Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
«ПВ» 4-6, декабрь 2016  -  cодержание номера 

Подаст ли в отставку Дмитрий Медведев, если не сможет выполнить указания президента страны
о ее экономическом развитии?

При непонимании  целей и показателей состояния экономики, измышления бывшего министра Улюкаева продолжили другие члены правительственного кабинета вместе с его главой

Моисей Гельман

Всякое дерево доброе  приносит  и плоды  добрые,

а худое дерево приносит и плоды худые.

Всякое дерево, не приносящее  плода доброго,

срубают и бросают в огонь.

И так  по плодам их  узнаете их.

Евангелие от Матфея.  Глава 7

  

Сменщики бывшего главного федерального гадальщика в экономике

Первый заместитель председателя  правительства России Игорь Шувалов 25 ноября на экономическом форуме в Сингапуре заявил, что в 2016 году ВВП у нас сократится на 0,6-0,7%,  но в 2017 году увеличится на 1%. Чиновник отметил, что самая тяжелая ситуация для российской экономики уже позади,  и надеется на оживление потребительского рынка и рост доходов населения. Вот что он  сказал корреспонденту РИА «Новости»:

«Доходы населения не растут так, как нам бы хотелось. Но мы отмечаем, что по некоторым группам населения реальные доходы все-таки  хоть немного, но растут. Падение доходов закончилось. Надеемся, что в будущем году все-таки это уже будет тенденцией для всех групп населения, что доходы будут расти. И потребительский спрос должен в будущем году ожить, сейчас потребители ведут себя достаточно аккуратно».

На самом же деле, никаких оснований для подобных утверждений у главного правительственного надзирающего за российской экономикой не было, поэтому сказанное им – выдумки. Согласно ноябрьскому прогнозу МВФ, который провел очередное межстрановое сопоставление ВВП в долларовом эквиваленте, ВВП России в 2016 году по сравнению с предыдущим годом сократится на 15%. Росстат, который курирует тот же Игорь Шувалов,  вот уже несколько лет как прекратил почему-то публиковать эти сведения. Но статистическое ведомство сообщило, что за первые 10 месяцев 2016 года по сравнению с таким же периодом предыдущего реальные доходы населения сократились на 5,3%, а по сравнению с тем же периодом 2014 года – на 4,5%. Реальные доходы в 2015 году по сравнению с 2014-м уменьшились на 6,3%, в 2014-м по сравнению с 2013 годом – на 0,7%. Итого, за последние три года, исключая  ноябрь и декабрь 2016-го,  официально реальные доходы населения сократились примерно на  12%,  на самом же деле из-за недостоверности оценок ценовой инфляции - гораздо больше.

Поэтому странным представляется утверждение первого вице-премьера, курирующего экономику, что  доходы населения не растут так, как нам бы хотелось сейчас, и  потребители ведут себя достаточно аккуратно. Аккуратно – это как? Это  когда граждане  не тратят в прежних суммах доходы, которые сокращаются, а не растут, да еще  столь быстро, как наивно либо  по незнанию ожидал того Игорь Шувалов? Но с чего им расти, если по всем условиям они должны были падать, так как сокращалось товарное производство, и росли цены. Из-за  снижения реальных доходов населения объем розничной  торговли, определяемый платежеспособным  потребительским спросом,  в сопоставимых ценах (с учетом инфляции) в 2015 году сократился по сравнению с предыдущим годом на 10%, а за 10 месяцев 2016 г. по сравнению с тем же периодом 2015 года – еще на 5,3%.

Напомню, реальные доходы населения – это доходы за вычетом обязательных налоговых платежей, скорректированные на индекс потребительских цен.  Однако этот индекс, отражающий рост ценовой инфляции, весьма занижен, так как его определяют по средней стоимости очень небольшой группы (корзины) потребительских товаров и услуг, причем в существенно заниженных количествах и ассортименте по сравнению с необходимыми для простейшего выживания человека. Такая корзина «прожиточного минимума»  позволяет ему существовать только в больном воображении чиновников, регламентировавших подобный набор продуктов питания и коммунальных услуг, а также одних трусов с  башмаками, которые предписано носить несколько лет без перерыва. По притянутому «за уши»  значению инфляции индексируются зарплаты и пенсии. Поэтому и среднедушевой прожиточный минимум в стране, ежеквартально устанавливаемый правительством, которое по утверждению Игоря Шувалова постоянно озабочено ростом  благосостояния народа, во втором квартале этого года был задан в размере всего 9956 рублей. Однако  минимальная заработная плата законодательно установлена  в сумме… 7500 рублей. Этот оклад меньше даже надуманного прожиточного минимума. Как заявила вице-премьер правительства Ольга Голодец,  почти 5 млн. человек в России получают зарплату ниже регламентированного  минимального размера оплаты труда.

Но в третьем квартале жизнь народа в представлении членов правительства стала несколько лучше и среднедушевой прожиточный минимум они в начале декабря уменьшили на 67 рублей – до 9889 рублей. Так правительство официально подтвердило заявление Игоря Шувалова на форуме в Сингапуре, что падение доходов населения закончилось, а по некоторым группам населения реальные доходы все-таки хоть немного, но растут. В среднем на душу по стране получается 67 рублей.

Действительно, согласно результатам опроса, проведенного по заказу Банка России, в октябре 2016 г. впервые с февраля 2014 г. у 13% населения страны номинальные доходы немного росли, компенсируя либо превышая инфляцию. Однако граждан, почему-то не заметивших в октябре роста своих доходов, оказалось достаточно много — 63%, а  пик таких незаметивших пришелся в этом году на январь — 71%. Но упомянутые 13% - это не «некоторые группы населения» в терминологии Игоря Шувалова, а вполне определенная его часть, входящая в 20% самых богатых людей страны. На их долю в 2015 г. пришлось 47% всех номинальных доходов населения, в том числе на долю 10% наиболее богатых, к которым относится также Игорь Шувалов со своими милыми собачками, которых его супруга возит чартерными авиарейсами за рубеж на выставки, – 30,3%. При этом почти половина населения располагала ежемесячным доходом в размере не более 19 тысяч рублей, в том числе 10% самых бедных получили лишь 1,9% доходов от общей их суммы, и значительная часть граждан – 14,2% прозябала в нищете, так как их доход не превышал 10 тысяч рублей.

Разница в доходах между членами двух  крайних по материальной обеспеченности децимальных групп населения в 15 и более  раз представляет громадную социальную опасность.  Она, по оценкам специалистов, возникает уже при соотношении, равном 5-6. Согласно расчетам Академии труда и социальных отношений на сегодня  прожиточный минимум трудоспособного человека для простого воспроизводства жизненных ресурсов, включая выращивание одного наследника, составляет 50 тысяч рублей. Однако в 2015 г. доходом свыше 45 тысяч рублей располагали 18,4% населения, а свыше 60 тысяч -  10,1%. В 2016 году приведенные соотношения почти не изменились.

Выпали из «некоторых групп населения» с возросшими доходами бюджетники - им в 2016 г. не индексировали зарплату. В «некоторые группы населения» не вошли также безработные, каковых примерно 20% от числа трудоспособных, но из них только 4 млн. человек или 5,2% по данным на сентябрь этого года официально значились безработными и искали работу. Зато вдвое возросли доходы руководителей Центробанка, а также ряда компаний, активами которых владеет государство. Так, Миллеру, главе «общенационального достояния» ПАО «Газпром», 73%  акций которого прямо или опосредовано принадлежат государству, по  информации журнала «Форбс» за его работу в 2014 г. выплатили только в виде вознаграждения 1 миллиард 752 миллиона 624 тысячи рублей.

 Немногим меньше выписал себе Греф, глава другого «национального достояния» -  Сбербанка России, большая часть акций которого тоже является госсобственностью. А вот генеральный директор ФГУП «Почта России» Страшнов  оказался несколько обделенным. За свою прекрасную работу в том же году он получил премиальных лишь 95,4 млн. рублей, при том, что почтовая компания убыточна и «прибыль» у нее возникла за счет миллиардной дотации из федерального бюджета. Именно во многом благодаря громадным доходам сравнительно небольшой группы хозяев и руководителей корпораций, которые на 4-5 порядков превышают нищенскую минимальную зарплату в 7500 рублей, создается иллюзия нынешней средней номинальной зарплаты в 35 тысяч рублей.

Не возросли в этом году и пенсии. В нарушение законодательства их проиндексировали лишь в первом полугодии и  всего на 4% при официальной инфляции почти в 13%, причем, только неработающим пенсионерам. С учетом предстоящих выплат по 5000 рублей  пенсионеры в 2016 г. потеряли в среднем за год по 10676 рублей. Недоплата уменьшила размер пенсий, и соответствующая сумма выпадет из их индексации в последующие годы. Такой обман является циничной уловкой правительства по «экономии» средств за счет самых обездоленных в стране людей. Ведь  большинство из них создавали тот самый ее материальный базис, за счет которого, несмотря на его масштабное разворовывание, последние четверть века выживает наше государство, и обогатились новые хозяева «общенационального достояния».

