Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
«ПВ» 4, июль, август 2014  -  cодержание номера 

Налогообложение, которое спровоцирует модернизацию экономики

        От многократных поборов с населения - к оброку с затрат природных ресурсов
 
Моисей Гельман
 
                                         Российские  налоги и их пороки
 
Действующая у нас в стране с 1992 г. система налогообложения стала барьером на пути развития национальной экономики и, в частности, одним из существенных факторов роста ценовой инфляции. И вот почему.
 
Финансовая политика государства не может разрабатываться и проводиться вне  его национальной экономической стратегии.  Поэтому она  должна быть ориентирована на сбалансированное использование, обращение и распределение денег во всех сферах общественных отношений - социальных, производственных,  бюджетных, налоговых, торговых, банковских и иных. Важной составляющей финансовой политики является экономически обоснованное налогообложение. Ведь от суммы собираемых налогов, отчисляемых в консолидированный бюджет из оборотных  средств  предприятий и доходов работающих граждан, во  многом, в частности, зависят сбалансированность в стране товарно-денежного обращения, стабильность реальных доходов населения и его платежеспособный спрос.
 
Все эти факторы в немалой степени влияют на устойчивость национальной  экономики и ее развитие, а, следовательно, на благополучие страны и ее населения. Поэтому налогообложение должно если не способствовать экономическому прогрессу, то хотя бы ему не препятствовать.
 
Однако российские чиновники, внедрившие ныне действующую у нас в стране систему  налогообложения, создавали ее, исходя из своих ведомственных и личных интересов, придерживались псевдорыночных догм и пренебрегли при этом общеэкономическими интересами государства и его безопасностью. Причем создавали ее вне государственной финансовой политики, которая вообще отсутствует.  
 
По умолчанию властей она многие годы подменяется так называемой денежно-кредитной политикой Центробанка, которая, на самом деле, ориентирована на коммерческую и спекулятивную деятельность этого органа государственной власти и ведомого им коммерческих банков. Причем деятельность банков и их регулятора оторвана от нужд реального сектора экономики и самого государства. Центробанк России для высокой прибыльности спекуляций деньгами, в том числе при кредитовании коммерческими банками экономики и населения, все годы «реформ» искусственно поддерживает в стране дефицит денежного обращения.  Уже одно это обстоятельство приводит к ограниченности доходов бюджета. Так что ни о каких объективных финансовых и экономических  критериях обоснованного налогообложения говорить не приходится.
 
Ввиду неграмотных и нескоординированных действий властей в экономической сфере, в том числе из-за искусственно образованного в стране дефицита денежного обращения,  товарное производство,  которым создаются реальная добавленная стоимость и тем самым - новые деньги, оказалось во многом разрушено.  Поэтому, чтобы хотя бы по минимуму обеспечивать наполняемость казны и оправдывать свое существование, чиновники создали систему налогового вымогательства. С ее  помощью многократно взимаются одни и те же налоги с одних и тех же составляющих стоимости продукции, из-за чего товарное производство разрушается дополнительно, но  зато создается иллюзия некоего бюджетного благополучия. Даже, нередко, с профицитом, хотя и обесцененных рублей.
 
Главный инструмент неоднократного вымогательства -  НДС и его налогооблагаемая база, в качестве которой выбрана не создаваемая, согласно названию налога, добавленная стоимость продукции (товаров,  услуг), а доходы от ее реализации на каждом этапе производства (переделе). Именно с них выплачивается извращенный НДС. При этом псевдоНДС одновременно облагаются прибыль и фонд зарплаты. Затем повторно взимаются отдельно налог с прибыли, а также выплачиваются страховые взносы с фонда зарплаты и налог с дохода физических лиц.
 
Все эти процедуры изъятия повторяются на всех этапах – переделах кооперационного производства той или иной продукции, что ведет к многократному налогообложению одних и тех же составляющих последовательно нарастающего суммарного дохода (выручки) участников этого производства. Поэтому собираемые суммы растут в сложной, арифметико-геометрической, прогрессии, а НДС превращен в налог с оборота.
 
Как известно, промышленная продукция сама по себе никому не нужна,  если она не востребуется в производстве потребительских товаров и услуг. Поэтому в итоге все налоги, кроме взимаемых с экспортной продукции, концентрируются в ценах потребительских товаров и услуг, реализуемых на внутреннем рынке.  Их суммарно  вместе с прибылью товаропроизводителей выплачивает все население в виде своеобразного неформального налога с продажной стоимости приобретаемых им продуктов питания, «ширпотреба»  и услуг.
 
В итоге первоначально выплаченные предприятиями налоги возвращается  им по кооперационным цепочкам производства на всех переделах продукции. Таким образом,  вопреки расхожему мнению единственным налогоплательщиком в стране является население, а предприятия за счет своих оборотных средств фактически кредитуют государство суммой в размере собираемых налогов. Так как бесплатные «кредиты» возвращаются с задержкой по времени, то  государство пользуется в бюджетном обороте денежной суммой, значительно превышающей официальную налоговую. И так как налоги выплачиваются систематически, то предприятия не могут эффективно воспользоваться возвращаемыми им деньгами. 
 
Согласно данным Росстата и Федеральной налоговой службы,  неформальный налог с продаж относительно годового дохода населения, как показано ниже, достигает в среднем по стране 64%. Это намного больше официальной налоговой ставки на доход физических лиц,  равной 13%.
 
Однако бюджетных денег для всех намечаемых затрат все равно не хватает, поэтому правительство ежегодно провоцирует рост цен всего и вся никак экономически не обоснованной  нарастающей индексацией тарифов на продукцию и услуги естественных монополий. При этом принципы действующего налогообложения позволяют дополнительно накачивать бюджет, но уже частично обесцененными рублями в прогрессивно растущих суммах. И хотя увеличиваются неформальные налоги с населения, что дополнительно снижает его платежеспособность и тем самым - производство продукции, Центробанк России, который якобы борется с ценовой инфляцией, одновременно удерживает высокой ставку рефинансирования, что провоцирует коммерческие банки увеличивать ставки по кредитам.
 
Увеличение стоимости кредитов тоже ведет к росту цен и ценовой инфляции и вместе с тем существенно ограничивает отечественным товаропроизводителям и населению доступ к кредитным заимствованиям. Эта неумная, безграмотная, политика продолжается  даже сейчас, при введенных США и Евросоюзом санкциях, блокирующих доступ многим российским банкам и ряду других организаций к финансовым заимствованиям на Западе.  Все это делает невыгодным и невозможным модернизацию экономики, о которой столько и столь долго говорят. 
 
 
                          Куда девается собираемый с населения псевдоНДС?
 
Промышленная продукция, как отмечалось, сама по себе никому не нужна, если она не востребована для производства потребительских товаров или услуг. К потребительской следует также отнести ту продукцию, которую государство закупает на деньги налогоплательщиков для общественных нужд, в том числе, для укрепления своей безопасности. Поэтому именно от платёжеспособного спроса  населения на продукты питания,  «ширпотреб» и потребительские услуги и выплачиваемых им при этом налогов зависят платёжеспособный спрос на всех этажах экономики и выживаемость  их обитателей, а, следовательно, и благополучие государства в целом.
 
К примеру, из-за значительного после 1992 г. снижения доходов граждан и вследствие этого уменьшения числа авиапассажиров авиаперевозчики лишились средств, позволявших им приобретать новые авиалайнеры. В результате рухнуло отечественное производство гражданских самолетов. Поэтому, когда спрос на полеты вновь возрос, авиаперевозчики вынужденно стали закупать иностранные, но уже полетавшие, более дешевые, машины. Отечественный же авиапром гражданских самолетов из-за отсутствовавших многие годы заказов по сей день находится в коме.
 
В  ценах конечной потребительской продукции (услуг) концентрируются все денежные затраты, которые востребовались в соответствующей  кооперационной сети на её производство и сбыт, включая все выплаченные участниками этого кооперационного производства налоги и всю полученную  ими прибыль на всех этапах производства – переделах продукции. К примеру, в цену буханки хлеба включены все удельные затраты на её изготовление - от стоимости сельхозработ по выращиванию зерна, оплаты всех необходимых для этого ресурсов и сельхозтехники, до стоимости выпечки и перевозки хлеба в магазин. Да ещё с суммарной прибылью участников этого процесса.
 
