Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
«ПВ» , 0  -  cодержание номера 

Почему хозяева Северстали и ММК
«заказали» Минпромторгу китайских металлургов?

.
Противоправные ограничения импорта крепежа и металлопроката
чреваты для страны ростом инфляции и усилением экономического кризиса

Моисей Гельман

В мае прошлого года произошло несколько, казалось бы, никак не связанных между собой событий. В середине месяца Минпромторг объявил о начале «специального защитного расследования в отношении импорта машиностроительного крепежа». Сделано это было по заявлению руководителей ОАО «Северсталь-метиз» и ОАО «Магнитогорский метизно-калибровочный завод» - «ММК-Метиз», которые пожаловались правительству будто из-за роста импорта крепежа их металлургической подотрасли нанёсен серьёзный ущерб.

Спустя неделю, 22 мая, Федеральная комиссия США по торговле одобрила начало правительственного расследования по поводу ввозимой в Соединённые Штаты стали. Расследование начали по жалобе семи американских сталелитейных компаний, часть из них принадлежит российским владельцам, на якобы засилье импорта дешевых китайских труб из нержавеющей стали - китайских поставщиков обвинили в демпинге. В ответ власти Китая инициировали антидемпинговое расследование в отношении импорта листопрокатной электротехнической стали из США и России.

Казалось бы, какая могла существовать связь между этими и рядом других расследований, и почему они угрожают нашей стране усилением экономического кризиса?

Обманным путем к доминированию на рынке

Анализ показал, что упомянутые, а также другие, проводимые и проводившиеся у нас по инициативе ряда российских металлургических компаний, расследования, могут свидетельствовать о согласованных действиях по блокированию ввоза китайской металлопродукции в США и Россию (см. «Металлурги просят накрыть импортеров огнем». – «Промышленные ведомости» № 6, июнь 2009 г.). Это спровоцирует её перетекание на европейские рынки и, как следствие, вызовет исход оттуда ряда российских компаний, поставляющих немалое количество металлопродукции в страны Европы, - они не смогут конкурировать с китайскими поставщиками.

Такая специально или случайно реализуемая на рынке биллиардная комбинация, позволяющая ударом кия по одному из шаров от соударения с ним загнать в лузы другие, окажется выгодной двум или трем российским металлургическим компаниям, которые имеют значительные производственные мощности в Европе и США. Совместными ударами с заинтересованными американскими и российскими «коллегами» по китайским импортерам металлопродукции в США и России они постепенно будут избавлены там и от конкуренции своих же российских «коллег». Подробней обо всем этом несколько ниже.

Учитывая экономический кризис, а также опасные пороки Федерального закона «О специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мерах при импорте товаров» (далее Закон), согласно которому проводятся антиимпортные расследования, участие в этих делах некомпетентных чиновников российского Минпромторга может обернуться для нас громадными потерями – дальнейшим спадом производства, в первую очередь, в машиностроении, новым ростом инфляции и безработицы.

Как известно, с началом мирового экономического кризиса спрос на различные виды продукции, включая металлургическую, непрерывно сокращается, поэтому промышленные компании всячески стремятся сохранить прежние и, по возможности, выйти на новые рынки сбыта. В этом заинтересованы и правительства соответствующих стран, где компании зарегистрированы, платят налоги и открывают рабочие места. Для увеличения объёмов продаж их продукции власти прибегают к мерам, ограничивающим сбыт аналогичной импортной.

У нас далеко не всегда это делается, мягко говоря, объективно, чему в немалой степени способствуют как нормы упомянутого выше Закона, так и нередко его грубейшие нарушения, вполне осознанно допускаемые чиновниками. Чтобы убедиться в сказанном, достаточно в качестве наглядного примера проанализировать упомянутое уведомление Минпромторга о начале расследования в отношении так называемого машиностроительного крепежа.

Как ни странно, но Закон игнорирует интересы потребителей, а, следовательно, интересы всей страны. Ведь он регламентирует ограничение импорта той или иной продукции без учета качества аналогичной отечественной, которую хотят защитить от внешней конкуренции. При этом не учитывается также, обеспечивают ли отечественные производители, которые прибегают к государственной защите от зарубежных конкурентов, требуемый внутренний спрос.

В ст. 1 Закона сказано однозначно, что его целью «является защита экономических интересов российских производителей товаров в связи с возросшим импортом, демпинговым импортом или субсидируемым импортом на таможенную территорию Российской Федерации. Закон устанавливает порядок введения и применения специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мер при импорте товаров».

А согласно ст.3 «расследование проводится в целях установления наличия возросшего импорта и обусловленного этим серьезного ущерба отрасли российской экономики или угрозы причинения ей серьезного ущерба».

Однако какие-либо конкретные численные значения, регламентирующие допустимый рост импорта продукции, или критерии, идентифицирующие «серьёзность ущерба» от него, в Законе отсутствуют. Причем, под отраслью в нём понимаются все отечественные производители товара, аналогичного импортируемому. При этом, как отмечалось, ни слова не сказано о необходимости соблюдения интересов потребителей продукции, в том числе её качества, а также удовлетворения потребительского спроса по номенклатуре и объемам.

Уже по этим причинам Закон, допускающий ограничение импорта продукции без конкретных объективных критериев и только в интересах ее российских производителей, провоцирует монополизм, недобровестную конкуренцию и злоупотребление монополистами своим доминирующим положением на рынке, рост цен и дефицита предложения, сохранение неэффективных технологий и выпуск некачественной продукции, а также сговор чиновников с бизнесом и, как следствие, коррупцию.

Так что Закон в принципе противоречит ФЗ «О защите конкуренции». Но не только. Его приняли в нарушение Конституции России, где в ст. 34 сказано, что «не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию».

Все провоцируемые Законом нарушения закреплены его статьей 7. В ней, в частности, говорится о необходимости оценки «изменения объёма продажи непосредственно конкурирующего товара, производимого в РФ на российском рынке», но также ничего не сказано об обязательности учёта при этом его качества, удовлетворения потребительского спроса и конкурентоспособности. А в случае снижения у заявителей объёма продаж не требуется учитывать причины, почему это произошло: из-за низкой конкурентоспособности продукции, закрытия мощностей или по иным обстоятельствам.

К примеру, на Череповецком заводе, входящем в группу «Северсталь-метиз», которая инициировала упомянутое защитное расследование в отношении импорта крепежа, демонтировали оборудование, на котором его изготавливали, и переводят производство на Орловский завод этой же группы. В результате выпуск и объём продаж этих изделий сократились. Однако в качестве причины сокращения производства руководители группы указали якобы вредное влияние импорта.

Через таможни проходит громадная номенклатура продукции, и отслеживать там, допустим, импорт швейных иголок по их размерам – занятие бессмысленное и невозможное. Поэтому все однородные по функциональному назначению товары и виды продукции объединены в крупные группы с указанием минимума общих идентифицирующих их признаков, а группам присвоены соответствующие коды товарной номенклатуры внешнеэкономической деятельности – ТН ВЭД России.

