Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
«ПВ» 6, октябрь 2017  -  cодержание номера 

Детективная история про турбины и как фирма Сименс уподобилась унтер-офицерской вдове

 Моисей Гельман

 

В Арбитражном суде Москвы на 18 сентября этого года было намечено предварительное рассмотрение иска фирмы Сименс к трем ответчикам - российским предприятиям. Но заседание перенесли на 16 октября. Истец предъявил претензии по поводу незаконного, с его точки зрения, размещения в Крыму турбин, изготовленных по его лицензии одним из ответчиков. Однако изготовитель турбин из ответчика неожиданно переквалифицировал себя во второго истца. Осталось два ответчика – ООО «Технопросэкспорт» и ОАО «Технопросэкспорт».  Возникают серьезные сомнения как в правомочности Сименса предъявлять такой иск, так и в наличии предмета для претензий.  История эта, обернувшаяся международным скандалом, началась весной 2015 года.

О намерениях построить на Таманском полуострове новую тепловую электростанцию с газопаровым циклом  мощностью 940 МВт стало известно весной 2014 года сразу же после возвращения Крыма в Россию. Проект «Тамань» задумывали в рамках плана по энергоснабжению Крыма, чтобы оно не зависело от Украины, а это требовало укрепления энергосистем юга России. Электропотребление в  экономически развитом  Краснодарском крае и прежде  при пиках нагрузки немного превышало суммарную мощность местных электростанций и подводимую к энергосистеме края извне. Поэтому после переброски «энергомоста» в Крым дефицит мощности и электроэнергии в крае  несколько возрос.  Надо полагать, чтобы одновременно решить проблемы  обоих регионов новую станцию решили разместить на Таманском полуострове и оттуда подпитывать электроэнергией Крым.  Подрядчика и соинвестора  строительства – часть затрат предполагалось оплатить за счет госбюджета - должны были  отобрать на конкурсе. Им должен был стать тот, кто предложит  наименьшие капитальные затраты на создание киловатта мощности. Постановление о проведении конкурсов инвестпроектов для энергодефицитных районов правительство страны приняло в ноябре 2015 года.

Госзаказчиком строительства является Минэнерго. Но еще задолго до проведения конкурса по отбору соинвесторов для строительства «Тамани», дочерняя компания корпорации «Российские технологии»  (далее «Ростех») - ОАО «ВО «Технопромэкспорт» (далее ОАО «ТПЭ») в марте 2015 года  заключила контракт с «Сименс технологии газовых турбин». Это совместное предприятие «Сименс АГ» (65% капитала) и ОАО «Силовые машины» (35%), основанное в декабре 2011 года в Санкт-Петербурге.  Сфера деятельности – производство и обслуживание газовых турбин мощностью свыше 60 МВт для России и СНГ. Предприятие занимается разработкой, сборкой, продажей и сервисом газовых турбин по лицензии «Сименс». Создали его на базе ООО «Интертурбо», также совместного предприятия «Сименс АГ» и «Силовых машин», на котором 20 лет до реорганизации занимались «отверточной» сборкой турбин «Сименс».

Контрактом предусматривались  изготовление,  поставка и запуск четырех газотурбинных установок SGT5-2000E, но, как отмечалось, оговаривалось их  использование  только на будущей электростанции «Тамань». В сочетании с электрогенератором такая установка вырабатывает мощность 160 МВт, а совместно с паровой турбиной и вторым генератором – суммарно 470 МВт. В России установки получили маркировку ГТЭ-160. Эти далеко не новые турбины, разработаны они еще лет 30 назад,  изготавливаются с 2001 г. по лицензии фирмы Сименс  на производственных площадях бывшего Ленинградского металлического завода. Завод развалили в 1990-х, а в советские времена  он был лидером в производстве турбин всех видов.  Его ликвидация привела к значительному отставанию страны в производстве современных газотурбинных установок большой мощности. Однако чиновники в Правительстве и Минпромторге России более чем за 20 лет так и не озаботились созданием отечественных аналогов.

Очевидно, что ОАО «ТПЭ», не получив  предварительных гарантий госзаказчика в лице Минэнерго стать  застройщиком «Тамани», не потратило бы деньги на приобретение  четырех сименсовских турбин.  Надо полагать, выбрали турбины чиновники министерства согласно разработанной ими программе развития электроэнергетики.  Проекта строительства станции тогда еще не существовало. Судя по последовавшим затем событиям, создается впечатление, что проектная документация на ее сооружение отсутствует по сей день, и даже место для нее на Таманском полуострове не выделено.