Напомню, глава правительства Дмитрий Медведев по поводу разовых выплат по 5000 рублей  заявил: «Это абсолютно сопоставимо с индексацией для большей части пенсионеров. Для тех пенсионеров, которые не получают больших пенсий, которые живут весьма скромно, а их значительное количество в нашей стране, для них это в полной мере сопоставимо с той индексацией, которую бы они получили, а для некоторых категорий даже выше этой индексации».  

Как видим, даже в среднем «по больнице» это далеко не так. Но, может быть, выгоду действительно получат хотя бы самые бедные пенсионеры? Минимальный размер пенсии различается в регионах, наименьший - 5973  рубля в 2015 году был в Курской области. Прибавка к такой нищенской пенсии за счет индексации в 4% составила в первом полугодии этого года всего 1433 рубля, а с доплатой в 5 тысяч рублей за год составит  6433 рубля.  Однако  прибавка за счет индексации по прошлогодней инфляции в 12,9% должна была бы возрасти до 9246 рублей. Как видим, годовая недоплата пенсии самым нищим людям в стране в мизерном размере 2813 рублей также начисто опровергает циничные  домыслы  главы правительства.

Необдуманное лишение работающих пенсионеров индексации пенсий уже в первом квартале 2016 г. привело к массовому сокращению их числа. Так как правительство вынудило многих пенсионеров  добровольно стать неработающими, они перестали платить подоходный налог, а их работодатели – сборы в Пенсионный фонд и медицинскую страховку. Поэтому вместо экономии на отказе им в индексации пенсий в сумме 87,1 млрд. рублей, согласно информации Счетной палаты правительству только в первом квартале этого года пришлось дополнительно выделить 40,6 млрд. рублей на обязательное пенсионное страхование ставших неработающими пенсионеров. За год правительство должно будет доплатить Пенсионному фонду свыше 150 млрд. рублей. Недосчитался доходов и бюджет. Чтобы избежать подобной глупости, достаточно было провести предварительно опрос занятых пенсионеров.

Вот еще один оптимистический «прогноз». Согласно сообщению пресс-службы Минэкономразвития (МЭР),  заместитель министра  Алексей Ведев в конце октября этого года заявил:  «Реальная заработная плата устойчиво растет третий месяц подряд. Наибольший рост демонстрируют финансовая деятельность и операции с недвижимым имуществом, сельское хозяйство, промышленные отрасли.  С учетом улучшения состояния экономики можно ожидать в дальнейшем улучшения ситуации уже в начале следующего года». По оценкам МЭР, реальные располагаемые доходы россиян в целом за 2017 год вырастут на 0,2%. Ожидания по заработной плате более оптимистичны: положительный рост на 0,3% будет уже в 2016 году, а в 2017 году — на 0,4%.

Между тем, по данным Росстата средняя  реальная зарплата с июня по сентябрь этого года вопреки утверждению заместителя министра Ведева о якобы ее устойчивом в эти месяцы росте, на самом деле, как видно из таблицы 1, с колебаниями устойчиво падала:

Таблица 1.  Заработная плата в рублях,  2016 г.

апрель

май

июнь

июль

август

сентябрь

37270

36497

38447

     35888 

35405

35843

За первые девять месяцев этого года по отношению к аналогичному периоду 2014 года средняя реальная заработная плата снизилась на 9,1%,  по сравнению с тем же периодом прошлого года она возросла  на 0,4%, и в итоге за два указанных периода уменьшилась по сравнению с 2014 годом на 8,7%.  В 2015 г. по сравнению с предыдущим годом она уменьшилась на 6,1%. Таким образом, за последние два года без трех последних месяцев этого года  средняя реальная зарплата уменьшилась  на 11,8%. Что касается ожидания в МЭР ее  роста на 0,3% в этом году и на 0,2%  в 2017-м, то это прогноз не прироста, а его статистической погрешности. При подобных темпах «прироста» достижения средней реальной зарплаты, какой она была в  2014 году, придется ждать много лет. Налицо лукавая подмена тенденции падающей траектории движения отдельными небольшими кратковременными всплесками его относительного ускорения.

Вопреки другому утверждению замминистра Ведева - об улучшении состояния экономики объем ВВП последние два года также снижался и, как отмечалось,  по прогнозу МВФ в этом году в сравнении с прошлым годом он сократится на 15%. Допустим, прогноз неверный. Но промышленное производство – основа ВВП тоже падало: в 2015 г. в сравнении с предыдущим годом оно сократилось на 3,4%. В этом году к октябрю сокращение компенсировалось приростом лишь на 0,3%, что тоже находится в интервале статистической погрешности, причем объем продукции обрабатывающих производств продолжал снижаться и сократился на 0,9%. Похоже, у заместителя министра направление осей системы декартовых координат и положение ее нулевой точки отличаются от нормальных.

Но может быть Шувалову и Ведеву, отвечающему за макроэкономическое прогнозирование в стране, которое  напоминает гадание на кофейной гуще,  известны какие-то секреты мощного прорыва российской экономики, что позволит существенно повысить также и доходы населения?

Незадолго до упомянутого  выступления Шувалова в Сингапуре в интервью Центральному телевидению Китая Дмитрий Медведев тоже был оптимистичен. Глава правительства, видимо, не ознакомился с проектом трехлетнего федерального бюджета на 2017-2019 годы, подготовленного Минфином, о нем говорится ниже, и поэтому предсказал начало экономического подъема России уже в конце этого года. Еще более оптимистично, но вместе с тем как-то странно, лукаво  и противоречиво, выглядело  заявление Игоря Шувалова, сделанное им  спустя несколько дней после Сингапура, 29 ноября,  на конференции по созданию благоприятного инвестиционного климата в России. Видимо, тоже не успев ознакомиться с проектом нового федерального бюджета, он объявил о достижении почти идеальной экономической ситуации в стране:

«У нас по макроэкономике никаких проблем нет. Я вам серьезно скажу, что у нас реально с макроэкономикой нет проблем. У нас есть единственный параметр, по которому если мы отработаем, то будем считать, что наша макроэкономическая ситуация практически идеальная — это контролируемая инфляция».

Ценовая инфляция, на самом деле, говоря профессиональным языком, – не параметр, согласно  ошибочному представлению Игоря Шувалова, а сложная функциональная величина. Она  зависит от множества переменных (аргументов), а не только от одной ключевой ставки Центробанка, что утверждает первый вице-премьер, надо полагать, не ведая того.  Шувалов также посетовал, что власти часто критикуют за то, что они не обеспечивают низких процентных ставок по кредитам для экономики: «Все видят, как мы работаем и как мы спорим. Единой позиции по поводу того, насколько мы должны жестко добиваться показателей по инфляции, нет. Но есть независимый от правительства регулятор, он обладает всеми полномочиями. Правительство хотело бы большей доступности кредитов для субъектов экономики» Она (эта задача) для правительства болезненна».

Замечу, согласно ст. 4 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации» за единую государственную денежно-кредитную политику правительство отвечает совместно с Банком России. Но от такой ответственности  Шувалов почему-то открещивается, оправдывая незаконную многолетнюю отрешенность от этой политики самого правительства. 

Чтобы страна и народ были уверены в своем благополучии, Дмитрий Медведев  15 декабря подтвердил  представителям отечественных телевизионных каналов сказанное Игорем Шуваловым: «Если говорить о социально-экономической проблематике, то, мне кажется, главным является то, что мы развиваемся, то, что, несмотря на внешние ограничители, внутренние проблемы, мы сохраняем макроэкономическую стабильность, выполняем все социальные обязательства, которые принимали на себя». Видимо, об отказе индексации пенсий и зарплат премьер позабыл, а все макроэкономические показатели в стране на высоте, если перевернуть их графики.

Каков же научно обоснованный прогноз дел в экономике, подменяемый гаданиями на кофейной гуще? Прогноз события  – это результат исследования соответствующей модели с учетом случайных на нее воздействий. Поэтому прогнозируемый результат является случайной величиной, которая характеризуется вероятностью и ее достоверностью. Эти показатели у гадальщиков начисто отсутствуют. В результате некоторые члены правительства и его глава без всяких на то оснований нередко выдают желаемое  за радужную виртуальную действительность. Чаще всего они утверждают, что, мол, в стране остановился экономический спад и мы уже «стукнулись» о дно, а экономика стабилизировалась, и стала или скоро начнет всплывать. Действительно, бесперспективное лежание на дне тоже является положением стабильным, чего гадальщики, надо полагать, либо не осознают, либо за несознательных держат прочую публику. 

Как видим, свято место пусто не осталось: в деле «вешания лапши на уши» у бывшего министра несуществующего экономического развития и по совместительству главного федерального гадальщика в экономике оказались достойные сменщики.  Их утверждения, не соответствующие реалиям, можно, предположительно, объяснить либо следствием внезапного удара о дно при падении, либо врожденным стремлением лгать, принимая прочую публику за сборище дурачков, либо некомпетентностью и непониманием того, что творится в стране и ее экономике.

