области с запасами 98,5 млн. т бедных труднообогатимых карбонатных руд отнесено к группе резервных, остальные месторождения не намечаются к освоению. Преобладающим типом руд является труднообогатимый карбонатный, на долю которого приходится около 91% балансовых запасов, остальная часть – легкообогатимые окисные и окислённые руды.
Россия не имеет разведанных запасов металлургических сортов хромитов. Поэтому усиление геолого-разведочных работ по поиску хромовых руд, в том числе металлургических сортов, с целью создания соответствующей минерально-сырьевой базы, является одной из важных задач геологической службы страны.
Сырьевой базой для производства глинозема и алюминия являются месторождения бокситов, нефелиновых сиенитов и алунитов. Свыше половины разведанных запасов бокситов сосредоточено в северном регионе и около 28% на Урале. Более 84% бокситов добывается на Урале, в том числе 73,6% – в Северо-Уральском бокситоносном районе. Вторым по значению после бокситов видом алюминиевого сырья являются нефелиновые руды, при переработке которых можно получать не только глинозем, но и другие ценные продукты.
Характерной особенностью минерально-сырьевой базы меди России является главенствующая роль в запасах и добыче месторождений сульфидного медно-никелевого и колчеданного геолого-промышленных типов. Минерально-сырьевая база меди характеризуется высокой степенью промышленного освоения ее балансовых запасов, достигшей к настоящему времени 52%. Около 30% разведанных запасов сосредоточено в подготавливаемых к отработке месторождениях. В перспективе удовлетворение потребности в меди может быть обеспечено за счет освоения гигантского Удоканского месторождения в Читинской области. Актуальным представляется также совершенствование технологии добычи меди, в первую очередь из месторождений с рядовым и бедным ее содержанием, в частности, применение методов подземного выщелачивания из недр и хвостов обогатительных фабрик в Норильском и других районах, а также увеличение ее производства из вторичного сырья.
Несмотря на кризисные явления, охватившие в последние годы никелевую промышленность, наша страна по-прежнему занимает первое место в мире по разведанным запасам и добыче никеля. В начале 90-х годов на долю России приходилось 95% разведанных запасов и 91% добычи никеля в странах СНГ. Поскольку главным типом месторождений никеля является сульфидный медно-никелевый, многие проблемы развития минерально-сырьевой базы и производства никеля, указанные выше для меди, справедливы и для никеля, особенно в Норильском районе. С целью расширения минерально-сырьевой базы никеля необходимо усилить геолого-разведочные работы в районах действующих предприятий, а также поиски месторождений в перспективных районах Карелии, Архангельской, Воронежской, Иркутской и Читинской областей, а также Бурятии.
Как предсказывают ученые, в ближайшие годы состояние с собственным производством свинца и цинка ещё более ухудшится. Помимо выбытия мощностей по добыче цинка на уральских медно-цинковых месторождениях, запасы на разрабатываемых свинцово-цинковых месторождениях в других районах уменьшатся к 2010 г. на 80-85%. Анализ состояния сырьевых баз горнодобывающих предприятий показывает, что до 2005 г. выбывают из числа действующих 11 рудников в районах Северного Кавказа, Западной и Восточной Сибири. Актуальным остаётся проведение геолого-разведочных работ в районах действующих предприятий для доразведки флангов и глубоких горизонтов на отрабатываемых месторождениях Нерчинского, Садонского, Алтайского ГОКов, ПО "Дальполиметалл", а также выявления новых месторождений богатых свинцово-цинковых руд в этих и других перспективных районах — Бурятии, Приморья, Красноярского края, Алтая.
Потребность в олове почти на треть превышает его производство, а разница ранее покрывалась за счёт импорта. Сложившееся в оловодобывающей промышленности положение представляется достаточно трудным. Ряд предприятий плохо обеспечен разведанными запасами. К их числу относятся предприятия, осваивающие запасы оловянных коренных и россыпных месторождений в Магаданской области и Чукотском АО, где прекратил деятельность ряд горно-обогатительных комбинатов. Конъюнктура на мировом рынке олова в перспективе будет становиться всё более неблагоприятной для потребителей. Цена на рафинированное олово на Лондонской бирже металлов постоянно увеличивается. Дальнейшее ухудшение конъюнктуры на мировом рынке объясняется тем, что страны - основные потребители олова (США, государства Западной Европы, Япония), не имеют собственных сырьевых ресурсов, а его потребности, по прогнозу, будут увеличиваться.