Учитывая это обстоятельство, в Законе требуется (п. 4 ст. 25), чтобы расследования проводились в отношении импортных товаров только согласно ТН ВЭД, соответствующие коды которых обязательно указываются в сопроводительных таможенных документах. Однако в качестве объектов расследования в заявлении жалобщиков и уведомлении Минпромторга были указаны болты с различными видами головок с диаметром наружной резьбы от 6 до 30 мм, а также соответствующие гайки и одновитковые пружинные шайбы. Но эти признаки идентификации в ТН ВЭД и сопроводительных таможенных документах отсутствуют.

Конечно же, таможенники не станут проверять, какие поступили болты: с шестигранной головкой или полукруглой, с усом или без уса, с квадратным подголовником или без оного. Все эти отличия были перечислены в уведомлении Минпромторга в качестве обязательных признаков идентификации объектов расследования, а затем внесены в проект правительственного постановления о введении на них специальной пошлины в дополнение к существующей ввозной.

Но таможенники должны руководствоваться только упомянутыми кодами, согласно которым различные болты образуют три группы, куда входят и различные винты, причём без указания диаметра резьбы, и различаемые только по прочности на растяжение. Все гайки разделены на две группы – с резьбой до 12 и свыше 12 мм, а все без исключения шайбы образуют одну группу вообще без каких-либо идентификационных отличий.

Было совершенно очевидно, что таможенники не смогут контролировать по техническим характеристикам заявленные объекты расследования, против которых должны быть введены защитные таможенные ограничения – квоты и повышенная ввозная пошлина. Если же их контролировать по кодам ТН ВЭД, то под ограничения подпадет абсолютно вся номенклатура крепёжных изделий, изготавливаемых в стране.

В частности, у «Северсталь-метиз» вместо 12 типов болтов, гаек и шайб, заявленных для защиты от конкуренции, будет избавлен от нее крепеж 20 наименований, то есть вся производимая компанией номенклатура, а на «ММК-Метиз» вместо 15 - крепеж 41 наименования (сведения о производимой номенклатуре приведены на Интернет-сайтах компаний). Уже только по этой причине, возникшей из-за нарушения п. 4 ст. 25 Закона, Минпромторг вообще не имел права начинать расследование. Но начал.

Замечу, с упомянутой выше статьей вскоре после ее публикации я предложил для ликбеза ознакомиться заместителю директора департамента госрегулирования внешнеторговой деятельности Минпромторга Алексею Дьяченко. Именно ему поручили возглавить расследование.

Начав его, этот чиновник наплевал не только на соответствующие российские законы и подзаконные акты, но и на международные обязательства России, касающиеся соблюдения единства товарной номенклатуры во внешней торговле. К тому же «расследователи» под его началом прибегли к лукавой подмене сведений.

Расследование или сговор?

«Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз» уже однажды жаловались, что им якобы мешают импортёры крепежа. По их заявлению в августе 2005 г. было начато антидемпинговое расследование в отношении почему-то только предприятий Украины, поставляющих болты и гайки. Проводило его тогда Министерство экономического развития и торговли, сотрудники которого под руководством все того же Алексея Дьяченко допустили аналогичное нарушение Закона. При этом чиновники МЭРТа пошли на поводу у жалобщиков ещё дальше.

В качестве объектов расследования были указаны крепежные изделия, изготавливаемые способом холодной или горячей штамповки. Затем все это перекочевало в правительственное постановление от 10 апреля 2007 г. На упомянутые изделия украинского происхождения на 5 лет установили ввозную пошлину в размере 21,8% от их «таможенной» стоимости вместо нулевой ставки, принятой для стран СНГ. В результате импорт украинских болтов и гаек резко сократился, а их заменил крепёж из Китая.

Любопытно, как на таможне контролируют технологические способы изготовления остатков украинского импорта крепёжных изделий, для которых введена повышенная таможенная пошлина? Ведь эти сведения отсутствуют в сопроводительных документах, и подобного таможенного контроля нет нигде в мире. Чиновники МЭРТа при том расследовании обманули правительство еще и по показателям производства заявителей, грубо исказив их, о чем говорится ниже.

Теперь правительство аналогичным образом, как следует из документов недавно завершенного расследования, собираются обмануть во второй раз. Причем чиновники Минпромторга под руководством все того же Дьяченко уже в самом начале нынешнего расследования допустили ещё ряд нарушений Закона.

Понятие «машиностроительный крепёж», которым жалобщики и расследователи из Минпромторга обозначили болты и гайки с шайбами, - словосочетание некорректное и неопределенное, и его использовали, чтобы еще больше запутать расследование. Ведь одни и те же виды болтовых соединений используются и в машиностроении, и в строительстве, и в мебели, и в конструкциях радиоэлектронных устройств, и для бытовых нужд. Поэтому в российских и международных нормативных документах понятия «машиностроительный» или, допустим, «строительный крепёж», характеризующие сферу его использования, отсутствуют, а стандартным ввиду универсальности применения болтов с гайками и шайбами является термин «изделия крепёжные».

У нас при этом различают еще крепёж общего назначения и отдельно по применимости только железнодорожный крепёж, в номенклатуру которого входят костыли для крепления колеи, противоугоны и специальные болты с гайками. Оговорка в уведомлении Минпромторга, что «объектом расследования не является машиностроительный крепеж, предназначенный для моторных транспортных средств, крепления узлов и деталей моторных транспортных средств», абсурдна, так как не соответствует ТН ВЭД. Ну, кто станет проверять, как используется в дальнейшем «машиностроительный крепёж» - в производстве моторных транспортных средств, если даже на это будет указано в сопроводительных документах, или, допустим, для крепления дачных заборов?

Законом предписано (п.12 ст. 25), что «орган, проводящий расследование, до принятия решения о его начале в течение 30 дней со дня регистрации заявления изучает достаточность и точность содержащихся в нем доказательств и сведений. Срок может быть продлен до 60 дней».

Согласно нормам той же статьи 25 для расследования необходимо, чтобы заявители производили более половины общероссийского объёма продукции, которую они хотят защитить от конкуренции с импортной, а каждый из них – не менее 25%. Кроме этих данных в заявлении требуется указать также объёмы производства, выручку и ряд других сведений. При их недостоверности согласно п.10 ст.25 заявление должно быть отклонено.

В уведомлении Минпромторга со ссылкой на данные заявителей утверждается, что с 2006-го по 2008 г. на их долю якобы приходилось в среднем 70% от общероссийского объёма производства крепежа - предмета расследования. Использование сведений заявителей в качестве исходных для расследования означает, что они, как это положено по Закону, еще до начала расследования были в министерстве тщательно проверены и признаны достоверными. Ведь в противном, окажись эти данные фальсифицированными, чиновников, проводивших расследование, можно обвинить в подлоге. Но в любом случае необоснованные противозаконные расследования вызывают дестабилизацию рынков и многие другие неприятности.

Увы, годовые отчёты заявителей и сведения, приведённые в журнале «Метизы», существенно противоречат содержимому министерского уведомления (см. таблицу).