     Центробанк России как меняльная контора Федеральной резервной системы США

Хорошо известно, экономический спад в стране прекратиться сам по себе не может, так как, в частности, отсутствуют требуемые для этого инвестиции и приемлемые по ставкам кредиты, о чем беспомощно и отрешенно сокрушался Шувалов. Цены кредитов от 15 до 40% годовых, которые  превышают рентабельность предприятий, составляющую в среднем по стране 5-7%, оказываются для большинства товаропроизводителей недоступными. Причем треть предприятий в стране убыточна. Однако  без инвестиций, как и без научно обоснованной программы развития страны, экономического роста не бывает. Это известно специалистам, но неведомо, очевидно, главе правительства и его первому заместителю, а также главе Банка России.

Дороговизна кредитов обусловлена бесконтрольной, порочной и потому опасной для страны денежно-кредитной политикой Центробанка, ориентированной не на финансирование экономики, а на ее удушение безденежьем и развитие финансовых спекуляций. Недоступны для многих кредиты в частности из-за высокой ключевой ставки, составляющей сегодня 10%.  Все это с воодушевлением почему-то поддерживается правительством и депутатами Госдумы. Председатель Центробанка Набиуллина утверждает, что таким образом она якобы борется с инфляцией, не поясняя какой, и намерена добиться ее снижения к концу 2017 г. до 4%. Она почему-то убеждена в достижимости этой цели благодаря  одной ей видимым и понятным структурным изменениям в экономике России. Между тем, как отмечалось, ключевая ставка - лишь один из аргументов ценовой инфляции, представляющей собой  сложную функцию,  прочие аргументы которой мало или вообще не зависят от Центробанка.

Однако повышением ключевой ставки и тем самым увеличением дороговизны кредитов во всем мире борются с избытком денег в обращении, то есть при наличии денежной инфляции. У нас же, наоборот, денег в обращении не хватает - дефицит составляет ежегодно примерно 40%, и  это называется денежной дефляцией. Умышленно, во имя достижения ложной цели, сокращая финансирование реального сектора экономики, Эльвира Набиуллина добилась сокращения платежеспособного потребительского спроса и объемов производства товарной продукции. Если же полностью прекратить финансирование экономики, то она рухнет окончательно, тогда цены исчезнут  и их инфляция станет нулевой. Видимо, руководители ЦБ до этого еще не додумались, но к этому все «эмпирически» идет.

На самом же деле,  денег в стране должно быть столько, сколько необходимо для оплаты и  реализации  всей создаваемой в стране массы товаров и услуг с учетом их обращения. Однако размеры денежной эмиссии, которые почему-то не регламентированы законодательно,  вместо поддержания баланса товарно-денежного обращения привязаны к валютной массе, поступающей в страну,  в пересчете по фальсифицированному курсу обмена. Курс устанавливается Центробанком равным средней спекулятивной цене валют в рублях на базаре - валютной бирже. Таким образом, в интересах Федеральной резервной системы США (ФРС), которая является американским центробанком, и самих Соединенных Штатов в России поддерживается ущербный для нее баланс рублево-долларового оборота.

«Равновесный» при этом случайный обменный курс, что означает баланс спроса и предложения иностранной валюты, к которому, не скрывая того, стремятся руководители Центробанка, —  фикция, порождаемая аппетитами финансовых спекулянтов. Главным из них является сам Центробанк РФ, который монопольно производит рубли из воздуха и торгует ими по высокой цене, в том числе за доллары на валютной бирже, напоминающей базар. А валюты в пересчете в рубли по спекулятивным курсам всегда не хватало для эмиссии денежной массы, требуемой для обеспечения баланса товарно-денежного обращения. Это и явилось одной из основных причин развала отечественной экономики. Таким образом, еще в начале приснопамятных 1990-х наши «реформаторы» под диктовку МВФ, неформального агента Федеральной резервной системы Соединенных Штатов, фактического превратили российский Центробанк  в ее меняльную контору.

Искусственно созданный денежный дефицит и высокие кредитные ставки российских банков обусловлены стремлением чиновников от экономики привлечь в страну больше валюты, чтобы федеральная меняльная контора за счет их обмена на рубли по базарному курсу выпускала больше рублей. Поэтому до введения западных санкций широко практиковалось получение кредитов в валюте у зарубежных банков по ставкам 4-6% годовых, к чему подталкивала политика Центробанка.

Драматичными для экономики страны и ее населения оказались не столько сами западные санкции, сколько их сочетание с правительственными экономическими санкциями против отечественной экономики, введенными еще в 1990-х при отсутствии суверенной государственной экономической политики. Ее подменила  порочная денежно-кредитная политика Центробанка РФ, ориентированная на интересы США и выдаваемая за государственную. 

Вследствие дороговизны кредитов и нехватки денег в обращении сворачивается производство продукции, растет безработица и снижается платежеспособный покупательский спрос населения. Чтобы сохранить остатки рентабельности, товаропроизводители, подстраиваясь под остающийся потребительский спрос, вынуждены увеличивать цены. Естественно, что при таком многолетнем насиловании российской экономики безденежьем снижается ВВП, падают доходы населения и предприятий, а значит, сокращаются собираемый налоги.

При высокой несколько лет цене нефти  и небольшом росте товарного производства, а также благодаря зарубежным кредитам  валютные поступления росли, но рос и дефицит рублей. Однако вместо увеличения их эмиссии,  следуя настоятельным рекомендациям МВФ, но в нарушение ст. 76 Конституции РФ, в которой говорится  об основной обязанности ЦБ России - обеспечивать защиту и устойчивость рубля, руководство Центробанка в начале 2014 года, перестало самовольно выполнять эту функцию, отпустив рубль в «свободное плавание». До того обменный курс рубля, также влияющий на стабильность его покупательной способности,  как-то поддерживался относительно стабильным биржевыми продажами Центробанком валюты. Это снижало градус наживы валютных спекулянтов.  Напомню, цена нефти стала падать лишь во втором полугодии 2014 года.

Столь безграмотное решение, если не сказать вредительство,  конечно же, вскоре вызвало искусственную девальвацию рубля, который «подешевел» по отношению к доллару и евро примерно втрое. Руководители ЦБ таким образом намеревались решить проблему дефицита денег, но, просчитавшись,  свалили затем вину на ситуацию в мире. А так  как мы импортировали  значительные объемы продукции, то значительное «подорожание» доллара и евро в рублях по базарному курсу обмена валют вызвало очередной, весьма значительный,  рост ценовой инфляции.

При этом руководители Центробанка и Минфина лгали, что благодаря девальвации рубля возрастут доходы казны. Возможно, они не осознают, что искусственно вызванная ценовая инфляция, с которой они якобы борются, значительно, вдвое-втрое,  снизила покупательную способность рубля при реализации импортных товаров и услуг, а также многих видов российской продукции, содержащей в громадных количествах импортные компоненты. Поэтому увеличение номинальной суммы собираемых налогов ведет не к росту, а к снижению реальных доходов не только населения, но и консолидированного бюджета, вследствие чего возник дополнительный дефицит федерального и региональных бюджетов. В  2015 г. в консолидированный бюджет собрали налогов в номинальном исчислении на 8,8% больше чем в 2014-м, но эту добавку поглотила ценовая инфляция в 12,9%, поэтому реальная сумма налогов оказалась на 4,1% меньше.  То же происходит в этом году.

Девальвация рубля одновременно нанесла значительный, исчисляемый триллионами рублей,  ущерб заемщикам валютных кредитов – частным и юридическим лицам, вследствие чего многие из них обанкротились. Ведь для возврата заимствований в валюте требуется теперь в несколько раз большая сумма в рублях, а заемщиков доходы сокращаются. При этом государство дополнительно лишилось соответствующих налогов. После многочисленных разнонаправленных бросков курс рубля во второй половине 2016 г. несколько стабилизировался, что ложно было выдано «гадальщиками» из правительства и Центробанка за стабилизацию экономики.

Об эффективности нашей банковской системы наглядно свидетельствуют такие факты: кредиты российских банков предприятиям реального сектора экономики в относительно благополучном  2013 году составили всего…  793 млрд. рублей или 1,3% от средств размещенных банками на стороне, а кредиты в инвестициях организаций всех форм собственности в основной капитал составили 1003,6 млрд. рублей или 1,7% от размещенных банками на стороне средств. В последующие годы банковские кредиты, инвестируемые в основной капитал, снижались - в 2015 году они сократились до 805,3 млрд. рублей  (см. табл. 4).

При этом руководство Центробанка России безнаказанно не выполняет своих законодательно регламентированных обязанностей по контролю и регулированию банковской системы. Тем самым оно  сознательно или по халатности способствует воровству активов коммерческими банками и их банкротствам, которые за два года достигли почти трехсот, а  потери кредиторов, предприятий и государства исчисляются триллионами рублей  (см. Массовое банкротство банков - результат сговора или некомпетентности руководителей Центробанка России? – «Промышленные ведомости» № 3, июнь 2016 г.).  

Перечисленными последствиями деятельности  руководства ЦБ и его председателя, почему-то поддерживаемых властями,  беды страны и населения не ограничиваются.