По оценке, вольфрамодобывающие рудники обеспечены запасами в среднем на 34 года, но по отдельным рудникам продолжительность добычи колеблется от 8 до 40 лет. При этом крупные запасы бедных руд Тырныаузского и Инкурского месторождений составляют 76% от всех запасов разрабатываемых месторождений. Обеспеченность запасами пяти рудников с богатыми месторождениями и одного со средним качеством руд составляет 8-14 лет. Это означает, что через 10-15 лет на половине вольфрамодобывающих предприятий запасы будут исчерпаны, а оставшиеся рудники будут разрабатывать в основном бедные руды.
Как показывает зарубежный опыт, применение высококачественных низколегированных ниобиевых и редкоземельных сталей дает наибольший эффект в транспортном машиностроении, газо-нефтедобывающих отраслях и связанных с ними трубопроводных системах, при строительстве крупных инженерных сооружений, объектов ядерной энергетики и в других важнейших отраслях промышленности. Каждая тонна ниобия, введенного в малоуглеродистые стали для изделий транспортного машиностроения и строительства, позволяет экономить 200-300 тонн металла и снижать вес конструкции на 30-40%, а срок службы соответствующей продукции увеличивается в 1,5-2 раза.
Россия, к сожалению, значительно отстает от передовых промышленно развитых стран по уровню потребления тантала, ниобия, стронция и других редких, а также редкоземельных металлов. В частности, по потреблению ниобия и редких земель наша страна отстает от США соответственно в 4 и 6 раз. Между тем в России имеется достаточно крупная сырьевая база редких и редкоземельных металлов, но она слабо освоена. В последние годы редкоземельное и танталовое производство практически прекращено, а ниобиевое снижено на 70% по сравнению с 1990 г. При этом из производимых Ловозерским комбинатом (Мурманская область) концентратов тантала и ниобия более половины металлического ниобия и весь тантал выпускались на заводах Эстонии и Казахстана.
Располагая хорошей сырьевой базой и современной технологией, страна почти полностью удовлетворяла свои потребности в индии и его соединениях. Сегодня запасы индия по-прежнему достаточно велики, но проблемы его извлечения из руд и полуфабрикатов, а также получения и использования индиевой продукции требуют новых решений.
В России со всей остротой встала проблема воссоздания стратегических запасов. Как известно, перечень видов стратегически значимого минерального сырья может меняться в зависимости от военно-политических и экономических приоритетов государств, структуры материального производства и прогнозируемой обстановки, конъюнктуры мирового рынка, состояния внешнеэкономических связей и других обстоятельств. Отнесение определенной части разведанных (А+В+С1) сырьевых запасов к стратегическим – это вопрос специальных исследований. Следует отметить, что доля так называемых активных запасов от количества разведанных на 01.01.1997 г. составляла по железным рудам, меди, свинцу, цинку – 69-78%, никелю, бокситам, титану, апатитам – 60-68%, урану, олову, вольфраму, молибдену – 29-50%, фосфоритам – 25%, калийным солям – 90%. Вместе с тем, как показывает анализ, на преобладающем большинстве горнодобывающих предприятий обеспеченность разведанными запасами достигла критически низкого уровня: стратегический резерв многих видов сырья на действующих месторождениях является недостаточным.
Кризисное состояние российской экономики проявляется в непрекращающемся спаде производства и внутреннего потребления практически всех стратегических видов сырья и первичной продукции из них. Как было указано выше, добыча нефти, угля, выпуск стали, производство алюминия, никеля, свинца, цинка, других цветных и драгоценных металлов, алмазов, фосфатных и калийных удобрений сократились в 90-е годы до критического уровня (на 30–60%), а редких и редкоземельных минералов на 90–100%. Положение усугубляется также крайне недостаточным, а по большинству видов сырья полным отсутствием новых горнодобывающих мощностей и катастрофическим свертыванием геологоразведочных работ.
Положение с обеспеченностью минеральными ресурсами в начале ХХI века может ухудшиться ещё больше, что, несомненно, скажется на снижении экономической и оборонной мощи Российского государства. Как указывалось выше, Россия отстает от других развитых стран по потреблению минерально-сырьевых ресурсов в пересчете на душу населения. Так, по потреблению на душу населения важнейших полезных ископаемых - меди, свинца, цинка, олова - Россия занимает 9–11-е место в мире, по молибдену, никелю, алюминию, цирконию и танталу - 4–6-е место, по фосфатному концентрату и плавиковому шпату соответственно 7-е и 6-е место в мире. А ведь именно эти показатели характеризуют уровень экономического развития страны, а в конечном результате – национальную независимость и авторитет государства на международной арене. И при таком положении дел с обеспеченностью минерально-сырьевыми ресурсами из страны вывозится огромное количество важного сырья, запасы которого не могут быть восполнены или восполнимы с трудом. Причём торговля стратегически важными материалами стала одним из главных источников коррупции.