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Российский рынок крепежных изделий  в 2003 - 2008 годах
(без железнодорожного крепежа)
                                                                                                   

 
2003 г.
2004 г.
2005 г.
2006 г.
2007 г.
2008 г.
Объем производства
в России, т
 
160612
158681
158208
181319
165559
170954
Суммарный объем производства
 ММК-Метиз и Северсталь-метиз, т
 
47711
40801
45848
59445
58478
56055
Доля в общероссийком производстве
 ММК-Метиз и Северсталь-метиз
29,71%
25,71%
28,98%
32,78%
35,32%
32,79%
 
Производство ММК-Метиз, т
 
26111
19901
22384
30262
34919
35811
 
Производство Северсталь-метиз, т
 
21600
20900
23464
29183
23559
20244
Импортировано, т
 
 
 
 
 68287
 123196
 105721
Реализовано на рынке, т
 
 
 
 
 230424
 274717
 258635

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Среднегодовая доля «ММК-Метиз» и «Северсталь-метиз» в 2006-2008 годах суммарно составляла, на самом деле, лишь 33,58% от общего производства в стране соответствующих болтов, гаек и шайб, а доля каждой из компаний была намного меньше 25%, в чем нетрудно убедиться, если выполнить несколько простых арифметических операций с данными, приведенными в таблице. Уже лишь это несоответствие требованиям Закона не позволяло даже начать расследование.

Согласно уведомлению министерства суммарный объём производства расследуемого крепежа с 2006-го по 2008 г. у заявителей якобы сократился на 13,9% (какая поразительная точность!). Но это утверждение безграмотное, так как не указан базовый отрезок времени для сравнения. Согласно Закону необходимо сравнивать показатели за последние три года с трёхлетним предшествовавшим периодом. Если заглянуть в приведенную таблицу, то, проведя несложные арифметические операции, можно убедиться в обратном: суммарный объём производства у заявителей в сравниваемые по Закону трехлетние периоды вопреки утверждению расследователей не сократился на 13,9%, а возрос на 29,5%, то есть почти на треть.

Неверны также сведения о соотношении объёмов производства заявителей и импорта, причём, такое сопоставление некорректно, да и по Закону не требуется.
Не вызывают доверия и приведенные в министерском уведомлении сведения об увеличении производственных мощностей у заявителей с 2006-го по 2008 г. на 36,25% при снижении их загрузки на 18%. При таких показателях объём производства в 2008 г. должен был возрасти в сравнении с 2006 г. на 18,2%. Однако, если заглянуть в ту же приведённую в статье таблицу, то окажется, что суммарный объём производства расследуемого крепежа у заявителей снизился с 59445 т в 2006-м до 56055 т в 2008 г. или на 5,7%

Совершенно очевидно, что сотрудники департамента госрегулирования внешнеторговой деятельности Минпромторга вопреки требованиям Закона не проверили предварительно достоверность представленных заявителями сведений, и даже не прочли их внимательно, незаконно начав расследование. Объяснить это можно либо явным пренебрежением служебными обязанностями, либо сговором с заявителями в коммерческих интересах последних, либо некомпетентностью в вопросах производства и права. Но в любом случае можно говорить о нарушении законодательства и, в том числе, нецелевом использовании немалых бюджетных средств, потраченных на незаконное расследование. Все эти деяния подпадают под соответствующие статьи Уголовного кодекса Российской Федерации.

Подобное, как отмечалось, произошло и при первом антидемпинговом расследовании МЭРТом импорта украинских болтов и гаек, о котором упоминалось выше. Чиновники МЭРТа в своем докладе о результатах расследования тогда без всякого стеснения указали, что исходили лишь из данных, представленных теми же заявителями – «Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз». Правда, сами эти данные в докладе почему-то отсутствовали. Видимо, они «конфиденциальны», так как имелись причины их скрывать. Но была указана суммарная относительная доля заявителей в общем объёме производства этого крепежа в стране за 2002, 2003, 2004 год и 1 полугодие 2005 г. - соответственно 87, 86, 82 и 98%.

Однако согласно отчётности самих заявителей и сведениям, опубликованным в журнале «Метизы» (см. таблицу), картина была совсем иной. Доля заявителей в 2002, 2003 и 2004 годах в производстве крепежа в России была намного меньше и составляла 24,6%, 24,3% и 21,9% соответственно, а среднегодовая доля была равна 23,6%, но в отчёте записано 85,7%. Что касается 2005 г., то эта доля в действительности составила 24,1%, что никак не может соответствовать значению 98% (!) за 1 полугодие, указанному в отчёте МЭРТа.
Не проверив достоверности представленных сведений, в бывшем МЭРТе также не имели права начинать расследование в отношении импорта крепежа по первому заявлению «Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз».

Очевидно, антидемпинговые меры, принятые по фальсифицированным результатам предыдущего расследования, следует срочно отменить, так как украинских поставщиков крепежа заставили необоснованно платить большую, чем установлена для прочих импортеров, ввозную пошлину. Замечу, по оценкам, ввозимый в Россию украинский крепеж примерно на 90% изготавливается из российской стали. Снижение конкурентоспособности из-за увеличения ввозной пошлины привело к сокращению его производства и, соответственно, к снижению закупок российской стали. Уверен, никто не подсчитывал убытки для страны от выполненного заказа.

Ныне проведенное расследование завершилось в конце апреля этого года разработкой проекта правительственного постановления, почти полностью повторяющего требования тех же жалобщиков-заявителей. При этом суммарная ввозная пошлина на украинский крепеж может возрасти еще больше. Получается, что чиновники, уже однажды обманув правительство в интересах упомянутых компаний, теперь ввиду безнаказанности делают это вторично.

В проекте правительственного постановления предлагается «установить сроком на три года специальную пошлину в размере 11,6%, но не менее 282,4 долл. за тонну в отношении машиностроительного крепежа, ввозимого на таможенную территорию Российской Федерации». При этом лукаво умалчивается, что предлагаемая пошлина будет введена в дополнение к существующей ввозной, равной 15%, а это приведет к увеличению цен на импортный крепеж, по оценкам, примерно на 40%. Кроме того, в проекте постановления правительству предлагается вновь нарушить действующее законодательство, и, как отмечалось, ввести спецпошлину на крепеж не в соответствии с кодами ТН ВЭД, а на болты, гайки и шайбы с вполне определенными характеристиками.
Видимо, чиновники, ведающие госрегулированием внешней торговли, имеют превратные представления о технологии пропуска экспортных товаров через таможенную границу. Об этом свидетельствует еще один пункт бесконтрольно состряпанного ими проекта правительственного постановления: «Действие специальной пошлины не распространяется на ввоз машиностроительного крепежа, предназначенного для моторных транспортных средств, для крепления их узлов и деталей, при условии подтверждения целевого назначения указанного товара специальной документацией (конструкторские чертежи или иная техническая документация)».

Выше отмечалось, никто на таможне не станет проверять, как используется в дальнейшем ввозимый «машиностроительный крепёж» - в производстве моторных транспортных средств, даже если об этом будет указано в сопроводительных документах, или, допустим, для крепления дачных заборов. И уж, конечно же, никто не будет проверять соответствие болтов и гаек с шайбами их конструкторским чертежам или иной техдокументации.

Подобная «директива» может вызвать лишь недоумение. Впрочем, как и заключительный пункт проекта правительственного постановления, в котором федеральной таможенной службе предписано обеспечить взимание специальной пошлины на упомянутый крепеж, «руководствуясь как кодами ТН ВЭД ТС, так и наименованием товара». Любопытно, как это можно сделать, исходя из противоречивых признаков идентификации, причем одни из которых противоречат таможенному законодательству?