                                          Манипуляции с бюджетом

 Можно сказать, что некомпетентные действия правительства и Центробанка привели  страну к очередному экономическому кризису, который усиливается уже под воздействием быстро меняющихся внешних факторов.  Но поскольку правительство не хочет, возможно, боится,  все это обсуждать публично, то по указанным выше причинам Министерство финансов предложило на три года, с 2017-го,  не адекватный ситуации в стране дефицитный федеральный бюджет. Его уже приняла Госдума. Лишенный всяких предпосылок для развития экономики страны, он основан на ничем не обоснованных ожиданиях, в частности, цены нефти не ниже 40 долларов за баррель, валютного курса 67,5 рубля за доллар, и обещанной Центробанком, «с потолка» взятой, низкой, в 4%, ценовой инфляции. Она, как отмечалось, мало зависит от ЦБ, да и определяется  по нищенской корзине товаров и услуг, надумано малой относительно всей товарной  массы, находящейся в обращении.

Падение цен  за баррель нефти марки Брент до 40 долларов и даже ниже – в январе 2016 г. цена опустилась до 34,73 доллара,  происходило в 2015-м и длилось до апреля 2016 года. Затем цены стали расти, достигнув декабре 2016 года 54,17 долларов за баррель. Новый президент США Трамп  заявил, что создаст льготные налоговые и прочие условия для восстановления масштабной добычи сланцевой нефти, в том числе из ныне законсервированных скважин, которые закрыли, когда их эксплуатация стала нерентабельной. Это приведет к существенному  росту добычи сланцевой и значительному увеличению экспорта относительно дешевой несланцевой американской нефти, что вписывается в намерения Трампа блюсти национальные интересы и вывести для этого экономику Соединенных Штатов из застоя. Поэтому в ближайший же год следует ожидать новых падений нефтяных цен в мире. Для нас это будет означать увеличение намеченного дефицита бюджета, что крайне неприятно.

Во-первых, многие, кому пообещают бюджетные деньги, их не получат. Полагаю, для компенсации бюджетного дефицита правительство вновь залезет в карманы нищих пенсионеров. По утверждению главы  Счетной палаты, средства резервного фонда Минфина, используемые для покрытия дефицита,  в 2017 г. будут исчерпаны. Вынужденное вбрасывание остатков резервных денег в экономику сродни их эмиссии, против которой рьяно выступают борцы с инфляцией, тем самым подтверждая абсурдность своей политики. Ради «экономии» расходов  продолжится также вполне осознанная порочная практика перевода Минфином основной массы бюджетных денег получателям в последнем квартале года. Тем самым систематически исключается их освоение, провоцируется срыв многих государственных программ  и рост вынужденных заимствований и долгов получателями этих средств. Возврат не освоенных по вине Минфина бюджетных средств в казначейство выдается якобы за снижение дефицита бюджета или даже появление профицита. Хотя налицо явное нарушение чиновниками законодательства в  корыстных интересах – усидеть на своих местах.

Во-вторых,  главным министерством в правительстве вновь становится Минфин, которому, как говорят,  намечено передать некоторые функции Минэкономразвития. Но Минфин – это бухгалтерия правительства и не более того, ментальность руководителей которого сродни менталитету Гобсека. Все это мы уже наблюдали в 1990-е годы и во времена правления финансами Чубайса и Кудрина. Последний  три года держал без всякого применения бюджетные деньги в созданном им, так называемом, стабилизационном фонде. Вследствие ценовой инфляции деньги в сундуке доморощенного гобсека  на треть утеряли свою покупательную способность и «усохли» на сумму свыше 1,2 трлн. рублей. При этом  Кудрин, удостоенный одним из западных журналов звания «лучший министр финансов мира» и его окрестностей, со скандалом в правительстве уверял, что они якобы не подвержены обесцениванию. Эти средства, полученные в виде налогов в результате роста мировых цен нефти, принесли бы громадную пользу стране, если бы их использовали для кредитования реального сектора экономики, создающего реальную, а не фиктивную добавленную стоимость. Сейчас несостоявшийся «лучший министр мира» претендует на роль главного после Гайдара идеолога очередного НЭПа.

Новое возвеличивание федеральной бухгалтерии, учитывая назначение молодого ее посланца, финансиста, министром экономического развития, никогда не руководившего даже захудалым  товаропроизводящим хозяйством, видимо  приведет к невозможности какой бы то ни было в ближайшие годы эффективной экономической деятельности. Об этом свидетельствуют и его «прогнозы» развития экономики. По всей видимости, гарантирован также дальнейший рост налогов в номинальном исчислении,  так как руководители Минфина вопреки указаниям президента страны  и при наличии теперь своего человека в кресле министра экономики  будут пытаться компенсировать дефицит бюджета любыми способами. Они уже предлагали лишить пенсий работающих пенсионеров, прекратив предварительно индексацию им пенсий. Спровоцировав тем самым увольнение многих из них, вследствие чего сократились сборы подоходного налога и страховых отчислений работодателей, они вынудили  правительство доплачивать из бюджета деньги в Пенсионный фонд. При этом министр финансов противится введению прогрессивной шкалы налоговых ставок на доходы самых богатых физических лиц и ратует за увеличение пенсионного возраста. Чиновники от финансов продолжают инициировать ничем не обоснованное увеличение тарифов продукции и услуг естественных монополий, что провоцирует новые скачки ценовой инфляции, с которой они якобы совместно с Центробанком борются. Но инфляция выгодна правительству и Минфину, в частности, так как рост цен на все и вся ведет к увеличению номинальных сумм собираемых налогов, а снижение при этом покупательной способности рубля и реальных доходов бюджета игнорируется. По той же причине оказывается выгодна им и девальвация рубля на основе мнимого таргетирования, то есть несуществующего контроля инфляции. Последняя новация Минфина – предложение ввести акцизы на спиртосодержащие лекарства, что приведет к длительному перерыву и даже ликвидации производства многих из них, и их дальнейшему удорожанию. При этом в министерстве не реагируют на предложения об устранении дефектов системы налогообложения, что позволило бы решить проблемы с доходами и дефицитом бюджета (см.  Две ошибки в Налоговом кодексе ежегодно лишают бюджет страны 12 триллионов рублей.«Промышленные ведомости» № 1-2, апрель 2016 г.).  

Не отстает от министра финансов  министр труда и социальной политики Топилин. Он лоббировал принятие  закона о «тунеядстве», согласно которому безработным нужно будет платить за поликлиники и больницы.  Тем самым  в нарушение Конституции России Минтруд намеревался оставить людей, которые к тому же не могут найти работы, без медицинской помощи. Кроме того, Топилин собирался обложить налогом в 20 тысяч рублей в год каждого безработного, то есть отобрать у них и без того мизерное пособие по безработице, составляющее 850 или 4900 рублей в зависимости от стажа. По утверждению того же Топилина в стране уже якобы нет нищих. Подобные безответственные публичные высказывания официальных лиц провоцируют социальные волнения и наносят ущерб авторитету государства.

Помимо цены нефти, похоже, в Минфине при содействии Центробанка не угадали также значения валютного курса обмена рубля, заложенного в новый бюджет. Его среднее значение за первые 10 месяцев 2016 г. составило 67,05 рубля за доллар. Но ФРС США 15 декабря,  впервые в 2016 году, как и ожидалось, о чем, видимо, не ведали в Минфине когда верстали новый бюджет, повысила базовую процентную ставку (ставку коммерческих банков на однодневный кредит)  с  0,25-0,5%  до 0,5-0,75%. Банковский регулятор США при этом заявил, что в 2017 году следует ожидать дальнейших ее повышений - вместо нынешней в среднем 0,625% до среднего уровня 1,375%. Это означает, что уже в декабре этого года обменный курс рубля в сравнении с его средним значением за 10 месяцев понизится примерно на 0,25%, а в 2017 г. понизится еще больше – на 1,375%. Таким образом,  заложенный в бюджет курс 67,5 рубля за доллар возрастет примерно на 0,25%, то есть увеличится до 67,7 рубля за доллар. На самом же деле, падение рубля может быть большим, так как коммерческие банки, немного рискуя, устанавливают кредитные ставки выше базовой.

Подорожание доллара тут же вызвало рост цен нефти в других валютах. Поэтому  теперь у нас следует ожидать дальнейшего роста ценовой инфляции. Она в сравнении с заложенной в бюджет на 2017 год,  даже при сохранении нынешнего объема импорта, окажется выше, обещанной Эльвирой Набиуллиной, что из-за снижения покупательной способности рубля сведет для бюджета на нет эффект роста нефтяных цен от подорожания доллара. Таковы результаты простейших арифметических вычислений.

Экономика – большая и сложная саморегулирующаяся система, поведение которой при разумно просчитанных заданных ограничениях подобно поведению природной экосистемы, описанной Дарвином и Линнеем. Ее динамическое состояние зависит от множества факторов, в том числе регулируемых государством. Как и любая система, экономика должна подчиняться ряду условий, описанных в вузовских учебниках по теории систем, важным из которых является устойчивость функционирования – не путать со стабильным лежанием на «дне». Одним из показателей устойчивости является поддержание баланса товарно-денежного обращения, который зависит, в частности, от стабильности покупательной способности рубля, но ее поддержание  игнорируется властями, а также от обеспеченности страны и ее экономики деньгами.