Поэтому все налоги в стране, за исключением экспортных, выплачиваются не предприятиями, изготовителями продукции и её продавцами, как принято думать, а в конечном итоге населением страны, когда оно приобретает потребительские товары и услуги. По сути, население платит тем самым своеобразный неформальный налог с продаж. Его товаропроизводящие предприятия сначала авансом, по частям, как бы в качестве консолидированного кредита выплачивают государству при поэтапном изготовлении и реализации соответствующей продукции, и эти платежи возвращаются им с её продажей.
 
НДС, как отмечалось,  взимается не с добавленной стоимости, созданной на данном предприятии, а с выручки, полученной им от продажи своей продукции. Стоимость продукции на каждом ее переделе представляет собой сумму всех предшествовавших затрат и вновь добавленной на данном переделе стоимости. Стоимость продукции на всех переделах суммируется, образуя оборот. Так как НДС взимается со стоимости продукции на каждом ее переделе, то он таким образом превращен также в налог со всего оборота (продаж). При этом одни и те же составляющие стоимости облагаются псевдоНДС многократно, что столь же  недопустимо, как недопустимо многократно наказывать провинившегося за один и тот же проступок  (далее, если специально не оговаривается, то имеется в виду  именно псевдоНДС).
 
Возьмем для примера  муку, произведенную из зерна. В ее цену (продажную стоимость) включены все затраты, включая стоимость зерна, а также прибыль мукомольного предприятия и выплаченные им налоги, кроме НДС за зерно. К цене  муки при ее реализации прибавляется НДС, вычисленный уже с ее  стоимости. Таким образом, затраты на зерно облагаются НДС во второй раз. Предприятие,  выпекающее хлеб, в его себестоимость, помимо собственной добавленной стоимости,  закладывает цену муки, куда входит и стоимость зерна, но без их НДС,  и прибавляет к стоимости хлеба свой НДС. Таким образом, затраты на муку облагаются НДС во второй раз, при этом затраты на зерно облагаются им в третий раз.  А далее выручка от продажи хлеба в магазине тоже облагается НДС, в результате чего он  в третий раз взимается со стоимости муки, и в четвертый  раз – со стоимости  зерна.
 
Растущий от этапа к этапу производства по абсолютному значению НДС каждым последующим участником производства хлеба выплачивается предыдущему участнику. Последний НДС  выплачивает население магазину, в котором приобретает хлеб. Согласно Налоговому кодексу, каждый участник производства алгебраически суммирует НДС, полученный им при реализации своей продукции, с  НДС, выплаченным за приобретенную продукцию. При превышении полученным  налогом выплаченного, разница между ними уходит в бюджет (подробно эти процедуры описаны ниже). 
 
На каждом переделе продукции прибыль поборами облагается дважды: сначала взимается псевдоНДС с выручки, а затем он исчисляется собственно с прибыли. А вот зарплата облагается налогами  7 (!) раз. Первый - когда НДС взимается с выручки, куда включён фонд зарплаты,  во второй раз – когда из средств этого пообщипанного на 18% фонда выплачиваются страховые взносы в государственные внебюджетные фонды, после чего с остатка средств, выплачиваемых в качестве зарплаты, взимается налог  по ставке 13% на доход физического лица, именуемый в обиходе подоходным.
 
В четвёртый раз  с зарплаты удерживается налог по ставке «инфляция», которую ежегодно провоцирует правительство увеличением тарифов на услуги естественных монополий, в пятый – присвоением работодателями прибыли, т. е. части добавленной стоимости, полученной за счёт низкой заработной платы (эксплуатации труда), в шестой раз – когда при покупках потребительских товаров и услуг с зарплаты  удерживается неформальный налог с продаж, в который входят все ранее начисленные в сложной прогрессии налоги, а также коррупционные выплаты изготовителей и продавцов продукции, которые тоже учитываются в  ее стоимости. И, наконец,  в седьмой раз, большинство продаваемых товаров и услуг облагается в очередной раз еще и НДС.
 
Чем длиннее кооперационная цепочка производства и больше переделов продукции в ее изготовлении, тем большая вымогается сумма налогов неоднократными изъятиями НДС  с одних и тех же составляющих стоимости, и тем большим оказывается неформальный налог с продаж конечной потребительской продукции, который выплачивает население. В результате доходы консолидированного бюджета обеспечиваются за счет поборов, многократно, в сложной, арифметико-геометрической, прогрессии, вымогаемых с доходов населения. Эти поборы предприятия предварительно выплачивают из части своих оборотных средств. Поэтому государство пользуется в бюджетном обороте денежной суммой, значительно превышающей официальную, публикуемую в налоговой статистике о доходах бюджета. И так как налоги выплачиваются систематически, то предприятия не могут эффективно воспользоваться возвращаемыми им деньгами.
 
Какова же сумма НДС, собираемого таким замысловатым способом? 
 
По данным Росстата,  ВВП - валовой внутренний продукт, который  представляет собой сумму добавленных стоимостей продукции (услуг), созданных в совокупности всеми предприятиями страны, в 2013 г. составил  66,689 трлн., а оборот этой продукции (суммарная стоимость всех ее переделов)  – 114,626 трлн. рублей. Разница в 47,937 трлн. рублей представляла собой сумму неоднократно зачтенных в обороте одних и тех же затрат (в системе национальных счетов эта разница именуется стоимостью товаров и услуг промежуточного потребления), с которых столько же раз взимался и НДС. Этот налог не взимается с экспортной продукции, но взимается внутри страны с импортной.
 
Сальдо внешнеторгового баланса (разница межу экспортом и импортом) в прошлом году было положительным и равнялось  5,697 трлн. рублей, поэтому псевдоНДС должен был исчисляться с оборота за вычетом сальдо внешнеторгового баланса, то есть со 108,929 трлн. рублей. В таком случае собранный по ставке 18% налог должен был составить сумму 19,6 трлн. рублей. Однако согласно данным Росстата и Федеральной налоговой службы,  в консолидированный бюджет НДС поступило лишь 1,977 трлн. рублей, то есть на порядок меньше. Спрашивается, куда же подевались остальные 17,63 трлн. рублей?
 
Предприятиям, согласно Налоговому кодексу, сумма НДС, которую они выплачивают при приобретении продукции и/или за выполненные по их заказам работы, компенсируется (зачитывается) той суммой НДС, которую они получают, реализуя кому-то свою продукцию (услуги). Иначе говоря, происходит взаимозачет этого налога, которым обмениваются предприятия при товарообмене. При равной стоимости  товарообмена сторон равны и суммы НДС, которыми сопровождается этот обмен, поэтому в бюджет ничего не должно попасть.  Но если суммарный НДС, полученный данным предприятием, превысит сумму  НДС, выплаченную им другим предприятиям, то разница переводится данным предприятием в бюджет. Делается это ежеквартально и в течение года алгебраическая сумма взаимозачетов НДС у каждого налогоплательщика корректируется.
 
В прошлом году результирующая нескомпенсированная  разница по стране составила  1,977 трлн. рублей. Следовательно, остальная часть псевдоНДС - в размере 17,63 трлн. рублей, исчисленная с упомянутого оборота, представляла собой взаимозачтенные  НДС,  полученные  предприятиями и выплаченные ими. Алгебраическая сумма этих взаимозачетов  равнялась нулю, то есть взаимозачтенные выплаты были равны между собой и  составляли по 8,815 трлн. рублей. Взаимозачет происходил в итоге без затрат оборотных средств самих предприятий и поэтому не требовалась  их последующая компенсация населением, как это происходит, допустим, с той же прибылью товаропроизводителей и налогом на нее.
 
Как видим, взаимозачет приводит к потере подавляющей части собираемого налога, что делает бессмысленным его использование.
 
Значительно большую сумму псевдоНДС собирают с населения. Как показано на примере хлеба, этот налог автоматически добавляется к ценам потребительских товаров и услуг по цепочкам их производства и реализации. В 2013 г. согласно данным Росстата расходы населения на оплату приобретенных потребительских товаров и услуг составили 43,684 трлн. рублей, из которых в бюджет должен был быть выплачен налог по ставке 18% в сумме 7,863 трлн. рублей. Но в  бюджет, как отмечалось, почему-то поступило только 1,977 трлн. рублей. Спрашивается, куда подевались остальные 5,886 трлн. рублей, а может быть и все целиком эти собранные деньги?
 