В декабре 2015 года против ОАО «ТПЭ» Евросоюз и США ввели персональные экономические санкции, что послужило основной причиной ухудшения финансового состояния и начала банкротства компании. Поэтому она не смогла принять участие в объявленном в июне 2016 года конкурсе по реализации проекта «Тамань». Но конкурс   уже 1 июля отменили якобы из-за отсутствия желающих стать соинвестором строительства. Однако эта причина представляется надуманной. Во-первых, помимо одной  «дочки»,  которая  оказалась в положении  «вне игры», у «Ростеха» есть еще одна с тем же именем, но ООО «ТПЭ», которой достались затем те же сименсовские турбины. Это одноименное ООО могло бы участвовать в конкурсе. К тому же, были еще желавшие стать подрядчиками строительства. О них в декабре 2015 г.  в интервью газете «Коммерсант» говорил глава Минэнерго Александр Новак: «Заинтересованных участвовать в конкурсе много, это как российские компании, так и зарубежные, даже китайские. Санкций никто не боится, поскольку проект не привязан к Крыму».

В дополнении к интервью сообщалось: «Согласно графику, составленному «Системным оператором», подача заявок пройдет 9–16 июня, итоги станут известны 1 июля 2016 года. Организация составила технические требования к оборудованию тепловой электростанции, в частности, единичная мощность блока колеблется в широком диапазоне 25–230 МВт. Таким образом, не исключено использование российских газовых турбин средней мощности».

А спустя месяц, в январе 2016 г., в письме вице-премьеру Аркадию Дворковичу, который возглавляет правительственную комиссию по электроэнергетике, министр Александр Новак предложил снизить мощность будущей «Тамани» до 450 МВт. Мотивировал он тем, что такой дефицит мощности ожидается на Кубани к 2019 году, так как потребители аннулировали заявки на присоединение к сетям Кубанской энергосистемы суммарно на 250 МВт. Окончательное решение предлагалось принять правительству. Об этом сообщила газета «Коммерсант» 25 января 2016 года.

Из письма министра Александра Новака следовало, что сименсовские турбины для «Тамани» не нужны были. И действительно. Конкурс для отбора соинвестора в июне 2016 г. объявили, но 1 июля  отменили. Причину указали -  из-за отсутствия пожелавших в нем участвовать. Непонятно, на чем же тогда основывались упомянутые выше заявления  Новака о множестве заинтересованных в этом лиц. Один из явных фаворитов был уже даже при «нужных» турбинах. Можно предположить, что заинтересованные участвовать в конкурсе, включая обладателя сименсовких турбин, при снижении требуемой мощности будущей «Тамани» оценили проект как коммерчески для них невыгодный.

Все эти факты также свидетельствовали о неспособности Минэнерго выстраивать государственную политику в электроснабжении регионов страны и, в частности, объективно оценить дефицит электрической мощности в энергосистемах Краснодарского края и Крыма. 

А спустя месяц, в начале августа 2016 г., министр энергетики Новак инспектировал строительство Симферопольской электростанции и поручил  в ближайшее время наверстать отставание от графика работ. Далее события разворачивались в духе детективного жанра. В сентябре 2016 г. ОАО «ТПЭ» с началом процедуры его банкротства выставило купленные турбины на открытые торги. Кто их приобрел – неизвестно,  после чего турбины, как купленные на вторичном рынке  и, по утверждению официальных лиц, модернизированные, оказались у другой упомянутой «дочки» «Ростеха» - ООО «ТПЭ».

Вскоре после торгов появились сообщения, впоследствии официально признанные, что ООО «ТПЭ» доставило турбины в Крым на строящиеся Симферопольскую и Севастопольскую электростанции уже в качестве подрядчика их строительства. Обойдется оно по некоторым данным в 71 млрд. рублей, из госбюджета выделено 25 млрд., остальные 46 млрд. рублей подрядчик получил в виде коммерческих кредитов. Кредиты будут возвращены за счет продажи электроэнергии новых станций. По одному блоку на каждой станции намеревались запустить в сентябре 2017-го,  а остальные два - в  марте 2018 года.