При каких же обстоятельствах должен в будущем году ожить потребительский спрос, в чем уверял нас Игорь Шувалов, и состоится ли начало экономического подъема России уже в конце этого года, в чем уверял китайцев Дмитрий Медведев, или  с учетом улучшения состояния экономики улучшения ситуации можно ожидать только в начале следующего года, как утверждал Алесей Ведев, заместитель министра экономического развития, отвечающий за макроэкономическое прогнозирование в стране?

                                       ВВП – кривое зеркало  экономики

Учитывая множество целей, которых совокупно или порознь  должна достигать экономика в своем развитии, говорить о неком ее  подъеме без учета показателей, характеризующих этот рост, абсурдно.  Обычно под подъемом экономики по умолчанию подразумевают увеличение ВВП - валового внутреннего продукта, и его индекса физического объема. Но характеризуют ли эти показатели состояние экономики, в том числе ее развитие?

Индекс физического объема ВВП представляет собой отношение объемов ВВП данного и предшествующего периодов, выраженных в одних и тех же постоянных ценах. Для этого цены предшествующего периода приводят к цене исходного периода, принятого за базовый, с использованием показателя ценовой инфляции. Индекс физического объема ВВП России в I полугодии 2016 г. относительно I полугодия 2015 г. в сопоставимых ценах, то есть в ценах 2015 г., составил 99,1%.  ВВП в 2015 г. по отношению к ВВП 2014 г. в сопоставимых ценах уменьшился до 96,3%, тогда как ВВП 2014 г. к уровню предыдущего периода составил 100,7%. Таким образом, последние  2,5 года ВВП уменьшался, и  спад не прекратился.

Как видим, согласно официальным данным о сокращении ВВП никаких предпосылок по этому показателю для начала экономического подъема России уже в конце этого года, в чем уверял  китайцев Дмитрий Медведев, нет. Но может ли ВВП – валовой внутренний продукт служить индикатором состояния экономики, то есть ее зеркалом?

Валовой внутренний продукт - это совокупная в рыночных ценах стоимость конечных товаров и услуг, произведенных на территории  страны в данном году. ВВП складывается из налогов на производимую продукцию и импортных пошлин,  валовой добавленной стоимости отечественной продукции, создаваемой во всех отраслях реального сектора экономики страны, а также стоимости услуг, оказываемых отечественными предприятиями.

Валовая добавленная стоимость, в отличие от официально принятого определения, на самом деле представляет собой разницу между стоимостью произведенной на территории страны продукции и стоимостью ресурсов и комплектации, потребленных в процессе  производства продукции (промежуточное потребление).

Добавленная стоимость представляет собой разницу между ценой реализованной производителем продукции, которую он изготовил, и стоимостью затраченных им «чужих» ресурсов и комплектации для ее производства. Она возникает только в производстве промежуточной и конечной, потребительски и функционально завершенной, продукции, а также при  восстановлении ее прежнего  качества, в частности, в результате ремонтных работ технологического оборудования. Строго говоря, добавленной стоимостью  характеризуются только реализуемая продукция - товары. Однако к  ней в официальной отчетности почему-то относят также стоимость различных услуг – потребительских, торговых и финансовых, которые никак не связаны с производством товаров,  и эти стоимости неверно включены в  валовую добавленную стоимость. 

Действительно, что касается потребительских услуг, в том числе с использованием той или иной продукции, например, демонстрация кинофильмов, то в тех же кинотеатрах не происходит какого-либо дополнительного изменения качества используемой продукции  –  кинофильмов, и не производится новый товар, и поэтому у того же кинофильма отсутствует дополнительная добавленная стоимость. Просмотр фильма в кинотеатре – услуга, которая характеризуется стоимостью затрат и прибыли владельца кинотеатра. То же можно сказать о торговле товарами, при реализации которых продавцы также не создают у них дополнительных  свойств, оцениваемых соответствующей  добавленной стоимостью. Не создается добавленная стоимость, к примеру, и  при оказании медицинских услуг и восстановлении здоровья человека, так как человек – не товар и цены не имеет.

Что же касается торговли деньгами, то это вообще абсурдная процедура, противоречащая канонам экономики, которую навязали миру финансовые спекулянты. Деньгами могут быть только товары, таковыми были когда-то драгоценные металлы. Нынешние наличные и безналичные деньги, оставаясь средством платежа, в отличие от давних денег, тех же золотых, являются символическими деньгами, то есть символом стоимости некоего условного товара и носителем информации об этой стоимости. Поэтому они не являются товаром, так как не имеют стоимости,  и ими нельзя торговать.

Абсурдность спекуляций деньгами наглядно видна на валютных биржах. «Цены» валют, как средств платежа, устанавливают не согласно паритетам их покупательных способностей (ППС), что должно было бы обеспечивать эквивалентность товарообмена по стоимости и тем самым исключать обманы в торговле, а по прихоти наживы и настроению продавцов денег. Более того, эти «цены» принимаются центральными банками стран в качестве основы для установления официальных курсов обмена национальных денежных единиц. При  привязке размеров эмиссии национальных валют к доллару и использовании базарных «курсов» их взаимообмена игры биржевых спекулянтов с «ценами» валют порождают мировые и региональные финансовые и, как следствие, экономические кризисы. Это наглядно проявилось в очередной раз в нашей стране. Валюты, на самом деле, должны конвертироваться  по твердым курсам, равным паритетам их покупательных способностей относительно какого-то набора товаров с коррекцией по мере изменения цен (подробности  в последнем разделе публикации).

В кризисный 2015 г. так называемая прибыль от торговли деньгами и финансовых услуг, к примеру, у Сбербанка  составила 60%, а у холдинга «Московская биржа» превысила 80%. Какова прибыль самих биржевых продавцов узнать не удалось. Но вот оборот на площадках «Московской биржи» в 2015 г. согласно отчету холдинга превысил 639 трлн. рублей, что почти на 24% больше оборота предыдущего года, тогда как оборот организаций страны составил лишь около 141,55 трлн. рублей,  что в 4,5 раза меньше. Если прибыль продавцов на биржевых рынках, которые  служат для перекачивания в карманы спекулянтов чужой добавленной стоимости, составила даже 10%, то почти 64 трлн. рублей – громадный «мыльный пузырь», отвлекающий средства из реального сектора экономики и усугубляющий экономический кризис. Эти средства в значительной мере вывозятся  за рубеж. Все это говорит о необходимости, наконец, разработать и принять государственную экономическую политику, составной частью которой должна быть финансовая, ограничивающая, в частности, спекуляции деньгами.

Исходя из сказанного, отрасли  экономики по источникам формирования стоимости конечных результатов деятельности условно можно отнести к одной из двух групп (см. таблицу 2).

Первая группа - это отрасли реального сектора экономики, в которых создается  добавленная стоимость. К ним относятся промышленное производство, добыча полезных ископаемых, сельское хозяйство, лесное хозяйство, рыболовство, а также строительство зданий и сооружений. 

Вторая группа включает отрасли, предприятия которых оказывают  различного вида потребительские услуги, в том числе  с использованием изготовленной продукции, а также торговые  и финансовые услуги.  Оплата их стоимости осуществляется перераспределением созданной в реальном секторе добавленной стоимости  при ее обороте лицам, оказывающим эти услуги. В добавленную стоимость, из которой выплачиваются также все налоги,  помимо  заработной платы включены амортизационные отчисления, кредиты и прибыль, за счет которых предприятиями оплачиваются потребляемые промежуточные виды продукции.

Таблица 2. Структура ВВП

 

2016 г.

1полугодие

2015 г.

2014 г.

2013 г.

Показатели

 

млрд.

руб.

% к

ВВП

млрд.

руб.

% к

ВВП

млрд.

руб.

% к

ВВП

млрд.

руб.

% к

ВВП

ВВП

 

38540,7

 

100

80412,5   

 

100

77893,1

 

100

66193,7

 

100

Валовая добавленная

стоимость, в том числе:

34560,2

 

89,6

72371,0

 

90,0

67600,9

 

86,7

56899,7

 

85,9

---- отрасли реального сектора

 

5417,8

 

14,0

26966,6

 

33,5

24640,5

 

31,6

22743,4

 

34,3

--- отрасли услуг

 

29142,4

 

75,6

45404,4

 

56,5

42960,4

 

55,1

34156,3

 

51,6

Налоги

 

3980,5

 

10,4

8041,5

 

10,0

10292,2

 

13,3

9,294

 

14,1

 

Новые соответствующие суммы денег должны выпускаться под вновь создаваемую добавленную стоимость с учетом ее обращения. Размеры эмиссии денежной массы с учетом ее  средней за год скорости  оборота, как отмечалось, должны обеспечивать баланс товарно-денежного обращения. На Западе коммерческие банки заняты, в основном, не финансовыми спекуляциями, а инвестированием своих средств в товарное производство, участвуя в прибылях предприятий приобретением их акций. Они открывают целевые кредитные линии и контролируют использование выделяемых ими средств, причем кредиты нередко выдаются с «отрицательными» ставками, что увеличивает прибыль и дивиденды по акциям.