При разработке стратегии развития минерально-сырьевой базы следует учитывать временной фактор как определяющий. Опыт освоения территорий России показывает, что подготовка ресурсной базы в объемах, рентабельных для промышленного освоения, требует 10-15 лет при условии концентрации значительных средств. Современная ресурсная база даже в освоенных районах характеризуется сложной структурой, и при действующей налоговой системе не менее 50% подготовленных запасов оказываются нерентабельными для промышленного освоения. Печально, но приходится констатировать, что государство самоустранилось как от развития минерально-сырьевой базы, так и от управления ТЭКом, что ведет к развитию негативных процессов во всей экономике. По экспертной оценке специалистов Института мировой экономики и международных отношений РАН, за семь лет, прошедших после приватизации основных энерготопливных предприятий страны, государство вследствие утраты контроля над ТЭКом недополучило около 40 млрд. долларов. Между тем во всем мире понимают и учитывают стратегическую значимость этого комплекса. Влиятельная английская газета «Файнэншл таймс» писала: «За период с 30-х до середины 90-х годов расходы государства на субсидии и трансферты в экономике выросли с 5% от ВВП до 23%, составляя в настоящее время до половины всех государственных расходов». То есть поддержка государства рассматривается как значимый фактор социально-экономического развития. И значительная часть этой поддержки приходится «там» на топливно-энергетический комплекс.
Таким образом, проблема развития ТЭК и его минерально-сырьевой базы — одна из важнейших для экономики России, от решения которой зависит как перспектива развития страны, так и ее национальная безопасность. И особо хочу подчеркнуть, стратегическое прогнозирование производства минерально-сырьевых ресурсов, даже несмотря на многие факторы неопределенности, имеет огромное значение. В частности, по прогнозным максимальному и минимальному вариантам добычи никеля и кобальта, возникнет дефицит мощностей их производства в 2007-2012 гг., по коренному золоту – в 2001-2005 гг.; мощности по добыче россыпного золота могут быть исчерпаны до 2010 г. Сроки возникновения дефицита мощностей по добыче других металлов оцениваются следующими годами (максимальные и минимальные варианты): серебро и медь - в 2005-2010 гг., цинк - в 2005-2007 гг., свинец - в 2002-2008 гг. Острота ситуации усугубляется длительностью геологоразведочных циклов и сроков строительства горнодобывающих предприятий.
Как следует из прогнозных оценок, по большинству основных полезных ископаемых Россия после 2005 г. может столкнуться с масштабной проблемой дефицита рентабельных запасов, если в начавшемся пятилетии не будут предприняты радикальные меры в сфере отечественной системы недропользования, в том числе для создания эффективных экономических механизмов. Взгляд вперед всегда стоил дорого, а в наше время особенно.

Новые технологии
На развитие минерально-сырьевой базы влияет ряд факторов геолого-технологического и экономического характера.
Проблемы отработки и обогащения руд. Недостаточная изученность месторождений и их геолого-технологических особенностей в условиях слабой сырьевой обеспеченности и низких экономических показателей отработки вынуждают горнодобывающие предприятия переходить к селективной отработке богатых руд, что еще более усугубляет ситуацию - сокращаются сроки действия добывающих производств и происходят крупные потери средних и бедных по качеству запасов. Для повышения эффективности месторождений и рационального использования минеральных ресурсов необходимо добиться существенного роста извлечения разведанных запасов из недр, обеспечить их комплексное использование и сокращение крупномасштабных потерь выявленных запасов.
Комплексное использование минерального сырья. Эта проблема продолжает оставаться в числе важнейших геолого-технологических и экономических задач. В настоящее время недостаточная комплексность добычи и переработки извлекаемых полезных ископаемых приводит к потерям до 20-30% учтенных в недрах запасов. В частности, в больших объемах теряются попутный газ и сера при добыче нефти, что, помимо прямых экономических потерь, оказывает отрицательное влияние на окружающую среду. Так, например, более 1 млн. т дефицитной для России серы выбрасывает ежегодно в атмосферу Норильский металлургический комбинат при плавке медно-никелевых руд. На этом же комбинате остаётся в руде значительное количество платиноидов и кобальта. Наиболее значимые потери возникают на стадии переработки добытых руд. При этом в отвалах предприятий безвозвратно теряются многие ценные компоненты. Например, около 98% добываемых в стране редких земель содержатся в апатитах Хибинской группы месторождений, однако они не используются, хотя имеется разработанная технология их извлечения и внедрение ее ранее предусматривалось на Кирово-Чепецком заводе (Удмуртия). И это не единичный пример.