Следует заметить, в контракте о поставке турбин для ОАО «ТПЭ» наверняка отсутствовало условие, которым запрещалась их перепродажа другим лицам. За нарушение такого условия в подобных случаях поставщиками предусматриваются крупные штрафы и прочие санкции. Руководители ОАО «ВО «Технопромэкспорт», как когда-то нижегородские купцы, безусловно, дорожат и своей деловой репутацией, и деловой репутацией своей известной во всем мире компании. Поэтому они  не стали бы обманом ронять ее авторитет в глазах нынешних и потенциальных деловых партнеров и заодно тем самым позорить свою «матушку». То, что ОАО «ТПЭ» выставило купленные турбины на открытые торги, со всей очевидностью свидетельствовало об отсутствии запрета на их перепродажу.

О таком запрете ничего не сказано и в официальном заявлении Сименса 21 июля этого года по поводу ситуации с турбинами. В нем говорилось только, что «…все четыре турбины, поставленные летом 2016 года для проекта в Тамани на юге России, были после этого на месте модифицированы и в нарушение четко изложенных контрактных обязательств незаконным образом перемещены в Крым. Такие действия являются грубым нарушением условий соглашений о поставках с Сименс, законодательства Европейского Союза, злоупотреблением доверием».

То, что запрет на перепродажу турбин контрактом не предусматривался, говорит и отсутствие судебных претензий у их изготовителя - ООО «Сименс технологии газовых турбин» к ОАО «ТПЭ». Хотя сам Сименс по поводу перемещения турбин в Крым, не будучи подписантом контракта, почему-то подал иск в Арбитражный суд Москвы, о чем говорится ниже.

К сожалению, все участники этой истории отказались предоставить редакции «Промышленных ведомостей» исковое заявление для ознакомления, хотя ничего секретного в нем нет. Поэтому, делая вывод об отсутствии в контракте запрета на перепродажу турбин, приходится исходить из приведенных логических заключений, в частности, из  незыблемости деловой репутации ОАО «ВО «Технопромэкспорт».

Итак, когда приобретались турбины, чиновники, свято верили в свой замысел построить на Тамани с их использованием парогазовую электростанцию. Однако вскоре выяснилось, что новая электростанция такой мощности  на Тамани не нужна, что подтверждается отменой первого конкурса на ее строительство. Не нужна была станция такой же мощности и в Крыму. Судя по результатам анализа, приведенным в статье  Почему министр энергетики солгал президенту страны о причинах аварийного обесточивания Крыма («Промышленные ведомости» № 5, сентябрь 2017 г.), электрической мощности для обеспечения потребителей полуострова электроэнергией уже вполне достаточно.

После намеченного на конец этого года подключения четвертого блока Ростовской АЭС к Краснодарской энергосистеме  излишки генерируемой мощности в сравнении с прогнозными значениями ее потребления в 2020 году уже в 2018 году в Краснодарском крае при пиковых нагрузках оценочно превысят 1000 МВт, тогда как в Крыму окажутся «запертыми» невостребованные 1300 МВт.

Создание в Крыму и Краснодарском крае свыше 2300 МВт избыточной, невостребуемой генерируемой мощности стоило 184 млрд. рублей.  Безвозмездные поступления в бюджет Республики Крым из федерального бюджета в первом полугодии 2017 г. выросли на 88% - до 35,5 млрд. рублей, что составляет 53% всех доходов консолидированного республиканского бюджета. Снижения доли трансфертов по итогам 2017 г. ожидать не приходится. Поэтому можно предположить, что сименсовские турбины перевезли в Крым для сокрытия грехов. Прикрыться таким образом якобы заботой о крымских потребителях чиновникам Минэнерго, видимо, показалось надежней.

О том, что строительство парогазовых электростанций  в Севастополе и Симферополе идет не совсем так гладко, как хотелось бы, начали поговаривать в середине 2016 года. В ноябре 2016 г появилась информация, что ОАО «ТПЭ» не получило в полном объеме оплаченного оборудования газотурбинных установок. Надо полагать, фирма Сименс подозревала, что турбины установят на электростанциях, строящихся в Крыму, и подстраховалась нарушением контракта недопоставкой комплектации,  получаемой изготовителем турбин по кооперации с Сименс.

В декабре 2016 г. гендиректор корпорации «Ростех» Сергей Чемезов заявил, что запуска первых блоков Симферопольской и Севастопольской станций не стоит ждать раньше середины 2018 года. Поэтому странно, что куратор Крыма вице-премьер правительства Дмитрий  Козак 9 февраля 2017 г. бодро рапортовал об их строительстве без проблем и по графику, а глава Минэнерго Александр Новак в начале июля этого года утверждал, что ввод станций намечен на первый квартал 2018 года. В конце августа этого года правительство своим распоряжением поручило ввести в эксплуатацию Симферопольскую и Севастопольскую электростанции в середине следующего года. Ввод первых двух блоков, по одному на каждой станции, назначен на 19 мая 2018 г., остальных двух – на 18 июня 2018 г. Даже далеко неполный перечень  всех этих фактов и противоречивость утверждений высокопоставленных чиновников дают наглядное представление о качестве организации строительных работ.