Вот что сказал по поводу происходящего координатор совета Ассоциации «Росметиз» Александр Семенов, бывший главный инженер Московского метизного завода, авторитетный специалист в этой области производства:

«Если правительство согласится с предложениями Минпромторга, то российская экономика может понести серьезные убытки. Ведь многие отрасли России, такие как машиностроение, строительство, приборостроение, автомобилестроение, газовая и нефтяная промышленность, предприятия по производству автокомпонентов, бытовой техники и другие используют в своем производстве крепежные изделия, поставляемые по импорту, так как отечественных не хватает.

Российские предприятия были бы рады использовать качественный российский крепеж, но его просто нет. Крепежные изделия, которые выпускают «Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз», не выдерживают критики ни по качеству, ни по ассортименту, ни по цене. Оборудование и технология производства метрического крепежа на этих предприятиях настолько устарели, что никакие меры против импорта их не спасут. Эти предприятия подвели Россию, а теперь ради сохранения своей прибыли вместо того, чтобы наладить производство классного крепежа, просят правительство избавить их от конкурентов. Поэтому «Росметиз» будет защищать интересы российских потребителей метизов. Только так могут быть созданы условия для дальнейшего развития отрасли».

Сказанное Александром Семеновым подтверждается как динамикой внутреннего спроса крепежа общего назначения и его импорта (см. табл.), так и результатами проверки качества крепежных изделий, изготовленных инициаторами расследования. Проверку заказала Ассоциация «Росметиз», отобрав на складах оптовых продавцов партии болтов и гаек – по четыре типоразмера «Северсталь-метиз», а также четыре типоразмера болтов и один - гайки производства «ММК-Метиз». В совокупности они составляют примерно 80% сбыта крепежной продукции этих предприятий.

Испытания проводили порознь две аккредитованные лаборатории. Результаты таковы: требованиям стандартов соответствовали только по одному типоразмеру гайки и болта, изготовленных на «Северсталь-метиз», а все прочие изделия 11 типоразмеров оказались бракованными.

В настоящее время большинство российских предприятий изготавливает крепежные изделия по устаревшим ГОСТам, которые потеряли гармонизацию с соответствующими стандартами ISO и DIN по техническим требованиям. Однако при расследовании чиновники Минпромторга не удосужились проанализировать качество крепежа, поступающего по импорту, а также возможности и последствия для экономики его замены российским. Причем, руководивший расследованием Алексей Дьяченко, которому официально передали результаты упомянутой проверки качества партии крепежной продукции «Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз», пренебрег ими. А без сравнительного анализа качества невозможно было сравнить конкурирующие изделия и сделать объективные выводы.

Неудовлетворённость внутреннего спроса по качеству, номенклатуре и количеству российских крепёжных изделий, а также высокие цены вынуждают некоторых потребителей создавать собственное производство нужных им болтов, гаек и шайб. Так, в 2008 году омское НПО «Мостовик» совместно с крупной китайской компанией открыло в провинции Шаньдун в КНР производство высокопрочных крепёжных изделий 20 наименований по новым технологиям. Годовая производительность завода составляет 20 тысяч тонн, и этот объём предназначен в основном для нужд самого «Мостовика».

Если защитное расследование Минпрпомторга в отношении импорта крепежа завершится значительным повышением суммарной таможенной пошлины, оно распространится и на изделия, которые «Мостовик» производит на своём заводе в Китае и импортирует в Россию для объектов, которые строит. За что же наказывать предприятие, учитывая, что ни «Северсталь-метиз», ни «ММК-Метиз» не удовлетворяют его нужды?

Следует заметить, что расследование проводилось также с грубыми нарушениями регламента, прописанного в Законе. Так, его организаторы не допустили к участию в публичных слушаниях многих потребителей крепежных изделий, в частности, представителей упомянутого НПО «Мостовик», а также журналистов. Не допустили и автора этих строк, не допустили даже в качестве частного лица – потребителя крепежа для хозяйственных нужд.

Зато на публичных слушаниях присутствовали представители почти всех производителей крепежных изделий, страстно желающих без всяких усилий и в ущерб отечественным потребителям получить больше прибыли. Но их продукция не может, как отмечалось, заменить импортную ни по ассортименту, ни по цене и качеству, ни по объемам спроса. Ведь в стране не производится примерно 70% номенклатуры потребляемого крепежа.

Все доказательства недопустимости расследования ввиду недостоверности исходных данных были представлены участником публичных слушаний Ассоциацией «Росметиз» руководителю расследования Алексею Дьяченко. Однако на них вопреки регламенту получены бездоказательные отписки, а приведенные аргументы проигнорированы, о чем свидетельствует подготовленный Департаментом госрегулирования внешнеторговой деятельности Минпромторга безграмотный и опасный для экономики проект правительственного постановления.

В чьих интересах начата война на металлургических рынках?

Спрашивается, почему же было инициировано и незаконно проведено расследование в отношении импорта крепежа? Ведь помимо недостоверности представленных данных об объёмах производства у заявителей, его доля в производстве всей продукции и выручке этих компаний весьма мала. Даже у более успешной компании «ММК-Метиз», доля всей метизной продукции которой в 2007-м и 2008 г. согласно отчётности составляла 31% её общероссийского объёма, крепеж общего назначения в объеме продукции компании не превышал 4,7 и 5,4%, а в выручке – 7 и 8% при средней рентабельности производства 6 и 3% соответственно. Значения аналогичных показателей «Северсталь-метиз» были еще меньше.

В итоге обе компании могут обеспечить отечественных потребителей крепежными изделиями в объеме не более 10% от потребляемого в стране. Так что крепеж ну никак не мог быть причиной для незаконной жалобы на импортеров, мешающих хорошим «танцорам». Тогда для чего же и в чьих интересах все это затеяно, если учитывать, что упомянутые выше расследования были не единственными?

В декабре 2008 года Минпромторг завершил расследование импорта нержавеющих труб с внешним диаметром до 426 мм и рекомендовал правительству увеличить почему-то пошлину только на трубы, ввозимые из Китая и Бразилии до 28%, хотя цены на отечественные трубы значительно превышают по стоимости импортные. Тут никакие пошлины не помогут, а строительство трубопроводов все дорожает.

Ещё одно расследование начато в марте 2009 года, на сей раз - в отношении импорта проката, содержащего никель, которое продлено до конца июня этого года. И вновь среди виноватых в том, что их продукция вследствие более низкой себестоимости объективно дешевле аналогичной российской примерно на 50-60%, оказались поставщики из Китая.

С весны 2008 г. проводилось антидемпинговое расследование в отношении металлопроката с полимерным покрытием. И в этом случае виноватыми также оказались китайские поставщики, продукция которых в 2007 г. была примерно на 50% дешевле российской. А в числе жалобщиков значились все те же «Северсталь» и «Магнитогорский металлургический комбинат». Минпромторгу потребовалось почти три года, чтобы «оценить», какую долю на этом рынке занимают российские производители. Оказалось, 77%, после чего расследование прекратили. Любопытный факт: торговая «дочка» «Северстали» закупала металлопрокат с полимерным покрытием… в Китае - так было выгодней.

По результатам антидемпингового расследования в отношении подшипниковых труб, производимых в КНР и ввозимых на таможенную территорию Российской Федерации, недавно ввели на три года антидемпинговую пошлину в размере 19,4% от таможенной стоимости для всех китайских производителей - экспортеров таких труб.