Итак, как следует из изложенного,  ВВП не пригоден для того, чтобы характеризовать состояние экономики. Ведь его составляющие – стоимость услуг и налоги образуются из добавленной стоимости продукции, которая создается в отраслях реального сектора. Добавленная стоимость, составляющая примерно треть ВВП, при ее обороте используется для оплаты стоимости других составляющих ВВП - услуг, а также уплаты налогов, поэтому повторно учитывается в ВВП, что искажает его достоверность. На самом деле, название ВВП не соответствует его содержанию, и он представляет собой валовую добавленную стоимость, создаваемую в реальном секторе экономики при производстве товаров.

ВВП в его нынешнем неверном понимании, приходящийся на душу населения (удельное значение), со значительными  искажениями как-то пригоден только для качественной оценки экономики той или иной страны  в сравнении с экономиками  других стран. Это наглядно видно из международных сопоставлений. В 2015 г.  по оценкам МВФ номинальный ВВП России, в пересчете в доллары по ППС относительно стандартной потребительской корзины, составил $1332 млрд. – 12 место в мире, уменьшившись по сравнению с 2014-м на 35,1%, а по сравнению с 2013 годом – на 52,5%.  Причины такого резкого изменения – искусственная девальвация рубля, вызвавшая значительный рост ценовой инфляции, превышающее официальное российское значение, а также существенно заниженный обменный курс рубля.

По ноябрьскому этого года прогнозу Международного валютного фонда ВВП России в 2016 году уменьшится до $1132,7 млрд. – 14 место в мире.  Однако в пересчете на каждого гражданина России он составит лишь $8058, что на $389 меньше показателя 2015-го, на $4660 — 2014-го и на $6410 меньше, чем в 2013 году.  Снижение удельного ВВП за три  года составит 44%,  это будет означать переход еще на три ступени вниз - до 76 места в сравнении с прошлым годом в рейтинге стран по ВВП на душу населения. Отклонение  от среднемирового показателя ($13022) составит 38,1% в направлении стран с меньшими ВВП.

Какие же показатели объективно характеризуют состояние экономики? 

                        Объективные показатели состояния экономики

Как показано выше, ВВП, ввиду двойного учета истинной валовой добавленной стоимости в других его составляющих, и которая к тому же неверно толкуется в официальных макроэкономических документах, искажает состояние экономики. Очевидно, валовая добавленная стоимость, а не ВВП, в какой-то мере характеризует состояние экономики,  так как при ее обороте из нее оплачиваются остальные составляющие ВВП: это промежуточные виды продукции, необходимые для производства конечной, а также все услуги и выплачиваются налоги. Для наглядности тенденции изменений валовой добавленной стоимости последних лет и ее составляющих, они были пересчитаны в цены относительно благополучного 2013 года (условно принят за  базовый) согласно индексам цен на промышленную продукцию по формуле:

добавленная стоимость в ценах базового года = добавленной стоимости в текущих (рыночных) ценах данного года, деленной на соответствующий индекс цен.

Индекс цен промышленной продукции в 2014 г. равнялся 1,066, за два года – 2014-й и 2015-й он составил 1,1981,  а за последние 2,5 года – 2,0483 (см. таблицу 3).

 Таблица 3. Добавленная стоимость в ценах, приведенных к 2013 году, и в % в сравнении с этим периодом

 

2013 г.

 2014 г.

 

2015 г.

 

 

2016 г.

1 полугодие

Показатели

млрд. руб.

млрд. руб.

 

   %

млрд. руб.

 

  %

млрд. руб.

 

   %

 

 

 

 

 

 

 

 

Созданная добавленная стоимость в реальном секторе, в том числе:

22743,4

 

 

1полугодие

   9909,4

 

23114,7

 

 

 

101,6

 

 

22507,3

 

 

98,9

 

 

 9505,6

 

 

 95,9

сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство

2178,3

2541,9

 

116,7

 

2648,5

 121,6

 

 

рыболовство, рыбоводство

112,2

130,1

 

115,9

 

160,5

 143,1

 

 

добыча полезных ископаемых

5894,1

5784,8

 

98,1

 

5897,3

 100,05

 

 

обрабатывающие производства

8588,9

8674,1

 

100,9

 

8545,5

 99,4

 

 

производство и распределение электроэнергии, газа и воды

1975,6

1838,2

 

93,0

 

1685,4

 85,3

 

 

строительство

3994,3

4145,6

 

103,8

 

3570,1

 89,3

 

 

 Но и одной валовой добавленной стоимости недостаточно, чтобы характеризовать состояние экономики, так как она зависит производства продукции, реализуемые объемы которой, в свою очередь,  определяются  платежеспособным спросом населения на потребительские товары и услуги. Тем самым потребительский спрос влияет на  их производство, а также на востребованность промышленной продукции, включая технологическое оборудование. Дело в том, что промышленная продукция сама по себе никому не нужна, если она не используется в производстве потребительской продукции -  продуктов питания, «ширпотреба», техники и услуг для  населения. Приобретая потребительские товары и услуги на заработную плату, составляющую часть добавленной стоимости, население тем самым оплачивает и затраты на приобретение товаропроизводителями технологического оборудования и промежуточной продукции, необходимых для производства потребительской продукции. Одновременно  население компенсирует предприятиям полученные кредиты и все выплаченные ими налоги, так как они включаются в конечные цены потребительской продукции. 

Добавленная стоимость зависит также от востребуемой  номенклатуры товаров и их объемов, стоимость которых в обороте обеспечивается платежеспособным потребительским спросом. Из-за  снижения реальных доходов населения объем розничной   торговли в сопоставимых ценах (с учетом инфляции) в 2015 году сократился по сравнению с предыдущим годом на 10%, а за 10 месяцев 2016 г. по сравнению с тем же периодом 2015 года – еще на 5,3%.

Таким образом, производство товаров и услуг, в том числе  с их использованием, и платежеспособный потребительский спрос на них, являются главным приводом товарно-денежного обращения в стране и  интегральными показателями состояния ее экономики. Покупательная же способность населения зависит от его доходов, которая определяется  числом работающих и их заработками, из которых оплачиваются потребительские товары и услуги,  отчисляются средства на пенсии и другие социальные нужды, а также взимаются налоги.  Поэтому для создания эффективной экономики государство должно стремиться обеспечить максимальную занятость населения с максимально возможной заработной платой, и максимально возможное производство отечественной продукции, максимально занимающее внутренний рынок.  Производимая валовая добавленная стоимость, доходы населения и платежеспособный потребительский спрос совокупно зависят от инвестиций в воспроизводство товаров и услуг. Динамика индексов этих взаимосвязанных системных показателей - каждого относительно предыдущего года, приведена в таблице 4.

Таблица 4. Индексы в % относительно предыдущего года

Показатели

2013 г.

2014 г.

2015 г.

2016 г.

10 месяцев

Промышленное производство

100,4

101,7

96,6

100,3

Сельское хозяйство

105,8

103,5

103,0

102,9

Реальные доходы населения

104,0

99,3

96,0

94,7

Реальная заработная плата

104,8

101,2

90,5

100,5

Потребительский спрос (оборот розничной торговли)

103,9

102,7

90,0

94,7

Инвестиции в основной капитал

99,8

98,5

91,6

 

Кредиты банков в инвестициях организаций всех форм собственности в основной капитал за год, без субъектов малого предприниматель-ства,  в млрд. руб.

 1003,6

 

  

(2012 г.

806,3)

 

     1098,7

 

 

 

 

 

  805,3

 

 

 

 

 

 

доля в  инвестициях этих организаций  в %

 

    10,0

 

(в 2012 г. 8,4)

 

      10,6

 

 

 

    7,8

 

 

 

 

доля в размещенных на стороне средствах банков,  в %

 

1,7

 

 1,4

 2,6

 

По информации Росстата и  Центробанка РФ

Как видно из приведенных в табл. 4 данных, почти все основные экономические показатели в последние три года сокращались. Исключение составляет добавленная стоимость в сельском хозяйстве, так как государство в минимальных суммах субсидировало эту отрасль. Снижались также и без того мизерные инвестиции в основной капитал, без которых не может быть экономического развития.

                                              И по делам их узнаете их…

 Президент страны в своем недавнем послании Федеральному собранию  поручил правительству к  2019 году обеспечить относительный прирост нашей экономики с превышением среднемирового. Речь, надо полагать, идет о приростах соответствующих ВВП. Это значит, что прирастать наш ВВП должен будет примерно на 4% в год, так как  согласно  прогнозу МВФ мировая экономика будет ежегодно прирастать  примерно на 3%. К маю 2017 г.  правительству предписано представить план интенсивного экономического развития страны. Но для такого развития  потребуются значительные частные инвестиции и банковские кредиты по низким ставкам – не выше чем в несколько процентов годовых. Промышленные предприятия своими средствами обеспечивают сегодня не более половины необходимых вложений, строительные  - около 20%, что явно недостаточно даже для простого воспроизводства экономики. Вклад банков при этом мизерный (см. табл. 4), что свидетельствует об  их почти полной ориентации на финансовые спекуляции, предначертанные бесконтрольно проводимой Центробанком денежно-кредитной политикой.  