Изготовитель турбин не получил от Сименса часть оборудования, которое Сименс поставляет по кооперации. Кроме того, его специалисты участвуют в запуске турбин и их послепродажном обслуживании, от чего Сименс теперь отказался. Отказался он передать и программу компьютерной системы управления турбинами.   Поэтому не исключены трудности с вводом крымских станций в эксплуатацию. Возникли и другие сложности.

В июле этого года Сименс подал в Арбитражный суд Москвы иск к ОАО и ООО «ВО «Технопромэкспорт», а также к ООО «Сименс технологии газовых турбин», изготовителю сименсовских турбин. Рассмотрение искового заявления назначили на 18 сентября. Предмет иска — незаконное, по мнению заявителя-истца, их перемещение в Крым и потому истец требует убрать турбины с полуострова. Однако претензии Сименса представляются, мягко говоря, странными, а, точнее, юридически абсурдными, так как отсутствует даже предмет для иска. И вот почему.

Во-первых, соглашение о поставке турбин было заключено их изготовителем, каковым Сименс не являлся, с ответчиком - ОАО «ТПЭ», который, продав впоследствии турбины другому лицу, что не запрещено контрактом,  не нарушил его условий. То, что запрет на перепродажу турбин контрактом не предусматривался, говорит и отсутствие судебных претензий у их изготовителя  ООО «Сименс технологии газовых турбин» к ОАО «ТПЭ». Поэтому претензии Сименса  к ОАО «ТПЭ» несостоятельны.

Во-вторых, другой ответчик - ООО «ТПЭ», нынешний владелец сименсовских турбин,  вообще никакого отношения к упомянутому контракту не имеет, так как не являлся стороной, его подписавшей. Естественно, что условия этого соглашения на него не распространяются. Вместе с тем, не будучи подписантом упомянутого контракта,  российское предприятие ООО «ТПЭ»  выполнять на российской территории предписания Евросоюза не обязано. Поэтому претензии Сименса  к ОАО «ТПЭ» также несостоятельны.

В-третьих, изготовитель турбин, ответчик  ООО «Сименс технологии газовых турбин», зарегистрирован в Ломоносовском районе Ленинградской области и является резидентом Российской Федерации. Компания поставлена на учет в инспекции Федеральной налоговой службы  Выборгского района Ленинградской области, ей присвоен общероссийский государственный регистрационный номер – ОГРН. Будучи российским предприятием, она также не обязана выполнять на российской территории директивы Евросоюза. Контрактных условий о поставке турбин для будущей станции «Тамань» она также не нарушала и поэтому претензии Сименса  к ОАО «ТПЭ» тоже несостоятельны. Поэтому представляется весьма странным, что изготовитель турбин ООО «Сименс технологии газовых турбин» решил присоединиться к Сименса в качестве второго истца. Ведь и его претензии по упомянутым причинам также несостоятельны.

В-четвертых, Сименс, не будучи изготовителем турбин и не являясь стороной, подписавшей контракт об их поставке, вообще не имел права подавать упомянутый иск к перечисленным в его иске ответчикам. К тому же отсутствует предмет для самого иска. Поэтому непонятно почему в Арбитражном суде Москвы иск Сименса приняли к рассмотрению.

В-пятых, ограничение контрактом прав собственника турбин свободно распоряжаться своим имуществом противоречит п.1 ст. 209 Гражданского Кодекса РФ, согласно которому  собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, а также  ст.8 Конституции РФ, согласно которой в Российской Федерации гарантируется свободное перемещение товаров и свобода экономической деятельности. Поэтому суд может признать данное ограничение ничтожным, что также исключает предмет для иска.

Появление подобного иска может говорить о том, что либо на Сименсе работают не вполне грамотные в сфере законодательства юристы, либо руководители фирмы подспудно, по Фрейду, ощущают себя в нашей стране хозяевами, которым наплевать на российское законодательство. В любом случае, фирма  Сименс уподобилась гоголевской унтер-офицерской вдове, и фирма на самом деле себя высекла, чем  нанесла немалый ущерб своей репутации.  Поэтому юридически не вполне корректными представляются возражения российской стороны Сименсу по поводу якобы незаконности перемещения турбин в Крым  -  они, мол, приобретены на вторичном рынке.