Можно предположить, что они были либо присвоены при реализации товаров в торговой сети, в том числе – посредниками, либо уворованы под предлогом возврата НДС с фиктивного экспорта, либо по цепочкам платежей попали предприятиям, изготовителям конечной продукции, вместе с платежами за ее реализацию.  В последнем случае  этот «подарок» в виде скрытых субсидий, благодаря которым одни предприятия увеличили свою прибыль, а другие компенсировали  убытки, явился, по сути, незаконным налогом, так как он не поступил в бюджет.
 
В 2013 г. сальдированный (прибыль минус убыток) финансовый результат хозяйственной деятельности организаций, без учета субъектов малого предпринимательства, банков, страховых организаций и бюджетных учреждений, в действовавших ценах согласно данным Росстата составил 6,541 трлн. рублей. При этом  43,1 тыс. организаций (73,2% от общего их числа) получили прибыль в размере 8,439 трлн. рублей, а 15,8 тыс. организаций оказались убыточными – суммарный убыток составил 1,898 трлн. рублей.
 
Если собранный в прошлом году с населения псевдоНДС в размере 7,863 трлн. рублей действительно «на халяву» достался предприятиям, то он позволил им значительно улучшить свое финансовое положение. Без этих средств сальдированный финансовый результат был бы отрицательным, уменьшившись до минус  1,322 трлн. рублей,  то есть  подавляющее большинство организаций в стране оказалось бы убыточными.
 
В любом случае приведенные налоговые данные и их нестыковки требуют тщательного анализа. Все это лишний раз свидетельствуют о несогласованности  денежно-кредитной политики, проводимой Центробанком России, с бюджетной политикой, за которую отвечает правительство страны, а также о порочности проводимой правительством  экономической политики.
 
В частности, очевидна бессмысленность использования псевдоНДС с его взаимозачетами, так как объективный учет и должная организация его выплат согласно Налоговому кодексу должны приводить к нулевой алгебраической сумме взаимозачетов и поэтому - к полному отсутствию доходов от него в бюджете.
 
Возможная переплата этого налога, выдаваемая за доход бюджета, невелика и в прошлом году составила 1,977 трлн. рублей или всего 17,5% от суммы собранных налогов.  Но на  его учет и контроль отвлечено немалое количество работников налоговой службы и бухгалтеров в организациях. К тому же, этот налог провоцирует коррупцию.
 
Напомню, добавленная стоимость произведенной продукции определяется как разница между полученной от ее продажи выручкой и стоимостью потребленных в производстве  закупленных предприятием сырья, материалов и комплектации, а также сторонних услуг. В добавленную стоимость входит и прибыль. Очевидно,  что НДС, которым одновременно облагается и прибыль, необходимо было бы собирать, согласно его названию, с добавленной стоимости и без взаимозачетов. Тогда население освободят от повторных оплат одних и тех же налогов, и его сбор можно будет увеличить.
 
Сумма прошлогодних поступлений псевдоНДС и прибыли составила 4,048 трлн. рублей или почти 36% от всех налоговых поступлений. Если эту сумму для истинного НДС увеличить вдвое, это позволило бы собрать примерно 8 трлн. рублей, увеличив налоговые поступления с прошлогодних 11,326 трлн. до примерно 15 трлн. рублей. При этом вместо двух выплачивался бы один налог, что позволило бы дополнительно  снизить затраты на обслуживание его собираемости.
 
                                        Какой подоходный налог мы платим
 
Каков же сегодня неформальный налог с продаж потребительских товаров и услуг, который выплачивает население страны? Согласно прошлогодним показателям, он складывался из  налоговых поступлений в бюджет, которые составили 11,326 трлн. рублей,  выплат во внебюджетные государственные фонды  (Пенсионный фонд, Федеральный и территориальные фонды медицинского страхования и Фонд социального страхования) – суммарно 8,914 трлн. рублей, и суммы псевдоНДС в размере в 7,863 трлн. рублей, взысканной с населения, но непонятно  куда подевавшейся. Итого 28,103 трлн. рублей.
 
Таким образом, население страны в 2013 году при приобретении потребительских товаров и услуг выплатило неформальный налог с продаж в сумме 28,103 трлн. рублей, что по отношению к общим доходам населения в размере 43,884 трлн. рублей составило  64%. Такова оценочно средняя ставка подоходного налога, который выплачивает население страны.
 
Но одновременно население выплачивает предприятиям и указанную ими прибыль, которая также оказывается налоговым бременем для граждан. В прошлом году, как отмечалось, предприятия без учета субъектов малого предпринимательства, банков, страховых организаций и бюджетных учреждений получили прибыль в размере 8,439 трлн. рублей. С ее учетом население в 2013 году выплатило неформальный налог с продаж в сумме 36,542 трлн. рублей, что по отношению к общим доходам населения составило 83%.
 
Очевидно, что неформальный налог с продаж для одного и того же продукта питания или товара, когда его приобретают люди с разным доходом, остается постоянным. Поэтому по  мере уменьшения дохода физического лица доля налога в его доходе возрастает. И наоборот. К  примеру, налог, допустим,  в 100 рублей для килограмма колбасы при условном доходе покупателя в 1000 рублей составит относительно этой  суммы 10%, а относительно  дохода 10000 рублей – на порядок меньше, то есть 1%.
 
Таким образом, шкала НДФЛ получается не «плоской»  с постоянной ставкой 13%, как декларируется властями, а прогрессивно растущей, но  в сторону  уменьшения доходов физических лиц. Это еще  одна особенность нашего уникального налогообложения, причем среднюю ставку НДФЛ в 64% можно отнести к мировым показателям. Для малоимущих она не зашкаливает за 100%, так как эти люди вынуждены отказываться от приобретения многих  жизненно необходимых вещей. Поэтому утверждения, что у нас в стране якобы самый низкий в мире налог на доходы физических лиц – от лукавого.
 
Низкие зарплаты и пенсии у большинства граждан обусловлены тем, что добавленная стоимость, создаваемая трудом наемных работников, несправедливо распределяется в пользу относительно небольшого числа лиц. Согласно данным Росстата, 20% населения  страны принадлежит почти половина доходов. Это ли не довод перераспределять их за счет справедливой дифференциации налоговых ставок на доходы физических лиц? 
Несмотря на сравнительно большую долю собираемых налогов относительно доходов населения, на воспроизводственные нужды экономики из федерального бюджета выделяется лишь примерно 15% всех бюджетных расходов. При этом главный привод развития экономики – доходы и платёжеспособный спрос населения на потребительские товары и услуги действует весьма и весьма слабо из-за откачки значительной части доходов населения в виде налогов. Их многократное изъятие существенно и намного больше, чем ценовая инфляция, снижает реальные доходы и тем самым реальную покупательную способность населения.
 
Для увеличения доходов бюджета чиновники пытаются манипулировать налоговыми ставками. Недавние очередные намерения Минфина, отвергнутые президентом страны,  помимо псевдоНДС ввести с 2015 года еще и налог с продаж в размере 3% от цены товара свидетельствуют, одной стороны,  о непонимании властями пороков действующего налогообложения, а с другой – о неспособности увеличивать доходы консолидированного бюджета реформированием экономики и проведением сбалансированной государственной финансовой политики. При этом непонятно,  на каких этапах изготовления и продажи продукции собирались взиматься налог с продаж – на всех промежуточных или только с потребительски и функционально завершенной продукции.
 
В первом случае налог с продаж оказался бы  тождественным нынешнему псевдоНДС, но он на каждом переделе целиком поступал в бюджет,  и применительно к обороту прошлого года его собрали бы в размере 3,26 трлн. рублей. Во втором случае собрали бы столько же, но в гигантской сети розничной торговли с преобладанием оборота наличных денег, немалая часть которой находится в «тени», контроль за выплатами  налога с продаж будет существенно затруднён. В любом случае, возросшее налоговое бремя привело бы к еще большему сокращению платежеспособного спроса.
 
Ощутимо уменьшить налоговое бремя для увеличения платёжеспособного спроса на всех этажах экономики и обеспечения ее инновационного развития  при нынешней системе налогообложения невозможно в принципе. Спрашивается, с какой же целью была внедрена в стране налоговая система, препятствующая росту благосостояния общества и развитию страны? Как отмечалось, сделано это, чтобы увеличить доходы консолидированного бюджета в условиях искусственно созданного в стране дефицита денежного обращения и развала реального сектора экономики. Однако масштабные налоговые поборы ведут к дальнейшему сворачиванию самого источника этих доходов – товарного производства.
 