Использование техногенных «месторождений». В настоящее время в стране накоплено более 12 млрд. т твердых отходов, в которых содержание ценных компонентов нередко выше, чем в рудах природных месторождений. Кстати, эти отходы по своим технологическим возможностям зачастую превосходят руды, добываемые из недр. Только в отходах цветной металлургии содержится меди – 7790 тысяч т, свинца - 980, цинка - 9140, никеля - 2480, вольфрама - 129, лития – 97 тысяч т. В этих же «залежах» есть в промышленных количествах и другие полезные компоненты, в том числе драгоценные металлы, редкие и рассеянные элементы. Естественно, для активного освоения горно-промышленных отходов и включения их в реестр сырьевых объектов потребуется провести их инвентаризацию и изучить, а также скорректировать правовую и методическую базы для возможности обращения с ними как с источниками минерального сырья. Надо признать, что утилизация отходов как источников минераль-ного сырья пока крайне недостаточна. Хотя только на Нижне-Тагильском металлургическом комбинате из шлаков ежегодно производится до 500 тысяч т товарного концентрата железа. Однако подобных примеров пока немного.
Создание информационно-аналитических систем. Законом "О недрах" предусмотрено создание в стране единой информационной системы недропользования, которая должна обеспечивать повышение эффективности использования геологических информационных ресурсов в интересах всех недропользователей, субъектов Федерации и государства в целом.
Открытая экономика и транснационализация отраслей. Открытая экономика делает добывающие отрасли более чувствительными к мировой конъюнктуре, уровню собственных производственных затрат, состоянию своих активов, включая горные сооружения, технику и сырьевую базу. Успешность деятельности предприятий во многом становится зависимой от умения найти собственные ниши на мировом и внутреннем рынках, от правильного определения объемов производства и его номенклатуры и т.п. Но при этом возможны ослабление, а в отдельных случаях и полная утрата управления некоторыми жизненно важными для страны предприятиями. Поэтому следует тщательно подходить к переговорному процессу с иностранными партнёрами уже при подписании начальных соглашений и делать все для их правовой защищенности. Российские природные ресурсы, в первую очередь минерально-сырьевые, были и будут одним из немногих перманентно конкурентоспособных товаров на внешнем рынке. Это обязывает делать все, чтобы в их переработку привлекать наиболее совершенные технологии мирового класса.
Экологические аспекты использования минерально-сырьевой базы. Как известно, качество окружающей среды в районах действия горно-металлургических, нефтеперерабатывающих и химических предприятий нередко крайне неудовлетворительное. Их промышленные отходы дают наибольшее количество токсичных образований. В России ежегодно производится до 75 млн. т опасных отходов, 18% из них утилизируются, а более 65% направляются в специальные хранилища. Ежегодно 70% токсичных отходов накапливаются в хранилищах предприятий по производству минеральных удобрений и ядохимикатов. Площадь почвенного покрова, загрязненная тяжелыми металлами и фтором, достигла 3,6 млн. га, а площадь почвенного покрова с высокой степенью загрязнения составляет 253 тысячи га. Поэтому важнейшей задачей является совершенствование технологических процессов с целью создания безотходных технологий и исключения выбросов в атмосферу, воду и в хвостохранилища. При этом следует учесть, что ничего нельзя сделать без наведения порядка в учете и контроле мест захоронения отходов и разработки новых методов их обезвреживания. Рациональное природопользование всегда являлось компромиссом между необходимостью производства и объективными требованиями охраны окружающей среды. Считается, что успешная реализация хозяйственных решений может быть достигнута только за счёт разумного использования природных ресурсов и принятия мер экологической безопасности.

Факторы, сдерживающие изучение недр
Как известно, геологические исследования недр в стране прямо зависели от отчислений добывающих предприятий на воспроизводство минерально-сырьевой базы. Задолженность по этим отчислениям только на 01.04.99 г. оценивалась в 3,5 млрд. рублей, т.е. равнялась годовому лимиту. В этом и кроется одна из причин того, что геолого-поисковые работы в ряде важнейших регионов были свернуты.
По официальным данным, для того, чтобы переломить тенденцию падения добычи углеводородного сырья требуется освоить месторождения, содержащие 3,5 млрд. м3 газа и 4,5 млрд. т нефти. При этом следует учесть, что удельные затраты на промышленное освоение 1 млн. т разведанных запасов нефти оцениваются в 2–5 млн. долларов в районах традиционной добычи, а в новых районах в 10 – 15 млн. долларов. Поэтому для обеспечения роста добычи только нефти в ближайшем пятилетии потребуется от 9 до 22 млрд. долларов при условии, что это будет происходить в старых нефтедобывающих районах.