Но, вряд ли, сказанное оправдывает происходящее. Явно не без ведома Минэнерго, как госзаказчика, был подписан контракт о поставке турбин с ограничением прав собственника. Это противоречило российскому законодательству. Но если его подписали, руководствуясь какими-то прагматическими соображениями, то приобретенные турбины следовало согласно контракту использовать на станции,  намеченной к строительству на Тамани. Начать ее возведение нужно было еще в 2015 году, а не доводить дело до международного скандала с новыми антироссийскими санкциями.  К тому же пуск и обслуживание турбин стали проблематичными, да и без этих проблем вся затея оказывается намного дороже.  Ведь, исходя из объективных прогнозов требуемой в Крыму и Краснодарском крае мощности, можно было обойтись отечественными газотурбинными установками меньшей мощности, да и стоило бы импортозамещение, которым в Минэнерго пренебрегли вопреки политике президента страны,  намного дешевле. Поэтому непонятно, чем думали чиновники  Минэнерго, принимая невыгодное для страны и потребителей решение, невыгодное, в первую очередь, с точки зрения экономических интересов.

Турбинный скандал нанес немалый  экономический и моральный ущерб всем участникам конфликта. Он явился, на мой взгляд, результатом некомпетентности чиновников, как с немецкой, так и с российской стороны, имевших отношение к этой истории. Требования контракта о поставке сименсовских турбин, ограничившие права их собственника, были обусловлены  сугубо политическими причинами и нарушали Устав ВТО, членами которой являются также Германия, США и Россия.  Положения Устава, как и российское законодательство, регламентируют свободу предпринимательской деятельности, а Конституция и Гражданский Кодекс РФ - исключительное право собственника свободно распоряжаться приобретенным имуществом.  Как известно, ВТО – не политическая, а торговая организация, тогда как причины антироссийских санкций сугубо политические. Поэтому вызывает удивление, что правительство страны при наличии в нем множества юристов, включая премьера и нескольких его заместителей, не обратилось с иском в международный арбитражный суд или  ВТО по поводу правовой необоснованности антироссийских санкций.

Странно также, что чиновники Правительства и Минэнерго РФ не обратили внимания на все обстоятельства, связанные с решением комплексной проблемы электроснабжения Крыма и Краснодарского края.  Первым по статусу ответственности в стране за электроэнергетику значится вице-премьер правительства Аркадий Дворкович. Экономист по образованию, он никогда в промышленности, в том числе в электроэнергетике, не работал.  Тем не менее, видимо благодаря своим разносторонним талантам, помимо всех видов транспорта, сельского хозяйства, науки и многого другого, он курирует также все отрасли ТЭК и возглавляет правительственную комиссию по электроэнергетике. Далее по степени ответственности следует министр энергетики Александр Новак, тоже экономист и не специалист в электроэнергетике, что он наглядно демонстрирует. После него в табеле о рангах ответственности следует заместитель министра Вячеслав Кравченко. Тоже юрист по образованию и тоже не специалист в области  производства и передачи электроэнергии, он отвечает за разработку и реализацию государственной политики в сфере электроэнергетики, в том числе за территориальное размещение новых объектов электро- и теплоснабжения, а также импортозамещение, энергосбережение и прочие электроэнергетические проблемы. Еще один юрист, Павел Сниккарс, является в министерстве директором Департамента развития электроэнергетики.

Минэнерго, будучи госзаказчиком, является распорядителем бюджетных средств, выделенных для строительства новых энергообъектов в Крыму и Краснодарском крае, включая упомянутые выше электростанции. Поэтому скандально детективная история с проектом «Тамань» и сименсовскими турбинами не могла бы раскручиваться  без ведома и участия упомянутых руководящих чиновников, ответственных за развитие в стране электроэнергетики. История эта продолжается.  И хотя  по-прежнему отсутствуют объективные данные об ожидаемом  в ближайшие несколько лет дефиците генерируемой мощности  в Краснодарском крае и Крыму, в Минэнерго вновь заговорили о строительстве  электростанции на Таманском полуострове. На сей раз без сименсовских турбин.

экономика,  промышленность, энергетика, Технопромэкспорт, Сименс, турбины, арбитражный суд, Минэнерго

Другие статьи номера «ПВ» 6, октябрь 2017

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100