Вполне возможно, Минпромторг проводит ещё какие-то расследования в отношении импорта металлопродукции, но не вся информация о них оказывается публично доступной. На Интернет-сайте министерства есть специальная страница, посвящённая этим вопросам, однако часть уведомлений на ней почему-то отсутствует, в том числе длительное время отсутствовала информация о проводившемся расследовании импорта крепежа. Зато можно было прочесть победную реляцию о повышении ввозной пошлины… на ложки! Любопытно, существует ли документ, ограничивающий перечень продукции, на импорт которой разрешено вводить заградительные меры? Ведь без такого списка можно дойти до полного абсурда.

Отсутствуют на сайте и многие приказы министерства о проведении расследований. Хотя по другим вопросам все приказы «вывешены». Может быть, делается это специально, чтобы скрыть расследования от противников? Ведь ими являются, в первую очередь, потребители. А по Закону согласно ст. 37 их интересы, а, следовательно, интересы страны, может защитить только Правительство России.

Логика тех, кто разрабатывал и принимал этот законодательный акт, вызывает, мягко говоря, недоумение. Спрашивается, для чего нужно не менее года проводить расследование, результаты которого Законом почти всегда предопределены в пользу жалобщика, и тратить на это немалые бюджетные средства? Ведь решения по результатам расследования по Закону принимает Правительство РФ, на что отводится всего 14 дней. Причем, принимает совсем по другому вопросу: понесут ли ущерб потребители и экономика страны от введения мер, ограничивающих импорт той или иной продукции.

А для этого требуются совсем иные исследования, которые за отводимые Законом 14 дней не провести. Это анализ потребительского спроса и его удовлетворения отечественными производителями, сравнение качественных характеристик и выявление причин неконкурентоспособности отечественной продукции по сравнению с аналогичной импортной, анализ причин спада производства, и многое другое. Отсутствие этих норм в Законе делает его не столько бессмысленным, сколько опасным для экономики страны. Зачем же принимали такой, с позволения сказать, законодательный акт?

Расследование, которое ведётся по показателям трёх лет, предшествовавших подаче заявления, может тянуться не один год. Ведь проверяющим чиновникам выгодно получать зарплату, имитируя бурную деятельность, за результаты которой они не несут никакой ответственности. Тем более, что Законом это допускается.

Однако при введении после расследования меры, ограничивающей импорт, ситуация к этому времени может в корне измениться, и будет получен результат, противоречащий интересам самих жалобщиков. К примеру, при введении в 2007 г. антидемпинговой меры в отношении украинских болтов и гаек заявители «Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз» так и не смогли захватить освободившуюся нишу. Её тут же заняли китайские поставщики более качественной и дешёвой продукции, после чего импорт крепежных изделий за 2007 год возрос до 123,2 тысяч т или в 1,8 раза по сравнению с предыдущим годом, а доля Китая в нём превысила половину.

Еще пример – тот же «ММК-Метиз», производство крепежа на котором сократилось с 35,8 тысячи тонн в 2008 году, учтенном при расследовании, до 12,3 тысячи в 2009-м, то есть почти в 2,9 раза. Создается впечатление, что во многих металлургических компаниях аналитическими исследованиями и прогнозированием собственной деятельности не озабочены, что подтверждается их непродуманными демаршами.

Расследования Минпромторгом импорта крепежа и металлопроката из Китая уже вызвали и вызовут еще, надо полагать, ответные реакции. Ведь продолжающийся экономический кризис, которому на самом деле конца не видно, вынуждает многие страны из-за снижения потребительского спроса на их внутренних рынках ограничивать ввоз чужой продукции для поддержания бюджетных доходов. Такая политика активно проводится сейчас и в Китае, куда в 2007 г. российские компании поставили более 1 млн. т металлопродукции.

Недавно китайское правительство объявило о введении антидемпинговой пошлины на ввозимую из США и России электротехническую сталь. Размер пошлины для компаний будет различным, максимальная её величина составит 64,8%. Размер пошлины почти для всех поставщиков из США будет максимальным. Новолипецкий металлургический комбинат и компания «ВИЗ-Сталь» будут платить пошлину в размере 6,5%, для остальных российских поставщиков она составит 24%.

Это была ответная мера Китая, вызванная решением министерства торговли США ввести антидемпинговые пошлины на китайскую сталепрокатную продукцию в размере 99%. Как отмечалось выше, соответствующее расследование в Соединенных Штатах проведено по жалобе семи американских сталелитейных компаний, часть из них принадлежит российским владельцам, в числе которых значится «Северсталь».

Китайский представитель, участник публичных слушаний в Минпромторге по антиимпортному расследованию крепежа, официально заявил, что если Россия введет дополнительно спецпошлину на ввозимые болты и гайки с шайбами, то Китай в ответ примет аналогичные решения в отношении импорта российской металлопродукции. В конце декабря прошлого года в Китае уже введена временная антидемпинговая пошлина в размере до 24,6% на крепеж, поставляемый из стран ЕС для автосборочных предприятий европейских производителей.

Сделано это в ответ на введение Евросоюзом заградительной пошлины на импорт китайского крепежа. Если ее не отменят, антидемпинговая пошлина в Китае станет постоянной. Причем, китайские изготовители крепежных изделий заявили, что смогут обеспечить национальный автопром нужным крепежом. Так что предупреждение китайского представителя в отношении российского импорта металлопродукции - не пустая угроза.

В частности, размер пошлины для электротехнической стали Новолипецкого металлургического комбината и компании «ВИЗ-Сталь», крупнейших ее производителей в России и поставщиков в Китай, может быть увеличен до максимума в 64,8%, что приведет к снижению спроса на нее. Учитывая объемы ее поставок в Китай, введение спецпошлины на импортируемый в Россию крепеж приведет к существенному уменьшению суммы налогов, поступающих в российский бюджет. По всей видимости, в Минпромторге над системными последствиями никто не задумывался.

О том, что Минпромторг явно не справляется с задачами госрегулирования внешнеторговой деятельности отечественных предприятий, свидетельствуют и другие факты. Правительство Индии планирует увеличить до 25% ввозную пошлину на импорт горячего проката из 15 стран, включая Россию. Кроме того, предлагается установить дополнительно заградительные пошлины на импорт всех видов горячего проката (стальных рулонов, листов и полос), поставляемого в Индию по ценам менее чем $600 за тонну. Поводом для такого решения послужило то, что в апреле 2009 года российские горячекатаные рулоны поставлялись в Индию по ценам $400-420 за тонну, тогда как внутренние цены составляли $500-535. Прежде на подобные вещи обращали мало внимания.

Разница в 100 и более долларов – это та дотация, которую российские импортёры получают от российских налогоплательщиков в рублёвом исчислении. Часть её образуется за счёт существенного превышения курса обмена рубля и доллара по отношению к паритету их покупательной способности. Последнее международное сличение по ВВП, проведённое в 2005 г., показало, что паритет составлял 12,74 рубля к доллару при среднегодовом курсе 28,28 рубля за доллар, а в 2009 г. – около 30 рублей.

Вторая составляющая дотации образуется за счёт относительно низких цен на внутреннем рынке на многие ресурсы, используемые для производства экспортной продукции. Эти ресурсы, более дешевые, чем за рубежом, например, газ, экспортируются в составе готовой продукции, создавая при этом дополнительную прибыль.