  От вымогательства с доходов населения - к оброку с затрат природных ресурсов
 
Как же добиться, чтобы необходимые налоги собирались государством не многократным вымогательством у населения значительной части его доходов, а за счет экономически обусловленного увеличения объемов товарного производства, и чтобы этому способствовала сама система налогообложения?
 
Такое может произойти, если, скажем, владельцу коровы установить налоги за проданное молоко не с оборота и прибыли, а только с расходуемых на его получение природных ресурсов, в том числе с используемой земли. В этом случае коровий хозяин, чтобы меньше платить за землю, будет стремиться к увеличению надоев и соответственно прибыли не за счет расширения площади пастбища для выгула своей кормилицы, а за счет повышения урожаев кормовых трав на меньшей площади угодий,  пастуха же заменит на электроизгородь. Иначе говоря, он будет добиваться увеличения надоев, а значит, и прибыли, снижая себестоимость молока и облагаемые  платежами затраты на природные ресурсы путем совершенствования технологий производства.
 
При этом власти, распоряжающиеся землей, вынужденно окажутся заинтересованными в обратном — в максимальном ее использовании, т. е.  в увеличении своей налогооблагаемой базы за счет увеличения числа собственников коров и дойного стада. Для этого они должны будут создавать необходимые условия, в том числе в среде покупателей молока, чтобы возрастало их число и увеличивался платежеспособный спрос за счет роста доходов населения, а также чтобы кредиты  стали доступны и выгодны всем желающим купить коров.  Регулятором же отношений, как и положено, будет служить рынок.
 
Если от модели — коровы перейти к большой экономике, то природными ресурсами, за пользование которыми предлагается платить оброк государству, будут земля, минеральное сырье, вода, атмосферный кислород, лес...  При этом возникнет конфликт интересов государства и товаропроизводителей. Товаропроизводители для сокращения  выплачиваемых ими налогов и получения тем самым большей прибыли станут внедрять ресурсо- и энергосберегающие технологии, автоматизировать производство для сокращения числа рабочих мест и увеличивать объемы выпускаемой продукции. А государство для увеличения налогооблагаемой базы - ресурсных затрат товаропроизводителей вынуждено будет создавать условия для роста доходов населения и увеличения числа рабочих мест, а тем самым – увеличения платёжеспособного спроса и, следовательно, объемов товарного производства, для чего потребуется использовать больше природных ресурсов.
 
Таким образом, предлагаемое налогообложение будет стимулировать производство новой наукоемкой и конкурентоспособной продукции путем модернизации экономики. При нынешней системе налогообложения подобные интересы ни у налогоплательщиков, ни у властей не возникают.
 
Плату за используемые ресурсы необходимо устанавливать дифференцированной в зависимости от вида деятельности и потенциальной рентабельности предприятия, а также прогрессивно изменяющейся при необходимости регулировать потребление того или иного вида сырья внутри страны или выполнения определенных экологических условий. Основу такой налоговой платы составит изъятие части природной ренты.
 
Сегодня при нынешних фиксированных и достаточно высоких налоговых ставках, к примеру, невыгодно эксплуатировать нефтяные скважины с суточным дебитом менее 5 тонн, и их консервируют. В эксплуатационном фонде, насчитывающем порядка 151 тысячи скважин, в основном из-за убыточности добычи простаивает примерно четверть из их числа, хотя даже при дебите в одну тонну законсервированные скважины могли бы давать в год около 38 млн. тонн. Тогда при более низких и регулируемых налоговых ставках в казну поступали бы дополнительно доходы не только от этой «нерентабельной» нефти, но и от сбыта продуктов ее переработки, а также от налогообложения физических лиц из-за увеличения числа занятых этим производством работников. В США нефть, добытая из  малодебитных скважин, вообще не облагается налогом.
 
Нынешние налоги делают также невыгодной разработку труднодоступных месторождений минерального сырья и эксплуатацию скважин с падающей добычей. Хотя и для государства, и для компаний, добывающих минеральное сырье, намного выгоднее в качестве предлагаемого налога изымать часть ренты, ставка которого будет определяться удельной затратностью добычи: чем выше себестоимость добытой тонны, тем меньше изымаемая в бюджет часть ренты. Таким образом выравнивались бы экономические условия разработок месторождений различной степени сложности и тем самым – условия для конкуренции.
 
Сегодня большая часть природной ренты изымается в виде множества различных налогов, в том числе за пользование недрами, на прибыль, через псевдоНДС, акцизы и экспортные пошлины, что не позволяет целенаправленно адаптировать рентабельность добычи к условиям месторождений сырья. При этом у нефтяных и газовых компаний налоги, если их выплачивать полностью, доходят до 60% от отпускной цены продукции на скважинах. Поэтому проедаются основные фонды, а денег не хватает даже для простого воспроизводства сырьевых запасов. В результате извлеченные запасы почти не компенсируются новыми.
 
                                Фантом ренты и ее «обналичивание»
 
Ренту можно разделить на природную, от Бога, получаемую от использования природных богатств, и неприродную, получаемую, например, от использования специалиста, на обучение которого затрачены общественные (государственные) средства, или за счет спекулятивных курсов обмена доллара на рубли при экспортных продажах продукции (курсовая рента), или от спекуляции деньгами (финансовая рента), и др. Рента, полученная от использования недр, называется горной. Но кто и как должен ее выплачивать?
 
Чтобы ответить на этот вопрос, придется, как ни странно, уточнить само понятие ренты. В учебниках по экономике и толковых словарях под рентой понимают разновидность дохода, якобы не требующего от его получателя осуществления какой-либо предпринимательской деятельности и затрат труда. Вроде того, открой только рот, и в него сами станут запрыгивать бесплатные галушки. Правда, в одном случае многим кажется, что якобы так и происходит. Речь идет о  будто бы дармовом атмосферном кислороде, который является обязательной компонентой углеводородного горючего - доход от его сжигания не требует сегодня от потребителей топлива дополнительных денежных затрат. Однако средства нужны для  восстановления лесов, что диктует необходимость изменения принципов Киотского протокола.
 
Природная рента сама по себе не появляется на свет. Возьмем ту же нефть. Хотя она и создана природой, т. е. «без предпринимательской деятельности и затрат труда», само ее извлечение из недр связано с громадными тратами. Разница между продажной ценой нефти, т. е. доходом от ее реализации, и затратами на добычу, включая поиск (геологоразведку) и обустройство соответствующего месторождения, представляет собой прибыль, которую именуют горной рентой.
 
Размер горной ренты зависит от условий, т. е. затратности добычи соответствующего минерального сырья, и его рыночной цены, зависящей от платежеспособного спроса и конкуренции на рынке. Разницу в прибыли, которую получают на самых тяжелых по природным условиям месторождениях, и более комфортных, т. е. менее затратных, именуют дифференциальной горной рентой.
 
Строго говоря, прибыль — это и есть рента. Однако говорить, что рента — это незаработанная прибыль, некорректно. Ведь чтобы рента из фантома превратилась в часть дохода от реализации продукции надо сначала затратить определенные средства. Поэтому рубль ренты характеризуется денежным выражением удельных затрат, необходимых для его появления на свет. Вопрос в том, как распределять ренту между товаропроизводителями и государством.
 
Что касается горной ренты, то изъятие ее части в виде налогов в казну на «тяжелых» месторождениях, требующих наибольших затрат для их освоения и добычи там полезных ископаемых, должно быть минимальным. Это, как отмечалось, необходимо для выравнивания экономических условий хозяйствования. Остающаяся у добытчика часть ренты, то есть его чистая прибыль, помимо компенсации риска вложений и кредитной ставки, должна обеспечивать определенную рентабельность для рефинансирования расширенного воспроизводства.
 
При предлагаемой системе налогообложения все налоги, кроме экспортных, будут собираться, как и сегодня, и, в конечном счете, будут по-прежнему выплачиваться населением страны. Авансовые налоговые платежи за природные ресурсы, использованные непосредственно или в виде продуктов их переработки, будут выплачивать их производители. А возвращаться они будут тоже от каждого последующего участника технологической цепочки производства, покупателя, соседнему предыдущему, вплоть до конечного потребителя продукции, для изготовления которой использован тот или иной природный ресурс  и (или) производные от него. Конечным потребителем природных ресурсов, используемых для производства потребительских товаров (услуг), и налогоплательщиком является население.
 