Трехлетний федеральный бюджет, разработанный  Минфином на 2017-2019 годы, просчитан, исходя, в частности, из прогнозируемого ежегодного прироста инвестиций  в размере 1,8% от ВВП. По некоторым оценкам, для достижения предписанных президентом даже относительных темпов экономического роста доля инвестиций  от ВВП должна превышать 25%. Это означает, что согласно ВВП 2015 года инвестиции в 2019 году должны возрасти до 20,103 трлн. рублей. По данным Центробанка инвестиции организаций всех форм собственности в основной капитал (без субъектов малого предпринимательства) в 2015 г. были вдвое меньше - 10,277 трлн. рублей или 91,6% от объема инвестиций предыдущего года. В  первом полугодии этого года по сравнению с таким же прошлогодним периодом они уменьшились еще на 4,3%. Налицо явная тенденция сокращения вложений в реальный сектор экономики и транспорт. Инвестиции, если их не разворовывают,  оборачиваются производством продукции только  спустя какое-то время, составляющее, в зависимости от ее сложности, месяцы и годы.

Расходы в 2017 г. по дефицитному федеральному бюджету намечены в размере всего 16,181 трлн.  рублей. Национальная экономика в 2017 году получит бюджетные ассигнования  в сумме 2,3 трлн. рублей, в 2018-м  ей будет выделено 2,246 трлн., а в 2019 году  – 2,054 трлн. рублей. Как видим, в ближайшие три года и без того мизерное госфинансирование экономики будут сокращать, причем даже в сравнении с 2016 г., когда  бюджетные расходы на экономику предусматривались в сумме 2,54 трлн. рублей. Замечу, немалая часть выделяемых для экономики бюджетных средств идет не на ее развитие, а на компенсацию убыточности ряда предприятий, в частности, Волжского автозавода и производства авиалайнеров «СуперДжет-100». 

Спрашивается, на каком таком, видимо, засекреченном, основании  при нарастающем сокращении госрасходов на столь важную статью и уменьшении частных инвестиций в экономику по сравнению с тем же 2016 годом высокопоставленные правительственные чиновники во главе с премьером прогнозируют экономический рост в стране? Ведь на иностранные кредиты и инвестиции в условиях западных санкций рассчитывать нельзя, а свои предприниматели не могут позволить себе брать банковские кредиты из-за непомерно высоких ставок и больших рисков вложений. Но даже при возможности заимствования денег за рубежом, какой смысл было десятки лет залезать в немалые валютные долги и  под них выпускать нищенскую рублевую массу? Ведь это выходит за рамки элементарного здравого смысла, так как  нужно проводить суверенную денежную эмиссию в размерах, обеспечивающую оборот и реализацию отечественных товаров и услуг с расширением их производства. Иначе говоря, по потребности, как  делают, к примеру, в Китае.

Совершенно очевидно, чтобы выполнить указание президента страны об интенсификации развития экономики недавно принятый Госдумой бюджет потребуется вскоре существенно изменить. Но какие необходимые для этого меры экстренно, в течение полугода, могут быть предложены правительством,  особенно для привлечения частных инвестиций в столь больших суммах при минимальных рисках вложений, и какие оно сможет  предложить для этого гарантии?

Об отсутствии у членов российского правительства ответа на ставший извечным вопрос Чернышевского «Что делать?» свидетельствуют их многолетние бездоказательные и противоречивые утверждения и произносимые рефреном одни и те же мантры. Уже не первый год хором и в сольном исполнении они заклинают российскую экономику расти быстрее. «Наша задача – обеспечить темпы роста экономики не ниже 5% в год»  говорил премьер-министр Дмитрий Медведев еще в 2013 г. на Гайдаровском форуме. Однако ничего реального для этого не было даже предложено.  По прогнозу Минэкономразвития, на котором основан новый трехлетний бюджет и который повторил Игорь Шувалов в Сингапуре, в 2016 г. следует ожидать снижения  ВВП на 0,6%, в 2017 г. - роста на 0,6%, в 2019 г. – роста на 2,1%. Говорят,  даже эти скромные намерения  бывший замминистра финансов Максим Орешкин, ведавший в Минфине прогнозированием экономики, а ныне министр экономического развития,  назвал маловероятными. Очевидно, в силу многолетней неспособности властей создать благоприятный в стране климат для частных вложений в реальный сектор экономики. Как же Максим Орешкин, согласившись занять новое кресло, собирается выполнять указание президента страны о ее экономическом развитии?

По базовому сценарию «прогноза» Минэкономразвития до 2034 г. - эти очередные гадания проводились  под руководством упомянутого замминистра экономики Ведева, Россию ожидают 20 лет стагнации. Ранее похожий, но более благоприятный  «прогноз» - со стагнацией до 2030 г., с темпом роста около 1,5% в год, нагадали в Минфине под руководством все того же Максима Орешкина. При неизменности налогового законодательства доходы федерального бюджета по «прогнозу» будут ежегодно снижаться, прежде всего, из-за сокращения почти на треть  доходов от продажи нефти и газа. Другие поступления в бюджет тоже будут сокращаться, в том числе из-за старения населения, что повлечет сокращение поступлений в Пенсионный фонд.

Как отмечалось, прогноз события  – это результат исследования соответствующей модели с учетом случайных на нее воздействий. Поэтому прогнозируемый результат является случайной величиной, которая характеризуется вероятностью и ее достоверностью. Однако эти показатели у гадальщиков из Минфина и МЭР отсутствуют. Кроме того, прогнозировать, что будет с экономикой через 20 или 30 лет можно только при наличии перспективного плана ее комплексного строительства и развития, которого в правительстве никогда не было. Поэтому все, что бездоказательно выдается за долгосрочные прогнозы, которые ежемесячно «корректируются», не более чем  фантазии  - большинство из них не сбылось.

При разработке перспективного плана интенсификации развития экономики потребуется обосновать цели и объективные показатели развития, так как ВВП, что показано выше, в качестве «зеркала» экономики непригоден. Однако плана, основанного на декларациях, будет, мягко говоря,  недостаточно. Подобное уже наблюдалось в начале 2000-х,  когда декларировались намерения за 10 лет, к 2010 году, удвоить ВВП, о чем вскоре позабыли. Для этого, по оценке, понадобилось бы только денежную массу увеличить в 13 раз в сравнении с 2002 годом,  товарное производство увеличить на 200%, а доходы населения – в 2,5 раза (см. Многоликий валовой внутренний продукт и неопределенности с его удвоением – «Промышленные ведомости» № 24, декабрь 2003 г.).

Экономика — большая система, которая во многом подчиняется принципам построения и устойчивого функционирования систем, изложенным в соответствующих вузовских учебниках. Если отечественную экономику решено модернизировать, интенсифицируя при этом ее развитие,  то государству совместно с владельцами  «заводов, газет, пароходов», что именуется государственно-частным партнерством, необходимо, наконец, разработать соответствующие модели и сформулировать соответствующие задачи, расписав алгоритмы их решений.

Перспективное планирование в рамках государственно-частного и социального партнерства  должно быть основано на управлении балансами ресурсов, производства продукции и платёжеспособного на нее спроса. Только тогда, понимая свой интерес,  «зная свой манёвр» и риски на длительную перспективу, в том числе на  мировых рынках, гарантирующие эффективность вложений, бизнесмены станут вкладывать деньги в создание в России новых производств. Иначе масштабного спроса  на научные достижения, чтобы трансформировать их в коммерчески конкурентоспособную продукцию, не возникнет. В отсутствие всего этого в нынешних экономических условиях невозможно ожидать ничего, кроме дальнейшего падения объемов промышленного производства и обнищания населения.

Как показано выше, ВВП не пригоден для объективной оценки состояния экономики и ее развития. К тому же, не может быть выбрано в качестве цели развития небольшое опережение относительным приростом ВВП России  относительного прироста мирового ВВП. Относительные приросты ВВП не соответствуют увеличению их абсолютных значений, что при нашем значительном отставании по ВВП на душу населения делает иллюзорными намерения догнать и перегнать заграницу. Поэтому при выборе показателей состояния и развития экономики речь должна идти об увеличении значений системно взаимосвязанных экономических показателей, выбор которых обоснован выше.

 В частности, это увеличение валовой добавленной стоимости путем увеличения объемов производства товаров, для чего потребуется увеличить платежеспособный потребительский спрос, в том числе на потребительские услуги, а для этого необходимо будет обеспечить рост реальных доходов населения. Добавленная стоимость при наличии соответствующего платежеспособного спроса зависит также от номенклатуры востребуемых товаров и достаточности их объемов. Поэтому должно планироваться их производство с организацией соответствующих кооперационных цепочек, охватывающих все переделы (этапы изготовления) продукции, начиная с предприятий, производящих  соответствующее современное технологическое оборудование.  Но все это возможно только при удовлетворении потребностей экономики в инвестициях и кредитовании. Любой из этих показателей в зависимости от ситуации можно оптимизировать, выбирая в качестве критерия оптимизации достижение максимума одного или нескольких из остальных показателей (многокритериальная оптимизация).