Последнее обстоятельство является одним из препятствий для вступления России в ВТО. Хотя вопрос решается просто: цены на ресурсы, используемые для изготовления экспортной продукции, должны при налогообложении приниматься равными соответствующим зарубежным ценам в пересчёте по валютному курсу, а на внутреннем рынке цены сохраняются прежними. Чтобы избежать обмана, экспортёры должны будут для возврата НДС представлять счета-фактуры о приобретённых ресурсах.

Дотационная «поддержка» экспорта, позволяющая Минфину накачивать бюджет инфляционными рублями, грозит обернуться массовыми расследованиями против субсидируемой российской продукции, поставляемой в другие страны. В 2007 г. из общего объёма произведённой стали в размере около 72 млн. т свыше 31 млн. было экспортировано в виде металла и металлопродукции. Трудно сказать какая часть экспорта будет заблокирована – в Минпромторге исследованиями внутреннего и внешнего рынка не занимаются, а проводят «расследования по заявкам», которые обычно исполняются.

Вместе с тем, как отмечалось, санкции против китайской металлопродукции в США и России могут привести к её перетокам на рынки стран Европы, где она начнёт вытеснять неконкурентную продукцию российских металлургических компаний. В результате многие из них вынуждены будут в той или иной мере свернуть производство в России, и для поддержания рентабельности увеличить цены. Рост цен, в свою очередь, может привести к определённому сворачиванию производства на многих потребляющих металлопродукцию предприятиях российской экономики, что в итоге усугубит кризис.

А как повлияет на усиление кризиса увеличение суммарной ввозной пошлины на крепеж, рекомендованное Минпромторгом? Потребляемая в стране номенклатура крепежа общего применения составляет, по экспертным оценкам, около 3 тысяч видов, включающих примерно 80 тысяч типоразмеров. Производят же у нас не более 200 видов или порядка 20 тысяч типоразмеров, остальные ввозят из-за рубежа.

Крупные предприятия потребляют обширную номенклатуру болтов, гаек и шайб, например, ВАЗ использует около 3 тысяч типоразмеров крепежа различного вида. Каждый из заводов, его изготавливающих, и у нас и за рубежом, из чисто экономических соображений специализируется на производстве ограниченной номенклатуры. Как отмечалось выше, «Северсталь-метиз» и «ММК-Метиз», которые инициировали обсуждаемое расследование, производят всего 12 и 41 видов соответственно, причем далеко не все их типоразмеры.

Конечно, потребители не станут бегать в поисках отдельно каждого вида или типоразмера, а многим, особенно мелким предприятиям, требуется различная номенклатура болтов с гайками и шайбами, но в относительно небольших количествах каждого из видов. Поэтому рынок метизов вообще и крепежных изделий, в частности, во всём мире держится на трейдерах. Они на своих складах накапливают громадные количества типоразмеров, распродавая их крупными и мелкими оптовыми партиями в запрашиваемых комплектах. По имеющимся у меня неофициальным сведениям, российские трейдеры концентрируют у себя по 10 -15 тысяч типоразмеров. Так что иметь дело с крупным оптовым посредником удобно не только потребителям, но продавцам, в том числе зарубежным.

Меры по ограничению импорта крепежа предлагается предпринять, как отмечалось, в отношении всех его видов. В дополнение к ввозной пошлине, равной 15%, Минпромторг предлагает ввести еще специальную пошлину в 11,6% (почему не 11,7?). Причём, взиматься она будет, исходя не из цен контрактов, как сегодня, по которым осуществляется поставка, а из таможенной цены, некой среднепотолочной на рынке, превышающей цены импортёров. Все это приведёт к существенному удорожанию ввозимых болтов и гаек с шайбами, по оценкам специалистов, не менее чем в 1,4 раза.

В результате трейдеры лишатся прибыли с большей части своей выручки, и многие из них вынуждены будут закрыть бизнес, после чего рынок крепёжных изделий исчезнет. Начнут тогда останавливаться и различные сборочные производства, где требуемая номенклатура крепежных изделий во многом обеспечивается за счет их импорта. Замечу, за счет более дешевого импортного крепежа трейдеры, комплектуя его по заказам с отечественным, в крупных продаваемых партиях могут делать немалые скидки. Такая выгодная возможность для потребителя тоже исчезнет.

Так как при таком развитии событий внутри страны существенно снизится спрос на крепежные изделия, то может свернуться их производство и на предприятиях жалобщиков. Спрашивается, затеяно все это по дурости и некомпетентности, или кое-кто «пешкой» жертвует осознано, ради некоего стратегического выигрыша? Кто же в таком случае и что сможет выиграть?

В выигрыше, возможно, окажутся несколько металлургических компаний, имеющих значительные производственные мощности за рубежом. Самыми большими зарубежными активами владеет группа «Северсталь», треть металлургических мощностей которой находится за пределами России. В 2007 году предприятия группы выпустили более 17,5 млн. т стали. Выручка за 2008 год по МСФО составила $22,39 млрд., чистая прибыль — $2,034 млрд.

В Соединённых Штатах на начало 2009 года её сегмент «Северсталь Северная Америка» охватывал 14 предприятий, из которых - 9 дочерних, полностью принадлежащих группе. По объёмам производства сегмент в 2008 году занимал 4 место в США с оборотом в 5,319 млрд. долларов. Было выплавлено 5,1 млн. т стали, из которой изготовили 4,4 млн. т проката при общих объемах их производства в США 91,4 и 78,7 млн. т соответственно. Но из-за снижения спроса на продукцию и нерентабельности некоторых вновь приобретённых предприятий год оказался убыточным.

Другой сегмент – Луккини включает 29 предприятий, расположенных во многих странах Европы, среди них несколько компаний-трейдеров. Сегмент рентабелен, его выручка в 2008 году составила 3,97 млрд. долларов.

Если начнется вытеснение российских экспортеров металлопродукции из США и стран Европы, то вполне вероятно их во многом заместят расположенные там предприятия «Северстали». При этом им можно будет использовать также сырье и полуфабрикаты, производимые на российских предприятиях группы, которым не грозят таможенные санкции.

В 2007 г. предприятия «Северстали», находящиеся в России, произвели 11867 тысяч т стали, а из неё выработали 10702 тысячи т проката и металлоизделий, или 16 и 18% соответствующих общероссийских объёмов. Из этого объема было экспортировано 2540 тысяч т металлопродукции, в том числе в Европу - 1432 тысячи, а в Китай – всего 2 тысячи т, или 13 и 0,02% от произведённого количества соответственно (данные корпорации «Чермет»). Выручка составила почти 186,7 млрд. рублей, прибыль – 57,17 млрд. рублей или 30,6%, а доля в отрасли - 10 и 20% соответственно.

Можно также предположить, что сокращение спроса на малодоходный отечественный крепеж позволит инициаторам антиимпортного расследования свернуть у себя его производство на «законных» рыночных основаниях. Свернуть без скандалов. А на освободившихся площадях начать производство более доходного металлопрокакта.