Предприятия, добывающие сырье, как и предприятия в других секторах экономики, будут платить налоги за используемые природные ресурсы и (или) продукты их переработки. На произведенную с использованием природного сырья продукцию должны начисляться соответствующие налоги. Например, налоговый  платеж за нефть  распределится на продукты ее переработки. Поэтому продажа, к примеру, бензина должна будет сопровождаться возвратом нефтеперерабатывающему заводу приходящейся на его производство налогового платежа за нефть. Налог на проданную нефть нефтяная компания частично в виде  акциза перечислит со всеми другими налогами в бюджет, а ее чистая прибыль  будет представлять собой часть извлеченной из недр горной  ренты.
 
  Нормирование прибыли организаций и налогообложение доходов физических лиц
 
Для стабилизации и гармонизации цен представляется необходимым нормировать прибыль организаций относительно себестоимости производимой ими соответствующих видов продукции. Она распределится между ее изготовителем и продавцом, а прибыль, полученную сверх нормированного значения, будут изымать в бюджет. Прибыль от продаж импортных товаров необходимо будет нормировать относительно их цен, заявленных при ввозе.  Стабилизация и гармонизация цен позволят также обеспечить эквивалентность товарообмена по стоимости, что будет способствовать объективному – по труду и затратам - распределению добавленной стоимости, включая прибыль, между всеми субъектами производства и реализации продукции и ее потребителями.
 
Нормирование прибыли должно быть дифференцированным с учетом особенностей той или иной отрасли производства, размещения предприятий, условий хозяйствования, кредитных историй, природных условий, необходимости модернизации и прочих критериев развития предприятий. Тогда спустя какое-то время цены на все и вся стабилизируются и исчезнут посредники-спекулянты. Ведь для данного товара его производителем будет установлена предельная  доля затрат (торговая наценка) на реализацию относительно его собственной отпускной цены независимо от числа продавцов  (перепродавцов) и в пределах нормированной прибыли.  
 
Нормировать торговые затраты в цене нужно будет тоже дифференцировано в зависимости от специфики реализации данного вида продукции. Спекулятивные посредники никаких реальных затрат на транспортировку и реализацию товаров не несут, а лишь транслируют их виртуальное через себя перемещение по бумагам, что легко отслеживается налоговой службой. Поэтому посредники-спекулянты  должны будут исчезнуть, так как при нормировании торговых затрат для данного товара они будут лишены возможности «накручивать» цены и получать «прибыль».
 
Нормирование торговых наценок  для импортной продукции относительно заявленных поставщиками ввозных таможенных цен сделает невыгодным их искусственное занижение, как это происходит сегодня, в частности,  с импортируемой свининой, с целью  ликвидации российских конкурентов. Нередко поставщики импортной продукции  и ее продавцы в России – аффилированные лица, зарегистрированные в оффшорах. Занижая цены при поставках продукции и взвинчивая их  при розничной продаже в России, они получают громадную прибыль, которую в валюте вывозят за рубеж. Нормированием торговой наценки можно будет заблокировать «международное сотрудничество» спекулянтов по вывозу капитала за рубеж и обеспечить добросовестную конкуренцию на внутреннем рынке.
 
Как отмечалось, прибыль для выравнивания экономических условий хозяйствования, в том числе на различных по природным условиям месторождениях сырья, и создания тем самым примерно одинаковых экономических возможностей для конкуренции необходимо нормировать дифференцированно, учитывая затраты, обусловленные средой, в которой действует то или иное предприятие. При этом надо также учитывать кредитную историю каждого предприятия.
 
К примеру, основные фонды «Газпрома» и крупных российских нефтяных компаний были созданы в советские времена на государственные средства, причем зачастую на богатых месторождениях, и нынешние владельцы не расплачивались за этот вложенный капитал. А вот более мелкие компании, осваивающие новые, к тому же тяжелые, месторождения, вкладывают в создание производства свои средства, что увеличивает их затраты и ведет к сокращению горной ренты. Налоги и акцизы сегодня, однако, все платят по одним ставкам. Поэтому виды и размеры дифференцированных налоговых платежей должны законодательно регламентироваться, в частности, с учетом условий добычи ресурсов и их переработки.
 
Налоговый механизм нормирования прибыли можно внедрить уже сегодня, учитывая, что все данные для контроля себестоимости продукции содержатся в отчетности, передаваемой в налоговую службу ее изготовителями. Тогда, как отмечалось, в сочетании с воздействием налогообложения затрат природных ресурсов спустя какое-то время цены могут стабилизироваться. Стабилизация и гармонизация цен будут также способствовать устойчивости покупательной способности  рубля, балансу товарно-денежного обращения, росту ВВП и, таким образом, улучшению условий для инвестиций.
 
Однако нормирование прибыли относительно себестоимости продукции ограничит ее допустимую рентабельность. Поэтому товаропроизводителям для получения большей в абсолютном исчислении прибыли, не облагаемой налогом, придется увеличивать себестоимость продукции. Но затраты природных ресурсов и их производные продукты будут облагаться налогами, а цены на закупаемую комплектацию устанавливаются ее поставщиками. Таким образом, для увеличения себестоимости  продукции товаропроизводителям останется только увеличивать заработную плату и наращивать объемы производства. Это вынудит товаропроизводителей добиваться роста производительности за счет внедрения более эффективных,  автоматизированных, технологий. С увеличением заработной платы возрастут абсолютные налоговые отчисления с доходов физических лиц. 
 
 При этом рост доходов населения будет способствовать увеличению сбыта возрастающих объемов продукции, производство которых потребует дополнительных ресурсных затрат, что  также вызовет соответствующее увеличение налоговых платежей. Регулировать и оптимизировать эти процессы в интересах всех сторон можно будет изменением нормы прибыли.
 
Таким образом, еще один важный эффект от нормирования прибыли в сочетании с налогами на потребляемые природные ресурсы – это рост платежеспособного спроса населения и увеличение налоговых поступлений в бюджеты. Однако для относительно равномерного распределения при этом доходов физических лиц с целью все того же увеличения платежеспособного спроса населения и соответствующего роста налоговых поступлений в бюджет потребуется  ввести  прогрессивную шкалу нарастающих налоговых ставок на доходы физических лиц для изъятия сверхдоходов, как это неспроста делается в развитых странах.
 
В 2013 г. на долю 20% наиболее обеспеченной части населения приходилась почти половина всех его денежных доходов. При этом 10% самых богатых обладали  30,7% всех доходов, а на долю 10% наименее обеспеченной части населения приходилось всего 1,9%, от этих доходов,  то есть разница  превысила 16 раз. Между тем, согласно экспертным оценкам разница уже в 7 раз должна служить предупреждением для властей о возможности социальных волнений. Поэтому в развитых странах с социально ориентированной экономикой  соотношение доходов децимальных групп наименее и наиболее обеспеченного населения не превышает 4-5. Очевидно, что достигнуть такого соотношения можно двумя способами, используемыми одновременно: повышением минимальной заработной платы и дифференциацией ставок НДФЛ с увеличением их в сторону больших доходов.
 
В 2013 г. при общем годовом доходе населения в 43,884 трлн. рублей доход 10% самых богатых составил не менее 13 трлн. рублей. Поэтому с  введением  прогрессивно возрастающей шкалы ставок налогообложения дохода физических лиц уже только при средней налоговой ставке в 30% на доход самых богатых граждан можно будет увеличить поступления в консолидированный бюджет страны дополнительно примерно на 2,2 трлн. рублей. Напомню, налогов с доходов физических лиц в 2013 г. собрали 2,497 трлн. рублей. Но даже и в этом случае после налоговых вычетов соотношение доходов децимальных групп наименее и наиболее обеспеченного населения окажется больше 10, что все равно является опасным с социальной точки зрения.  Замечу, во многих странах налог на доходы физических лиц является одним из основных источников наполнения казны и его ставка достигает 50-70%.
 
В развитых государствах власти в полной мере осознают значимость первичности доходов населения в развитии национальных экономик и наполнении казны. Поэтому там законодательно установлен такой минимум зарплаты и социальных пособий, который обеспечивал бы людям достойный прожиточный минимум.
 
Будучи далеко не альтруистом, Генри Форд  в начале 1900-х добился принятия  в США закона о минимуме зарплаты, позволявшей семьям со средним достатком приобретать его автомобили. Понятно, что население страны, приобретая продукты питания, ширпотреб, автомашины и иные жизненные блага, создает тем самым у их производителей соответствующий капитал для воспроизводства продукции и основных фондов. Следовательно, таким образом обеспечивается воспроизводство основных фондов во всех промышленных кооперационных цепочках, начиная с добычи необходимых природных ресурсов и заканчивая производством технологического оборудования.
 