Можно утверждать, что нынешнее сокращение минерально-сырьевой базы страны является прямым следствием снижения финансирования геолого-разведочных работ. Прежний значительный прирост запасов различных видов полезных ископаемых, как известно, был обеспечен в советское время опережающими геологическими исследованиями. Возникает естественный вопрос: что же вы, господа реформаторы, делали все эти годы, после того как возглавлявшееся мной Министерство геологии СССР в 1989 г. передало вам хорошо обеспеченную минеральным сырьём страну?
Существуют, естественно, проблемы объективного характера, которые в сложной экономической ситуации всегда проявляются особенно остро. Одна из них - неблагоприятное размещение запасов по регионам, которую можно решить созданием полной картографической базы для проведения дальнейших поисково-разведочных работ. К настоящему времени содержимое недр только 20% территории страны отражено государственными геологическими картами масштаба 1:200 000, отвечающими современным требованиям, 55% территории нуждается в геологическом доизучении, а 25% - в выполнении всего современного комплекса работ по геологическому картированию. Таким образом, для создания геологической основы развития сырьевой базы (это касается всех видов сырья) в период 2005 – 2015 гг. около 30% всей территории страны должно быть доизучено. А это не такая простая задача!
Семь лет назад в России были заложены новые правовые основы, регламентирующие взаимоотношения между собственником недр – государством и недропользователем. В феврале 1992 г. Верховный Совет России принял Закон «О недрах», Положения «О порядке лицензирования пользования недрами» и «Об условиях взимания платежей за право пользования недрами, акваторией и участками морского дна», а в 1993 г. – Положение «О внебюджетном фонде воспроизводства минерально-сырьевой базы». Новые правовые документы и система недропользования были призваны, как полагали их создатели, устранить недостатки плановой экономики и дать возможность отраслям топливно-энергетического комплекса свободно развиваться в новых условиях рыночных отношений. По итогам семилетнего периода работы только нефтегазодобывающей отрасли страны можно сделать однозначный вывод: новые законодательные и нормативные акты недропользования совместно с действующим налоговым режимом не обеспечили благоприятных условий ни для нормальной работы действующих нефтяных и газовых предприятий и нефтегазопромыслов, ни для освоения новых и открытых ранее месторождений, ни для проведения геолого-разведочных работ. И это авторитетно подтверждают как нефтяники, так и работники газовой промышленности.
Кроме того, анализ формирования минерально-сырьевого потенциала в зависимости от интересов - государство, субъект Российской Федерации (регион) или недропользователь - показал наличие разноплановых, а иногда и взаимоисключающих целей и задач, в частности, при выборе направлений работ по геологическому изучению недр и воспроизводству минерально-сырьевой базы. Государство заинтересовано в выборе территорий, наиболее эффективных для подготовки стратегически важных запасов полезных ископаемых, региональные власти предпочитают участки, имеющие инвестиционную привлекательность, а недропользователь заинтересован в изучении только высокорентабельных участков. Еще хуже обстоит дело с обоснованием геологического изучения недр - основной задачи государства. Регионы стремятся повысить изученность только собственных территорий, а добывающие предприятия — детально изучить недра в пределах своего лицензионного участка. На это их толкает действующее законодательство.
Анализ показывает, что практика реализации проектов на основе СРП одинакова во многих странах. Там используются те или иные меры защиты национальных интересов при выполнении следующих условий: обязательность конкурсов, на конкурсы выставляются только неосвоенные месторождения, инвестор полностью берет на себя ответственность за все риски, приоритетность развития национальной промышленности, никакие переговоры без конкурса не ведутся. У нас же все идет наоборот: конкурсы проводятся по нескольким переменным показателям, отсутствуют серьезные санкции к нанимателю, допускается приватизация компаний-недропользователей и др.
«Игра» с лицензиями стала любимой работой некоторых чиновников Министерства природных ресурсов и региональных руководителей. Она привлекательна для них своей карточной непредсказуемостью и возможностью «выиграть». А ведь в этом деле все должно быть ясно: прозрачность конкурса, высокая технологичность претендента и четкость контроля за исполнением условий.
Следует признать, давно назрела необходимость усовершенствовать систему оценки месторождений полезных ископаемых, в частности, критерий оптимальности, используемый при определении границ балансовой принадлежности запасов в качестве основополагающего аргумента. Для этого в статью 23-1 Закона «О недрах» необходимо внести соответствующие изменения и дополнения. Также необходимо установить нормы прибыли по каждому виду полезных ископаемых и каждому объекту недропользования, имеющему общероссийское значение.
В Госдуму внесен законопроект, которым предлагается заменить роялти, акциз и отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы единой ставкой налога в 16,5% от стоимости первого товарного продукта для месторождений всех полезных ископаемых, кроме нефти, для которой до 2005 г. устанавливается единая ставка в 425 рублей с тонны (с коэффициентом, учитывающим колебания цены маркерного сорта Брент, пересчитанной в рубли по текущему валютному курсу). Однако предлагаемый порядок находится в вопиющем противоречии с мировой практикой налогообложения и распределения горной ренты и нарушает права инвесторов и предпринимателей.