Единственная возможность достаточного финансирования отечественной экономики в условиях западных кредитных санкций -  это «импортозамещение» зарубежных валют рублем путем целевой денежной эмиссии, что давно предлагает советник президента Сергей Глазьев. Его неоднократные призывы пересмотреть денежно-кредитную политику Центробанка с учетом государственных интересов, экономических реалий и зарубежных тенденций, и проводить денежную эмиссию для кредитования будущей отечественной продукции без привязки эмиссии к наличию в стране валютной массы,  вызывают негативную реакцию пседолиберальных властвующих экономистов и финансистов. Причины высказываются все те же – надуманная борьба с инфляцией путем удушения экономики безденежьем (подробней см.  Ликбез в защиту рубля и национальной финансовой политики. Беседа Сергея Глазьева, академика РАН, и Моисея Гельмана, главного редактора газеты «Промышленные ведомости» - «Промышленные ведомости» № 2, апрель 2015 г.).

Как отмечалось, валюты  должны конвертироваться  их обменом по твердым курсам, равным паритетам их покупательных способностей – ППС относительно какого-то набора товаров, с коррекцией по мере изменения цен. Для «импортозамещения» валют потребуется установить относительно объективные курсы обмена рубля. Они должны быть  равны не ППС относительно некой потребительской корзины, составляющей только часть всей товарной массы, а ППС валют относительно  стоимости в обороте всех товаров и услуг соответствующих стран.  То есть курсы обмена будут равны отношению оборотов организаций в этих странах, представляющему собой  отношение средних покупательных способностей рубля и того же доллара.

При отказе от спекулятивной торговли валютами и замене ее обменом по твердым курсам, а также при некоторых ограничениях вывоза капитала за рубеж, окажется возможным использование для финансирования экономики, в том числе для  закупок иностранных технологий, значительной части золотовалютного резерва страны. Сейчас он используется без всякой пользы  - для валютных спекуляций при интервенциях ЦБ на валютной бирже и в качестве фиктивного «эталона» рублевой денежной массы, подменяя собой несуществующий золотой стандарт.

Для достижения заданных  целей развития экономики государство должно создать, законодательно оформив, соответствующие экономические условия: налоговые, финансовые, кредитные и пр., так как существующие способствовали ее развалу. Потребуется также  изменить принципы, функции и структуру государственного управления экономикой, в том числе управления финансами, сбором налогов и банковской системой. Иначе говоря, необходимо, наконец,  разработать государственную экономическую политику, направленную на сбалансированное по ресурсам, производству и потреблению инновационное развитие страны, и охватывающую все аспекты её хозяйственной и финансовой деятельности. Некоторые основные ее принципы, включая функции и структуру  управления экономикой, без претензий на истину в последней инстанции изложены в статье  Как российскую экономику довести не до ручки, а до ума  («Промышленные ведомости» № 3, июнь 2014 г.).

Важнейшим фактором модернизации является создание и внедрение в отечественное производство конкурентоспособной продукции на основе использования новейших мировых научных, технологических и технических достижений. Рыночные отношения не способствуют этому ввиду больших рисков, в том числе из-за отсутствия предыстории спроса. Поэтому на Западе, как прежде в Советском Союзе, подобные проекты осуществляются при поддержке и координации государства. Для этого придётся обратиться к советскому опыту планирования развития экономики по всей цепочке: «фундаментальные и  прикладные научные исследования — инженерные на их основе разработки новой продукции — модернизация и внедрение новых технологий и внедрение новой продукции в производство». Неспроста многие аспекты советского планирования в 1930-х годах позаимствовал Франклин Рузвельт для вывода экономики Соединенных Штатов из Великой депрессии.

К сожалению, в правительстве промышленность и ТЭК курируют и управляют ими чиновники, не имеющие даже соответствующего инженерного образования. Поэтому в стране, в частности, исчезла обязательность контроля и подтверждения качества продукции, которое принятием порочного закона «О техническом регулировании» подменили лишь одним его свойством - «безопасностью», далеко не всегда обязательным для подтверждения. В Минпромторге никто не озабочен восстановлением разрушенных отечественных кооперационных производств,  вместо них пооткрывали сборочные цеха иностранных автомобильных компаний. При этом неконкурентоспособный ВАЗ для имитации его рентабельности систематически подкармливают бюджетными деньгами, в том числе доплатой частным лицам покупок машин завода  за счет тех же пенсионеров.

То же происходит в авиапроме. Бывший министр промышленности Виктор Христенко, отвечавший, в частности, за политику развития  авиапрома, не выполнил постановления правительства от 15 апреля 2005 г. о серийном производстве новейшего авиалайнера Ту-334, прошедшего все испытания и получившего к этому времени все летные сертификаты. Вместо этого министр почему-то всячески способствовал, в том числе бюджетным финансированием,  разработке «с нуля» худшего по характеристикам и качеству самолета «СуперДжет-100». Учитывая, что у SSJ-100 российские только фюзеляж и часть двигателя, а всё прочее  импортное, номенклатура которого превышает 80%,  говорить о каком-то развитии отечественного авиапрома и импортозамещении не приходится. Наоборот, создается впечатление, что кто-то проводил диверсию в отношении отечественного авиапрома, чтобы его уничтожить окончательно. Неспроста через сито тендеров на поставки оборудования для «СуперДжет-100» кроме рыбинского «Сатурна» не прошло больше ни одно российское предприятие. Даже салонные кресла завозят из-за рубежа. Разработка этого самолета обошлась во много раз больше Ту-334.

С 2010 г. выпущено 99 таких машин, тогда как для минимальной рентабельности, по разным оценкам, требуется продать от 500 до 700. Но «СуперДжет-100» не покупают по разным причинам и поэтому заказов совсем мало: в 2015 году изготовили 18 машин, в 2016 – всего три. Их производство и покупка лизингодателями также субсидируется из бюджета (см. «СуперДжет-100» - надгробный памятник российскому авиапрому. Скульпторы Христенко и Погосян. – «Промышленные ведомости» № 5-6, июнь 2012 г.).

Следствием некомпетентного управления экономикой в целом, и промышленностью, в частности, объясняются также провалы бессистемного импортозамещения «болтов» с «гайками» и создания «островков инноваций» в Сколково и «Роснано» с нерентабельным финансированием случайных и зачастую далеко не новых предложений. Список разгромленных отраслей, в том числе стратегически значимых электронной, приборостроительной, станкостроительной  и точного машиностроения,  можно продолжить. Сейчас происходит очередная, затеянная келейно, «либеральная реформа»,  на сей раз - Российской академии наук. В ее основу положена абсурдная ликвидация единства хозяйственного и научного управления научными институтами и подчинение ученых неученым чиновникам. Такие «новации» ведут к окончательному развалу в стране фундаментальных и связанных с ними прикладных научных и инженерных исследований.

                                                             ***

 Очевидно, решение проблем экономического развития, жизненно значимых для страны и ее населения, в том числе их безопасности,  не может подменяться относительным увеличением ВВП.  Существенное за последние 25 лет отставание от развитых стран базиса экономики – отечественной промышленности при исчерпании остающихся ресурсов требует скорейшей инвентаризации этих остатков и обоснованного формулирования значимых для нас, но реализуемых,  целей и задач модернизации страны. Замена для этого нынешних хаотичных и безграмотных телодвижений  гадальщиков на кофейной гуще  политикой обоснованного инновационного развития экономики с принципиальным  изменением функций и структуры  управления ею потребует привлечения к руководству наукой, промышленностью, экономикой и финансами компетентных специалистов. Таковых нынче в правительстве почти не видно, вследствие чего много лет происходит то, что происходит.

Неспроста «великий вождь всех времен и народов» неустанно повторял, что кадры решают все, поэтому он многое делал для их селекции, государственную систему которой разрушили. При нем журналиста не назначили бы управлять военно-промышленным комплексом,  юриста – курировать макроэкономику и промышленность, опять же юриста - управлять авиапромом,  ветеринарного врача -  заведовать геологией… .  Поэтому возникают серьезные сомнения, что правительство Дмитрия Медведева сможет справиться с задачей, не впервые поставленной перед ним президентом страны.  Одним из последних поводов для сомнений явился новый трехлетний бюджет, который отражает отсутствие всяких предпосылок для развития экономики России и основан на «прогнозируемых» ожиданиях его авторами потоков с небес манны небесной.  А без развитой экономики, занимая даже по ущербному показателю – ВВП на душу населения 76 место в мире, держава великой быть не может.

Рисунок Вячеслава Шилова

 Тэги: экономика, экономическое развитие, финансы, банки

Другие статьи номера «ПВ» 4-6, декабрь 2016

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100