Согласно Конституции наше государство должно быть социальным. Это понятие характеризует определенную идеологию взаимоотношений владельцев труда и других видов капитала. Важной особенностью социального государства является поддержание баланса интересов представителей различных социальных групп общества, в первую очередь - интересов экономических, путем распределения создаваемой добавленной стоимости в соответствии с вложенными ими ресурсами.
 
Одним из условий соблюдения баланса интересов является эквивалентность товарообмена по стоимости, где исходной мерой при формировании себестоимости и цены продукции должна выступать цена труда. Ее социально необходимый  для жизни минимум должен соответствовать официальному прожиточному минимуму, который, в свою очередь, должен обеспечивать простое воспроизводство ресурсов наемного работника с учетом рождения и воспитания одного ребенка. По оценкам Академии труда и социальных отношений, на сегодня  такой прожиточный минимум составляет 30 тысяч рублей. Однако согласно данным Росстата  в 2013 году величина официального прожиточного минимума составляла в среднем по стране всего 7429 рублей, доход 35%  населения страны не превышал 14 тысяч, а у половины населения – 19 тысяч рублей.
 
Характерными  особенностями социально ориентированного  государства являются приоритетность и гармоничность развития национального товарного производства и внутреннего рынка, что обеспечивает высокую занятость населения, а значит - и большие его доходы. На это же должна направляться  бюджетная поддержка различных отраслей экономики, особенно фондоемких, с длительными сроками окупаемости и большими рисками вложений, которые обычно невыгодны частным инвесторам.
 
При высокой платежеспособности населения  бюджетные инвестиции выгодны для страны – они позволяют расширять налогооблагаемую базу и окупаются благодаря увеличению доходов казны. Одновременно тем самым поддерживается высокая занятость населения, что опять же обеспечивает высокий платежеспособный спрос на потребительскую продукцию и ее воспроизводство, а, следовательно, воспроизводство промышленной продукции и всего того, что для этого требуется.
 
Таким образом, используя общественные средства — налоги, социально ориентированное государство стремится устранять противоречия между узкими частными коммерческими интересами владельцев капитала и интересами общества, мешающие гармоничному кооперационному развитию экономики. Одним из инструментов устранения этих противоречий и выравнивания условий хозяйствования должно быть соответствующее налогообложение и его дифференциация, направленная, в том числе, на изъятие сверхприбыли доходов и ее перераспределение.
 
Так что налоги необходимы не только для содержания государственных институтов управления и поддержания безопасности страны, но, в первую очередь, для развития источника существования самого государства — его социума и экономики. Поэтому и борьба с бедностью является проблемой, в первую очередь, макроэкономической. И решать ее должно, в первую очередь, само государство, в том числе законодательным регулированием налогообложения на основе его дифференцирования.
 
                Возможности увеличения налоговых поступлений в бюджет
 
Власти для увеличения бюджетных доходов часто прибегают к экономически не обоснованному увеличению налоговых ставок, девальвации рубля, а также ежегодно к увеличению тарифов на продукцию и услуги естественных монополий, что провоцируют всеобщий рост цен. А чем выше цены, тем больше собирают налогов, хотя и обесцененными рублями. Все это, в итоге, оказывается дополнительным бременем для населения и бизнеса. При этом власти пренебрегают множеством иных, имеющихся, но почему-то неиспользуемых, возможностей.
 
Прогрессивная шкала ставок для НДФЛ. Как отмечалось, 10% населения, его самая богатая часть, обладает более чем 30% всех доходов. Это в 2013 г. при общем годовом доходе населения в 43,884 трлн. рублей составило не менее 13 трлн. рублей. Поэтому с  введением  прогрессивно растущих ставок налогообложения уже только при средней налоговой ставке в 30% на доход самых богатых граждан можно будет увеличить поступления в консолидированный бюджет страны дополнительно на 17% от общего дохода физических лиц или примерно на 2,2 трлн. рублей.  Налогов же с доходов физических лиц в 2013 г. собрали 2,497 трлн. рублей.
 
Будет также справедливым облагать доход физического лица, получаемый в виде дивидендов по акциям,  по общепринятой ставке,  суммируя их при этом с другими доходами граждан. Ведь выплачиваемые  из прибыли дивиденды являются частью добавленной стоимости. Однако сейчас они облагаются налогом по ставке, почти вдвое меньшей ставки «подоходного» налога.
 
Обязательность регистрации организаций в местах расположения их производственных мощностей. Необходимо законодательно запретить регистрацию за рубежом компаний, владеющих предприятиями и другим имуществом на территории России. Сегодня такие компании, будучи зарегистрированы за рубежом, не платят в России налогов.
 
Кроме того, для равномерного и справедливого распределения выплат налогов между бюджетами регионов, что тоже поспособствует увеличению наполняемости консолидированного бюджета, необходимо законодательно регламентировать обязательность регистрации компаний по месту размещения их предприятий. Если компания владеет предприятиями, расположенными в разных регионах, то в этих случаях каждому из предприятий должны будут оформить статус юридического лица при сохранении их прежней принадлежности.
 
Тогда из той же Москвы эвакуируется  множество представительств, руководящих из столицы своим производством на периферии, а основные налоги платят они в Москве. Но для этого также потребуется законодательно численно ограничить пребывание в Москве представителей и автомашин этих компаний, взимая существенный налог за работников представительств, не имеющих постоянной московской регистрации. Эта мера позволит также несколько разгрузить московские улицы от автомобилей.
 
Кредитование предприятий покупателями их акций. Для пополнения оборотных средств предприятий и тем самым увеличения выплачиваемых ими налогов за счет роста объемов производства предлагается со стоимости пакета акций, приобретаемого на вторичном рынке, ввести обязательные отчисления в виде кредита предприятию, эмитенту этих акций. Кредит будет взиматься с покупателя акций,  который впервые становится акционером предприятия, и перечисляться на специальный инвестиционный счет предприятия, допустим, в размере 30% от цены продажи, сроком на два-три  года. Если в этот период акции будут проданы, то кредит их владельцу будет возвращен  только по истечении этого срока. 
 
Ежегодная плата за кредит будет соответствовать доле в чистой прибыли,  выделяемой на дивиденды. Если покупатель – не спекулянт, а реальный инвестор, ему такое кредитование  будет выгодно, в том числе и благодаря получению дополнительных дивидендов.  При этом спекулянты постепенно отсеются.
 
Фильтрация подобным образом так называемых «портфельных» инвесторов одновременно поспособствует увеличению достоверности оценивания рыночной стоимости предприятий на вторичных фондовых рынках, так как она будет определяться инвесторами, заинтересованными в развитии приобретаемых активов.  Ведь цены на биржах складываются стихийно, нередко под влиянием слухов и сговоров, и мало что общего имеют с реальной ликвидностью той или иной компании - эмитента акций. Одновременно, для усиления фильтрации спекулянтов и увеличения налоговых поступлений в бюджет, необходимо будет нормировать прибыль участников торгов и самих торговых площадок средней долей дивидендов на акцию среднего номинала, выплаченных в стране за предыдущий календарный год. 
 
Вторичные фондовые рынки отвлекают из оборота в реальном секторе экономики значительную часть денежной массы, что тоже снижает собираемость налогов.  В 2013 г. денежный оборот на Московской фондовой бирже ММВБ превысил 8,25 трлн. рублей. Биржи ММВБ и РТС входят в холдинг ОАО «Московская биржа». Согласно информации холдинга, общий объем торгов (оборот) на всех его рынках в 2013 г. достиг 449,9 трлн. рублей. Это  при  том, что оборот в экономике составил  114,62 трлн. рублей, а его обеспеченность деньгами не превышала 68%. Таким образом, оборот только на Московской бирже составил в том же году 392,5% относительно оборота в экономике.
 
Если принять, что частота обращения денег, вовлеченных в операции холдинга, с учетом нерабочих дней составила 100 раз за год, то в 2013 г. из денежной массы в сумме 31,407 трлн. рублей торговыми площадками одной только Московской биржи на финансовые и фондовые спекуляции  было отвлечено около 4,5 трлн. рублей или  14,3% денежной массы.
 