Во-первых, горно-геологические условия разработки месторождений и качество залегающих в них полезных ископаемых резко различаются между собой, что ведёт к возникновению дифференцированной ренты. Поэтому при единой ставке пользователи лучших месторождений будут присваивать эту ренту, а худших – нести убытки.
Во-вторых, последствия резких колебаний мировых цен на экспортируемые полезные ископаемые и продукты их переработки будут перенесены на добытчиков сырья. При росте мировых цен они будут присваивать сверхприбыль (по сути – монопольную горную ренту), а при падении цен, что периодически неизбежно (особенно в условиях экономических кризисов), добыча и экспорт полезных ископаемых для многих предпринимателей станут убыточными.
В-третьих, отчисления на воспроизводство минерально-сырьевой базы по своей экономической природе - не налог, а амортизация вовлеченных в разработку разведанных месторождений полезных ископаемых. Отмена этих отчислений приведет к сокращению геолого-разведочных работ, снижению обеспеченности разведанными запасами и в перспективе – к свертыванию минерально-сырьевого комплекса страны.
В-четвертых, будут нарушены права инвесторов, в том числе иностранных, которые вкладывали капитал в освоение сложных месторождений и рассчитывали на окупаемость, исходя из действующего законодательства. Поэтому приток инвестиций в большинство горнодобывающих предприятий сократится.
В-пятых, нарушится равенство условий конкуренции предпринимателей. Рента в рыночной экономике возникла как главный рычаг их выравнивания при резких различиях в естественных условиях производства. Отказ от дифференцированных рентных платежей фактически означает приватизацию недр, ибо их собственник тот, кто присваивает ренту. А это противоречит Конституции Российской Федерации.

Минерально-сырьевая стратегия
Учитывая изложенное выше, выработка новой государственной минерально-сырьевой стратегии является одной из главных задач федеральной власти. Недра России содержат 40% прогнозных мировых запасов газа, 13% нефти, 23% угля, 14% урана, большое количество других полезных ископаемых. Имея мощнейший минерально-сырьевой потенциал, Россия пока не использует его в качестве основного средства для выхода из кризиса, бездумно разбазаривая. Сегодня практически исчерпан поисковый задел, необходимый для последующего наращивания разведанных запасов. Затраты же на его создание составляют до 70% от общих средств на геолого-разведочные работы.
Как указывалось выше, выработанность месторождений достигла опасной черты. Поэтому необходимо срочно возвратиться к решению теоретических проблем поисков, в частности, к разработке методики оценки ресурсов месторождений по материалам космических съемок, усовершенствованию глубинных методов исследований недр на базе сверхглубокого бурения и системы глубинных исследований недр и другим научно-практическим задачам, т.е. к восстановлению стратегии глобальных исследований недр страны, по которым мы, советские геологи, занимали лидирующее положение в мире.
Для России с точки зрения экономических перспектив всегда была важна общенациональная система управления геологическими исследованиями территории государства. Разрушение государственной геологической службы привело к тому, что за период так называемой перестройки геолого-разведочные работы сократились в три раза, в результате чего прирост запасов уже не компенсирует спад добычи почти всех видов полезных ископаемых. Если не будет наведен порядок в финансировании геолого-разведочных работ, то в 2005 г. они сократятся еще как минимум на 30% от уровня 1997 г., а это приведет к снижению прироста запасов до 40% по отношению к 1997 г. Поэтому должна быть разработана новая государственная программа, которая бы содержала основные принципы минерально-сырьевой политики государства до 2020 – 2050 гг.
Исходя из национальных интересов, считаю, что проработка стратегических вопросов не должна быть прерогативой только МПР. Для проведения эффективной политики в сфере национальной минерально-сырьевой безопасности необходимо учитывать последствия глобализации минерально-сырьевых ресурсов и определить роль нашей страны в будущем мировом минерально-сырьевом обеспечении. По запасам ряда полезных ископаемых РФ занимает доминирующее положение в мире, и российская минерально-сырьевая база уже в ближайшие годы может войти в резерв мирового минерально-сырьевого обеспечения. Это обстоятельство требует заблаговременной организации эффективного сотрудничества с другими странами – потенциальными лидерами в будущем обеспечении мира минерально-сырьевыми ресурсами с целью стабилизации международного рынка минерального сырья в общих интересах мирового сообщества и с выгодой для России.