Конечно же, я весьма далёк от мысли, что владелец группы «Северсталь» и её генеральный директор Алексей Мордашов, которому принадлежат или подконтрольны свыше 82% её активов, заранее, да еще в сговоре разработал возможную версию развития событий на металлургических рынках с целью устранения в условиях кризиса своих российских и китайских конкурентов. Ведь Алексей Мордашов – активнейший сторонник вступления России в ВТО и даже возглавляет рабочую группу в РСПП по этой проблеме. Это ли не свидетельство о стремлении к честной конкуренции с российскими и зарубежными производителями продукции, включая производство крепёжных изделий?

Просто вследствие проводимой в России с 1992 г. экономической политики карты так ложатся. Поэтому все чаще приходится работать на «чужого дядю», сокращая в стране товарное производство отечественной продукции, из-за чего непрерывно возрастает импорт всего и вся.

В результате проведения такой политики страна оказалась в состоянии перманентного экономического и финансового кризиса и выживает в основном за счёт экспорта углеводородов, металла, а также металлопродукции, большей частью - первых переделов (см. «Экономический кризис в России – порождение её хронической денежной дистрофии. Как излечить больной организм?» - «Промышленные ведомости», № 11, ноябрь 2008 г.).

Экономические условия в стране делают невыгодными инвестиции в товарное производство, в том числе из-за крупных рисков. Поэтому те же российские металлургические иерархи вынуждены вывозить за рубеж капитал, накапливаемый за счёт госдотации экспорта, то есть за деньги отечественных налогоплательщиков, и вырученный от продажи российских активов. По тем же причинам и ввиду отсутствия выгодных перспектив расширения сбыта внутри России игнорируется необходимость воспроизводства основных фондов и внедрения новых технологий.

Поддерживать «конкурентоспособность» избранным товаропроизводителям помогают, как отмечалось, на внутреннем рынке – Закон, направленный против интересов потребителей, а при экспорте – дотации за счёт завышенного курса обмена рубля на доллар с евро, и экспорта более дешёвых на внутреннем рынке ресурсов в составе готовой продукции.

Совершенно очевидно, что, не устранив принципиальные причины деградации российской экономики, и не реформировав ее, нельзя будет решить проблемы реального сектора вообще и металлургической отрасли в частности. Возможные пути реформирования подробно рассмотрены в упомянутой выше публикации, посвященной анализу экономического кризиса в России и возможностям его устранения.

От рынка для Буратино к правовому регулированию в экономике и торговле

Происходящее – результат не только проводимой экономической политики, но и неэффективного управления экономикой. В рыночных условиях, когда главной целью бизнеса является получение максимальной прибыли, значительная роль должна отводиться государственному нормативно-правовому регулированию, в том числе в сфере торговли, а также стандартизации качества продукции. Таким образом государство должно балансировать интересы производителей и потребителей продукции, исходя из своих обязательств защищать конституционные права граждан и общества.

Как сегодня регулируются отношения в торговле видно не только на примере хаоса в ценообразовании. Это наглядно демонстрируют и противоимпортные расследования, правила проведения которых регламентированы соответствующим Законом. Некоторые его опасные для экономики страны пороки рассмотрены выше. Но это не всё.

Прописанные в нём меры – специальные защитные, антидемпинговые и компенсационные, ограничивающие в той или иной мере импорт товаров, вообще лишены здравого экономического смысла. Так, защитные меры в виде установления повышенных пошлин и квот на ввоз продукции вводятся вообще по декларативному заявлению жалобщиков, что импорт якобы наносит серьёзный ущерб отрасли вне зависимости от породивших его причин и без какого-либо учёта интересов потребителей. Причём критерии серьёзности ущерба, как отмечалось, отсутствуют.

Введение антидемпинговой меры, как следует из её названия, имеет абсурдное обоснование. Если вдуматься, то спрашивается, какой дурак станет продавать продукцию себе в убыток, т. е. по цене ниже себестоимости? Ведь альтруистов в бизнесе не бывает. Замечу, руководители компаний «Северсталь–метиз» и «ММК-Метиз» явно лукавили, ходатайствуя о проведении специального защитного расследования вместо антидемпингового. Ведь основные конкурентные преимущества импортируемого, в том числе китайского, крепежа – более низкие цены вследствие существенно меньшей себестоимости при значительно лучшем качестве. Именно эти факторы наносят «серьезный ущерб» жалобщикам. Поэтому они и просили в дополнение к ввозной пошлине, равной 15%, ввести еще специальную защитную в размере 36%.

Обе упомянутые меры вводятся фактически по одним и тем же причинам, хотя регламентируемые Законом основания несколько разнятся. Но продажа импортной продукции по более низким ценам вследствие её низкой себестоимости по сравнению с отечественной демпингом не является. Это просто добросовестная конкуренция в интересах потребителей, поощряемая во всём мире законодательно. К тому же, эти меры, как отмечалось, в нарушение ст.34 Конституции РФ и ФЗ «О защите конкуренции» ограничивают конкуренцию на внутреннем рынке, и обеспечивают на нём доминирующее положение отечественным монополистам, провоцируя тем самым различные злоупотребления и недобросовестную конкуренцию.

Поэтому в стране, в частности, значительно выросли цены на металл (прибыль некоторых компаний недавно достигала 60%), чем усиливается ценовая инфляция. Её дополнительному росту способствует увеличение ввозных пошлин, включаемых в цены. Пошлины же в итоге выплачивает российский потребитель, чем компенсирует импортёру соответствующие затраты. Иначе как абсурдной, такую меру назвать нельзя. И ещё одно обстоятельство. Обе меры способствуют технологическому застою, отбрасывая отечественную экономику всё дальше от мирового прогресса. Таким образом, эти меры являются не только антиконституционными, но и экономически абсурдными и вредными.

А какой смысл в третьей мере, компенсационной, согласно которой в дополнение к ввозной пошлине вводится ещё и компенсационная? Такой же, как в двух остальных. Компенсационная пошлина должна якобы нейтрализовать воздействие на защищаемую отечественную продукцию субсидий иностранного государства на ввозимую оттуда продукцию. Но и эту дополнительную пошлину также в итоге выплачивают отечественные потребители, компенсируя зарубежному продавцу соответствующие затраты. Спрашивается, а стоит ли овчинка выделки?

При ввозе в страну товаров импортёры на таможне помимо ввозной пошлины выплачивают также НДС, акцизы и различные таможенные сборы. Согласно таможенной статистике общая сумма таможенных платежей, перечисленных в 2008 году в бюджет, составила 4694,5 млрд. рублей, в том числе ввозная пошлина – около 625,57 млрд. рублей или 13,3%. А по отношению к общей сумме доходов консолидированного бюджета, составившей 16003 млрд. рублей, доля ввозной пошлины в 2008 г. не превысила 3,9%.

Как отмечалось, эту пошлину, поступающую в доход бюджета, импортёры включают в цену своей продукции, и её компенсируют им российские покупатели. Поэтому пошлина оборачивается для российского населения, которое в итоге выплачивает все налоги в стране, за исключением вывозных пошлин при экспорте, дополнительным налогом. Взимают же его для создания условий недобросовестной конкуренции некоторым российским товаропроизводителям, и реализации их более дорогой и менее качественной продукции.