Операционная прибыль холдинга превысила 14,74 трлн. рублей. Какова прибыль участников рынка, неизвестно. Но все  это фиктивная добавленная стоимость, полученная от торговли  деньгами, акциями и другими ценными бумагами, так как фондовые и валютные рынки не могут подменить товарное производство в создании реальной добавленной стоимости. По сути, прибыль, полученная участниками спекулятивных рынков, является частью присвоенной ими добавленной стоимости, созданной в реальном секторе экономики. Поэтому, помимо нормирования прибыли «портфельных инвесторов», для увеличения налоговых поступлений в казну необходимы также экономические меры, чтобы снизить количество спекулятивных продаж и тем самым высвободить максимально возможную  часть используемых на финансовых и фондовых рынках  денег для реального сектора экономики и увеличения тем самым объемов производства.
 
Нормализация денежного обращения и банковского кредитования. Предлагаемая вниманию читателей публикация является завершающей частью базовой статьи  «Как российскую экономику довести  не до ручки, а до ума»,  ее раздела Государственная финансовая политика («Промышленные ведомости» № 3, май-июнь 2014 г.).  В ней, в частности, изложены основные принципы государственной финансовой политики. Все меры по их реализации в той или иной степени влияют на собираемость налогов и размеры дохода консолидированного бюджета страны. Собираемость и доходность во многом зависят от обеспеченности экономики деньгами, сбалансированности товарно-денежного обращения, доступности кредитов и ряда других факторов.
 
Как отмечалось, многократные налоговые поборы понадобились в качестве противовеса искусственно созданному дефициту денежного обращения – чтобы  собирать больше налогов. Денежный дефицит обусловлен, главным образом, привязкой рублевой денежной массы по базарному валютному курсу к валютной массе в стране, хотя выпускаемые в обращение деньги должны обеспечивать баланс товарно-денежного оборота.
 
Необходимость наличия денежного дефицита, достигающего в обороте 40% по отношению к стоимости товарной массы, и высокой ставки рефинансирования чиновники Центробанка объясняют якобы необходимостью борьбы с ценовой инфляцией. Однако она растет, так как дефицит денег породил, в частности,  дороговизну кредитов, годовая ставка которых в зависимости от сроков заимствования и рисков  достигает 20-50%, что делает невозможным нормальное развитие товарного производства. Но зато нынешние высокие кредитные ставки обеспечивают Центробанку и коммерческим банкам создание немалой фиктивной добавленной стоимости и трансформацию ее  в громадную реальную прибыль, отчуждаемую из реального сектора экономики.
 
Однако объяснение чиновниками от финансов необходимости дефицита денег в качестве меры борьбы с инфляцией – от лукавого. Так как согласно п.1 ст. 75 Конституции денежную эмиссию должен осуществлять исключительно Центробанк, то,  очевидно, коммерческие банки могут размещать «на стороне» средства, сумма которых равна только сумме их собственных и привлеченных средств за вычетом обязательных резервов. При этом необходимо, чтобы временно позаимствованные средства  клиентов банков не использовались на стороне. В противном случае окажется, что соответствующие коммерческие банки незаконно осуществляют денежную эмиссию. На самом деле так и происходит.
 
Систематическое, из года в год, превышение банковскими активами  денежной массы – в  2012 г. на 22,104 трлн. рублей или на 80%, а в 2013 г. более чем на 26 трлн. рублей или почти на 83%  – можно объяснить только эмиссией фиктивных безналичных денег. Ее незаконно осуществляли коммерческие банки, исчерпав для кредитования все собственные и привлеченные средства. Ограничителем выдаваемых ими кредитов должны служить обязательные резервы, норма которых для минимизации рисков и обеспечения платежеспособности банков должна составлять 10-20% от суммы средств на банковских депозитах.
 
Однако, к примеру, в 2012 г. сумма обязательных резервов составляла в среднем 400 млрд. рублей или лишь 1,3% от суммы средств на депозитах. Такие барьеры не могли существенно ограничить фиктивное кредитование и предотвратить строительство банками «мыльных» финансовых пирамид с  последующими нередко искусственно организуемыми банкротствами банков и воровством денег их клиентов   («Центробанк РФ – это Банк России или операционная контора Федеральной резервной системы США?» - «Промышленные ведомости» № 1, январь-февраль 2014 г.).
 
Между тем при увеличении  денежной массы столь противоправным образом инфляции не наблюдается, но большая часть фиктивных денег в экономику не попадает, о чем свидетельствует рост кредиторской задолженности нефинансовых организаций – с 17,533 трлн. в 2010-м до 27,531трлн. рублей в 2013 год. Одновременно  сокращаются инвестиции в реальном секторе экономики, и увеличивается  вывоз капитала за рубеж – в этом году прогнозируется свыше 100 млрд. долларов.
 
Очевидно, что результаты противоправного «эксперимента» по значительному увеличению денежной массы показали всю несостоятельность безграмотных утверждений чиновников. Поэтому представляется необходимым официально удвоить денежную массу, но ввести ее оборот в регулируемое русло.
 
Деньги – не товар, они являются государственной собственностью и выдаются физическим и юридическим лицам для обеспечения товарообмена между ними, а также для использования в качестве средства накопления. Для устранения спекуляций деньгами и тем самым препятствий для развития экономики, что позволит увеличить объемы товарного производства, бюджетные доходы и жизненный уровень населения,  предлагается ставку рефинансирования Центробанка и кредитные ставки коммерческих банков нормативно ограничить только их комиссионными, учитывающими затраты на проводку денег получателям.
 
Комиссионные составит оценочно 0,25% для ЦБ, как сейчас в Европейском центральном банке,  и 2-4% - для коммерческих банков. При этом ставки дохода по вкладам населения и средствам на депозитах юридических лиц окажутся на уровне 2-3% годовых. Поэтому для привлечения денег в банки должны быть приняты меры по существенному снижению ценовой инфляции путем предложенного нормирования прибыли относительно себестоимости продукции у товаропроизводителей. Кроме того, должны быть приняты меры по стабилизации валютного курса рубля, которые изложены в упомянутой базовой статье.
 
При низких процентных ставках банкам станет выгодно инвестировать деньги в рентабельные производства или способствовать росту их рентабельными, приобретая соответствующие акции, и получать больше доходов по дивидендам.
 
Чтобы сделать кредиты доступными и выгодными для реализации стратегически значимых проектов - в минерально-сырьевом комплексе, промышленности, строительстве, включая ипотеку, на транспорте, в связи представляется целесообразным ряду отобранных по конкурсу банкам разрешить проводить определенную денежную эмиссию  в рамках запланированного Центробанком размера, но в виде целевых кредитных линий. Так как деньги банкам достанутся  бесплатно, то и кредитные ставки не должны превышать суммы ставки рефинансирования ЦБ, которая должна быть существенно снижена – не выше 0,25% годовых, и нормированных операционных затрат. Чтобы до внесения изменений в Конституцию страны не нарушалось исключительное право Центробанка на денежную эмиссию, деньги отобранным банкам он может передавать по существенно сниженной ставке рефинансирования.
 
Финансирование проектов должно быть поэтапным с поэтапной приемкой работ всеми заинтересованными сторонами, в том числе представителями банков, что во многом исключит коррупцию и утечки капитала. Подобные функции в  советской экономике успешно выполнял Промстройбанк СССР, филиалы которого были размещены по всей стране.
 
Естественно, что с нормализацией денежного обращения и увеличением для этого денежной массы, возрастут и налоговые доходы консолидированного бюджета.
Имеется еще ряд возможностей увеличения доходов казны, которые рассмотрены в упомянутой базовой публикации.
 
  Минимизация налоговых платежей и денежных средств в обороте предприятий
 
Как отмечалось, ВВП, представляющий собой сумму добавленных стоимостей продукции (услуг), созданных в совокупности всеми предприятиями страны, в 2013 г. составил  66,689 трлн., а оборот – 114,626 трлн. рублей. Разница в 47,937 трлн. рублей, то есть почти 42%  оборота,  представляла собой сумму неоднократно зачтенных в обороте на всех переделах продукции одних и тех же затрат на ее изготовление. При этом одни и те же затраты от передела к переделу суммируются в арифметической прогрессии, что последовательно в арифметико-геометрической прогрессии увеличивает  продажную стоимость продукции на каждом из промежуточных этапов ее производства.  Это  требует от предприятий, участников кооперационного  производства, соответствующего увеличения денежных оборотных средств.
 