Таким образом, возникает необходимость:
- разработки новой национальной минерально-сырьевой политики с максимально жёстким разделением федеральных и территориальных интересов в организационных, экономических и финансовых сферах;
- принятия национального Горного кодекса с полным отражением в нём геолого-разведочного и горного производства и всех основ горного дела, включая регламентацию поставок и воспроизводства запасов полезных ископаемых, а также налогообложения.
При разработке Горного кодекса РФ основными концептуальными положениями следовало бы считать следующие:
- Горный кодекс является основополагающим правовым документом в системе горного законодательства, в соответствии с которым формируются все другие законодательные и подзаконные акты в области горных отношений;
- признание исключительности права государственной собственности на ресурсы недр и возможности делегирования этих прав субъектам Федерации в особых случаях;
- осуществление государственного регулирования недропользованием на всех иерархических уровнях управления (от федерального до местных органов власти), учитывающего интересы всех сторон, причастных к недропользованию в регионе, в т. ч. и этнических образований, с указанием предела компетенции владения, пользования и управления недрами, а также неотделимость прав владения, пользования и управления от обязанностей и ответственности;
- регламентирование представления о недрах не только как об источнике минерально-сырьевых ресурсов, но и совокупности различных по генезису, формам нахождения, параметрам, функциональным возможностям, предназначению и роли в человеческой деятельности георесурсов (вещество, энергия, пространство, информация), составляющих основной природный потенциал страны;
- создание благоприятного правового климата для диверсификации горнодобывающих предприятий с целью обеспечения их экономической стабильности;
- разработка претензионных мероприятий по вхождению России в международные консорциумы, реализующие глобальное минерально-сырьевое обеспечение (топливно-энергетическое сырьё, металлы группы платины, никель), с целью влияния на международные соглашения в интересах России;
- разработка новой концепции функционирования Федеральной геологической службы России как главного органа управления Государственным фондом недр, воспроизводством минерально-сырьевой базы и как национальной системы исследования недр.
Следует обратить внимание на отсутствие до настоящего времени утверждённого правительством документа, регламентирующего проведение государственной экспертизы запасов, что не только стимулировало попытки различных ведомств как на федеральном, так и региональном уровне подменить объективную геолого-экономическую оценку месторождений волевыми административными решениями, но и позволило расчленять единую систему государственной экспертизы между различными ведомствами и их подразделениями, без чёткого разграничения их полномочий. Поэтому государственный контроль за состоянием запасов месторождений оказался во многом утраченным, а государственный баланс как основная система учёта запасов перестал отражать реальное состояние минерально-сырьевой базы страны.
По мнению учёных, состояние распределённого и нераспределённого отечественного фонда недр горнодобывающей промышленности со всей очевидностью показывает, что если в качестве рубежей производства основных полезных ископаемых рассматривать уровни их добычи в 1991 г., то достижение этих рубежей радикально не изменит роль нашей страны на мировом минерально-сырьевом рынке, и к 2025 г. она сможет выйти лишь на уровень развитых стран, достигнутый ими к концу XX столетия.
Недавно рабочая группа Госсовета по проблемам недропользования согласилась с доводами о том, что новая государственная минерально-сырьевая политика – это прерогатива президента страны. Поэтому полагаю, при Президенте РФ должна быть создана специальная комиссия для разработки глобальных вопросов такой политики, исходя из перспектив развития экономики и национальной безопасности на длительную перспективу (20, 30 и 50 лет). В круг задач комиссии должны входить анализ и оценка перспектив потребления, экспорта и импорта минерального сырья, прогнозирование запасов минерального сырья и материалов для деятельности государства в особых условиях, формулирование приоритетных интересов государства по минерально-сырьевым ресурсам и выработка соответствующих политических и экономических предложений и др.
Поскольку в последние годы мы любим сверять свои дела с «их» делами, приведу выдержки из письма Президента США Р. Рейгана аме-риканскому сенату (1982 г.) при представлении программы по национальной минерально-сырьевой политике.
«Национальная минерально-сырьевая политика признаёт:
- решающее значение минерального сырья для экономики США, их национальной безопасности и поддержания высокого жизненного уровня;
- наличие в Америке огромных необнаруженных и неразведанных минеральных ресурсов и необходимость открытия доступа горным фирмам на государственные земли для проведения там поисков новых и освоения обнаруженных месторождений;
- решающую роль правительства в привлечении внимания населения к проблеме минеральных ресурсов. Правительство гарантирует, что принимающие различные решения государственные деятели учитывают последствия своих решений для минерально-сырьевой политики;
- необходимость перспективных НИР с высокой степенью окупаемости и широкими областями применения для увеличения собственной минерально-сырьевой базы критических видов материалов.
Эта политика направлена на уменьшение зависимости США от зарубежных поставок минерального сырья путём привлечения частных фирм к охране и расширению национальной сырьевой базы».
Представьте себе, что под подобным письмом стояла бы подпись Президента России В. Путина. Думаю, это только подняло бы его рейтинг, а само такое понимание проблемы обозначило бы её как общенациональную. Она, по сути, таковой и является.
Геология всегда была впередсмотрящей экономики. За какую же провинность ее унизили и опустили до нынешнего, превращённого в Ноев ковчег Министерства природных ресурсов, которое к тому же возглавляет дорожный строитель? Только ограниченность мышления высших руководителей страны позволила покалечить курицу, несущую золотые яйца.

Вместо заключения
В российском обществе накоплена критическая масса ожиданий того, что восстановится справедливость в использовании общенациональных богатств и будут обеспечены достойные условия жизни всем гражданам России. Эти ожидания, родившиеся от отчаяния и безнадежности в предыдущие несправедливые времена, все настойчивее заявляют о себе сейчас.
Я задаю себе вопрос: чем президент В. Путин может удержать на своей стороне граждан России? Ответ: правдой и конкретными действиями по созданию условий для активной, трудоспособной части населения страны в реализации их возможностей и обеспечению достойной жизни для предшествующих поколений в благодарность за их труд и преданность Родине. Главная проблема на сегодня – найти решения, которые дадут возможность большинству людей вздохнуть с надеждой, получить от государства духовный и материальный импульс и в конечном счете поверить власти.
Подобно клину, по живому раскалывающему бревно, прошлась по душе народа чубайсовская приватизация, результатом которой явилось воровское перераспределение национального богатства в пользу узкого круга лиц. Разом обнищав, оставшись один на один с правительственным, банковским и бандитским произволом, российское общество замерло в оцепенении. Наиболее ловкие из сограждан сцепились у «семейного» корыта, забыв о национальной безопасности России, и все прошедшие годы рвали её на куски.
Нас никто не ждал в рыночной системе мировой экономики. Более того, нам не дают развиваться и не пускают на мировой рынок даже в тех отраслях, где мы конкурен-
тоспособны. Все действия МВФ, Мирового банка, транснациональных корпоративных объединений только разрушали наше национальное хозяйство, и в результате Россия оказалась в долговой яме. Мы вновь остались один на один со всем остальным, теперь уже интегрирующимся миром.
Чтобы выжить и продлить срок пребывания на планете Земля, человечеству, нашей цивилизации необходимо сменить жизненные ориентиры, разумно ограничить потребление энергетических и материальных ресурсов во имя будущих поколений, вернуться к духовному развитию каждого человека и человечества в целом. Основу такого миропонимания цивилизованного (ноосферного) развития заложили российские великие мыслители В. Вернадский, Н. Рерих, К. Циолковский, А. Чижевский. В общем виде эти идеи нашли отражение в документе ООН «Повестка дня на XXI век». Именно поэтому я, геолог, поднимаясь над своим профессиональным делом, полагаю, что основная цель руководителей страны, её законодательной и исполнительной власти на ближайшее время состоит в скорейшем возрождении нравственных устоев нашего общества. Они, как известно, базируются на вере, справедливости и безопасности среды обитания.
Но, кроме этого, необходимы и материальные ресурсы. К счастью, у нас они есть. Россия сегодня – это 22% лесных ресурсов и 20% пресных вод мира, она обладает 16% всех природных минерально-сырьевых ресурсов мира, в том числе 32% газа (первое место в мире), 12% нефти, 12% угля (28% - с учётом прогнозных ресурсов), по запасам золота у нас третье место в мире. Доля России в мировых запасах железа свыше 27%, никеля – 36%, меди – 11%, кобальта – 20%, олова – 12%, цинка - 16%, металлов платиновой группы – 40%. Стоимость сырья, ежегодно извлекаемого из недр России, по ценам мирового рынка составляет от 95 до 105 млрд. долларов.
Статья 3 Конституции Российской Федерации прямо указывает, что «носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ». А в 17 статье говорится, что «основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения». Поэтому на законном основании, а не только по совести следует признать, что все население страны, включая и будущих граждан России, обладает правом на долю национального богатства, созданного трудом и волей предшествующих поколений россиян. И это овеществлённое право не должно зависеть от подчас клановых интересов законодателей и тем более от степени честности, добросовестности и профессионализма высших чиновников страны.
Мыслители прошлого пришли к выводу: «Об уме правителя первым делом судят по тому, каких людей он к себе приближает» (Н. Макиавелли). В сказанном есть нечто от сегодняшнего дня, и мириться с некомпетентностью и алчностью многих «приближенных» становится все трудней.

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Полезные ссылки  Rambler's Top100