При условии замены налога с оборота налогом на добавленную стоимость или предложенным налогом на  затраты природных ресурсов можно существенно снизить цены, а тем самым затраты денег и, следовательно, денежный оборот на промежуточных переделах производства многих видов продукции. Для этого нужно перейти к оплате каждому товаропроизводителю только той добавленной стоимости, которую он создал на данном переделе продукции, а также затрат, использованных для ее создания. В эти затраты не будет включена стоимость продукции предыдущих ее переделов, которая передается товаропроизводителю на данном переделе без ее оплаты для дальнейшей переработки. Налоги при этом будут взиматься только с готовой конечной продукции, а предприятия на каждом ее переделе будут отчислять средства во внебюджетные фонды.
 
Такой порядок расчетов характерен для толлинга - хозяйственных операций с использованием давальческой продукции. Его сущность заключается в передаче заказчиком  предприятию-исполнителю сырья, материалов, комплектации  и каких-то еще других ресурсов для производства новой продукции без перехода права собственности на готовую продукцию к предприятию-переработчику. При этом исполнитель работ оказывает заказчику услуги по переработке его исходной продукции, затем возвращает ему готовую продукцию или по договоренности с ним передает ее другому предприятию  для дальнейшей переработки или на доработку с целью получения готового конечного продукта. 
 
Договор на основе толлинга выгоден как заказчику, который не тратит при этом средств на создание соответствующих производственных мощностей, так и для предприятий-переработчиков, которые не обременяют себя затратами на  реализацию продукции и выплату соответствующих налогов на промежуточных этапах производства. Выгоден толлинг и для налоговых инспекций с точки зрения сокращения числа плательщиков налогов и тем самым упрощения контроля  за налоговыми выплатами.
 
Таким образом, толлинг с солидарной выплатой налогов в кооперационной цепочке и без оплаты давальческой продукции предприятиями, ее переработчиками, позволит примерно на треть уменьшить сумму денежных средств, необходимых в обороте при производстве готовой продукции. Этот фактор породит заинтересованность товаропроизводителей в формировании стабильных кооперационных цепочек, в частности, для производства импортозамещающей и инновационной продукции. Возможность таких выплат должна быть прописана законодательно и подтверждаться многосторонним договором толлинга всех участников кооперационного производства данной продукции.  
 
В отличие от традиционного толлинга в кооперационное сообщество производства той или иной продукции могут также входить предприятия, выпускающие продукцию исходного, первого, передела. Таковым является минеральное сырье, например, железная руда, из которой выплавляется чугун. В этом случае заказчик, если он не владеет горно-обогатительным комбинатом,  оплачивает полную стоимость исходной продукции, которая становится его собственностью.
 
Могут также входить предприятия, поставляющие для какого-то передела материалы или комплектацию, которые полностью оплачиваются заказчиком и они тоже становятся его давальческой продукцией. В таких случаях, назовем их расширенным толлингом, необходимо законодательно также разрешить оплачивать солидарный налог с готовой продукции после ее последнего передела и реализации. Расширенный толлинг сделает более привлекательным участие в кооперационных соглашениях по производству инновационной, в том числе импортозамещаюшей,  продукции российских и иностранных товаропроизводителей.
 
Еще большее сокращение денежного оборота  в ряде случаев можно обеспечить за счёт толлинга с денежными платежами за добавленную стоимость и солидарной выплатой налогов за конечную продукцию в сочетании с клиринговыми взаимозачётами стоимости части продукции на разных стадиях её переделов.  Все это разрешено п. 5 ст. 154 и ст. 159 Налогового кодекса РФ при условии, что давальческая продукция не реализуется заказчиком.  Стоимость давальческих ресурсов и сумма взаимозачётов составят ту сумму денежных средств, на которую можно уменьшить денежный оборот, если не гонять попусту деньги от заказчика к предприятиям-переработчикам и обратно. Себестоимость производства снижается при этом на сумму прибыли, исключаемой заказчиком из цены своей давальческой продукции, а также за счёт снижения им выплат за кредиты благодаря уменьшению заимствований при использовании клиринговых взаиморасчетов.
 
Рассмотрим упрощенную схему денежного оборота при  освоении гипотетического  нефтяного месторождения. Допустим, в реализации данного проекта участвуют заказчик – нефтяная или газовая компания (НГК), электростанция, трубный завод с полным металлургическим циклом, изготовитель бурового оборудования и сервисная компания.
 
НГК поставляет топливо на электростанцию. Чтобы топливо засчитывали в качестве давальческого сырья, т. е. без его реализации, НГК должна закупать вырабатываемую из него электроэнергию, необходимую для выполнения проекта. Далее она используется для взаимозачётов стоимости продукции на всех этапах её переделов.
 
НГК за  электроэнергию оплачивает только ее добавленную стоимость, которая может быть частично оплачена также и тем же топливом при взаимной коммерческой выгоде сторон. В этом случае себестоимость и оборот при реализации проекта можно снизить дополнительно за счет исключения прибыли, обычно получаемой НГК от продажи топлива. Затем НГК передает электроэнергию в качестве давальческого ресурса всем остальным подрядчикам, исполнителям работ, включая в её цену только себестоимость топлива без обычно начисляемой на него прибыли, что также позволит уменьшить денежный оборот при реализации проекта и его себестоимость соответственно.
 
Передача электроэнергии трубному заводу осуществляется ее взаимозачётом с добавленной  стоимостью какой-то  части металлопродукции  и труб. Остальную часть необходимого объема продукции трубного завода НГК закупает по ее полной стоимости. Вся эта металлопродукция и трубы уже в качестве давальческой продукции НГК отгружаются  изготовителю бурового оборудования  и/или сервисной компании. При этом трубный завод, как участник кооперационного договора по толлингу с солидарной выплатой налогов, осуществляет выплаты только во внебюджетные государственные фонды.
 
Далее аналогично осуществляется товарообмен при приобретении бурового оборудования, которое тоже как собственность НГК направляется сервисной компании. Она за конечный результат – освоение месторождения - тоже получает оплату только  за свою добавленную стоимость оказанных услуг.
 
Оборот средств в предлагаемой схеме взаиморасчётов будет меньше той оборотной суммы, которая требуется при обычных схемах денежных расчётов. При этом соответственно снизится и сумма заимствований, за которую придётся платить меньшую сумму процентов годовых выплат, что позволит уменьшить и себестоимость реализации проекта.
 
Схема денежных и товарных потоков в инвестиционном проекте математически представляет собой сетевой граф, в рамках которого можно решать формализованную задачу, именуемую «поиск кратчайших путей», в нашем случае, денежных потоков.  Под кратчайшим путём в нашем случае понимается  минимизация денежных потоков,  как в отдельных направлениях, так и в обороте в целом. Решая такую задачу, можно одновременно оперативно осуществлять непрерывный контроль над всеми товарно-денежными потоками в рамках проекта, внося при необходимости требуемые коррективы.
 
Кооперационные цепочки, образованные на основе соглашений по расширенному толлингу в сочетании с клиринговыми расчетами, могут оказаться еще более привлекательными и эффективными, если их участников обеспечить кредитным финансированием по низким ставкам, которое осуществлял бы специальный банк, подобный бывшему Промстройбанку СССР. Он осуществлял бы также все расчеты с предприятиями и выплаты консолидированных налогов и контролировал использование средств. Возможно, для этих операций пригоден Внешэкономбанк.
 
Как отмечалось выше, чтобы сделать кредиты доступными и выгодными для реализации стратегически значимых проектов представляется целесообразным ряду отобранных по конкурсу банкам разрешить проводить определенную денежную эмиссию  в рамках запланированного Центробанком размера, но в виде целевых кредитных линий. Так как деньги банкам достанутся  бесплатно, то и кредитные ставки не должны превышать суммы ставки рефинансирования ЦБ, которая должна быть существенно снижена – не выше 0,25% годовых, и нормированных операционных затрат.
 
Пресечение многолетней незаконной эмиссии денег коммерческими банками и передача права на часть денежной эмиссии в виде целевых кредитных линий ряду государственных и коммерческих банков позволит решить проблему кредитования производства инновационной продукции, в том числе импортозамещающей. Такое внебюджетное кредитование позволит  также целиком реализовать государственные программы, ныне финансируемые на бюджетные крохи и потому обреченные на провал, и тем самым разрешить проблему бюджетного дефицита.
 
Рисунок Вячеслава Шилова
 
финансы, налоги

Другие статьи номера «ПВ» 4, июль, август 2014

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100