Спрашивается, почему потребители должны оплачивать ущемление собственных интересов и интересов самого государства, так как ввозные пошлины увеличивают ценовую инфляцию, с которой государство многие годы безуспешно пытается бороться? Еще никто не посчитал, во что обходятся бюджету антиимпортные расследования, и окупают ли принимаемые меры конечный результат, на который влияет еще одно важное, неучитываемое обстоятельство. Рост цен на импортную продукцию, вызываемый увеличением ввозных пошлин, приводит к подорожанию в нелинейной прогрессии всего того, что производят с ее применением. Далее подорожавшие ресурсы, комплектация и оборудование, изготавливаемые с применением ставшими более дорогими импортными компонентами, бумерангом возвращаются к жалобщикам в виде возросших издержек.

Вывод напрашивается сам собой: антиконституционный, социально и экономически вредный Закон надо срочно отменять. Необходимо по этим же причинам впредь запретить и антиимпортные расследования по нынешним критериям, договорившись с другими странами об изменении некоторых правил внешней торговли. Они должны удовлетворять балансу интересов потребителей и товаропроизводителей, и обеспечивать условия безопасности государств.

Вместо ввозных таможенных пошлин –

квотирование согласно нормам государственных стандартов

В стране давно также назрела необходимость в разработке и внедрении системы правового регулирования торговли, включающей нормирование взаимоотношений продавцов и покупателей на внутреннем и внешнем рынках, ценообразования, импортных и экспортных потоков, а также таможенный контроль и контроль качества продукции, и многое другое. Все эти аспекты тесно взаимосвязаны и образуют комплексную проблему, решение которой требует координации действий. У нас же сегодня кто-то кроит рукава для пиджака, кто-то шьёт брюки, кто-то пришивает пуговицы и т. д., но за качество костюма ответственности никто не несёт. Поэтому он оказывается непригодным.

Так, главсанврач страны волюнтаристски запрещает ввоз в Россию более качественных, нежели отечественные, белорусских молочных продуктов, на которые давно выданы все необходимые подтверждения их соответствия российским нормам. Тем самым он взял на себя функции таможни, видимо, не осознавая, что у нас с Беларусью общая таможенная территория. Но по сей день отсутствуют единые нормативные документы, регламентирующие качество продукции, допускаемой на общий рынок, и ни одна из сторон не имеет права навязывать другой стороне свои внутренние нормативно-правовые акты.

В то же время основной виновник отсутствия таких единых документов, отвечающий за регулирование отношений на общих таможенных территориях, министр экономического развития Эльвира Набиуллина в беседе с Владимиром Путиным искренне удивилась, что у нас с Беларусью эти документы, оказывается, не гармонизированы. Надо полагать, ей еще и неведомо, что они должны быть не гармонизированными, а едиными на общей таможенной территории, и именно она в ответе за их отсутствие.

Другой федеральный орган регулирует тарифы для естественных монополий, непрерывно и с опережением по отношению к росту цен на все виды продукции повышая их, чем также поддерживается рост ценовой инфляции и провоцируется спад производства.

Совершенно очевидно, что для правового комплексного регулирования торговых отношений необходимо создать федеральное министерство торговли. Как известно, система управления любым объектом для его устойчивого функционирования требует наличия прямых и обратных связей, реализуемых звеньями регулирования и контроля соответственно. Поэтому будущему минторгу, если его создадут, должны быть переданы все функции регулирования и контроля торговых отношений на внутреннем и внешнем рынках, которые взаимосвязаны. Это контроль и регулирование цен и ценообразования, контроль качества продукции на рынках, регулирование импортных и экспортных потоков, товаров и услуг, принятие мер по пресечению злоупотреблений монополистами своим доминирующим положением на рынке и многое другое.

При этом ряд нынешних федеральных органов, в частности ФАС, службу, которая явно не справляется с возложенными на нее обязанностями, понадобится ликвидировать, а некоторые другие органы, в том числе таможенную службу и федеральную службу по тарифам, передать в ведение нового министерства. Министерство экономического развития и Минпромторг надо будет освободить от несвойственных им функций регулирования торговых отношений, с которыми они явно не справляются хотя бы в силу ограниченности возможностей.

Вопрос этот выходит за рамки публикации, поэтому кратко остановлюсь лишь на предлагаемых принципах регулирования импорта продукции.

Как показано выше, Закон, регламентирующий вредные для страны антиимпортные расследования, необходимо отменить. Надо отказаться и от регулирования ввозной пошлины, установив её ставку постоянной, в размере, обеспечивающем компенсацию затрат на оформление таможенных процедур.

Регулировать объёмы и номенклатуру импорта представляется целесообразным государственной стандартизацией определённых качественных характеристик продукции, которым она должна удовлетворять при использовании её внутри страны, а также путём установления квот на ввоз в страну продукции, но по объективным критериям. К сожалению, стандартизация уже давно бездумно разрушается с принятием в 2002 г. ФЗ «О техническом регулировании» (см. «Хаос в экономическом законодательстве и его опасные последствия. Как их устранить». – «Промышленные ведомости» № 7, июль 2008 г.).

Обязательность применения государственных стандартов этим актом отменена, а вместо них как обязательные для применения введены так называемые технические регламенты в статусе федеральных законов. Но они регламентируют лишь требования к безопасности продукции, а не к её качеству, что для многих видов товаров и услуг просто абсурдно. За 7 лет действия ФЗ «О техническом регулировании» принято лишь немногим больше 10 техрегламентов его нарушающих и явно смахивающих на недоделанные стандарты. В результате наш внутренний рынок и потребители оказались слабо защищенными в правовом отношении от экспансии некачественной продукции, в том числе зарубежной.

Восстановление обязательности применения ГОСТов при упразднении техрегламентов помимо решения многих прочих проблем позволило бы также регулировать потоки импортной продукции. Во-первых, при несоответствии зарубежной продукции нашим характеристикам качества, указанным в соответствующих государственных стандартах, её импорт был бы запрещён. Во-вторых, оперативным изменением нормируемых ГОСТами характеристик качества можно будет заставлять отечественных товаропроизводителей внедрять в производство прогрессивную продукцию, для чего потребуются новые передовые технологии. Замечу, внесение аналогичных поправок в технические регламенты, имеющие статус федеральных законов (это нечто новое в мировой практике), требует не менее двух лет, что делает наше отставание запрограммированным.

Введение в действие обновлённых стандартов будет задерживаться относительно момента их обнародования на время, достаточное для внедрения соответствующих технологий. Если после этого срока спрос на новую продукцию будет полностью удовлетворяться отечественными товаропроизводителями при таком же её качестве, что и импортируемая, но при более низких ценах, то ее импорт может быть либо существенно ограничен квотированием, либо запрещён. В противном случае ограничений не будет.

Очевидно, для такого регулирования потребуется непрерывный мониторинг состояния внутреннего рынка и его показателей - цен, спроса и предложения, что связано с определёнными затратами. Росстат с этим делом ввиду ограниченности средств и кадров не справится. Поэтому представляется целесообразным мониторинг рынка будущему минторгу осуществлять в рамках государственно-частного партнёрства с отобранными для этой цели общественными корпоративными организациями. К примеру, этим делом уже сегодня активно занята Ассоциация «Росметиз».

Многие крупные бизнесмены, в том числе в РСПП, возглавляют общественные специализированные комитеты и тратят немалые средства на их содержание и текущую деятельность. Однако пользы от этого самому бизнесу никакой. Более того, во многих случаях в силу некомпетентности и (или) беспринципности штатных сотрудников комитетов поддерживается принятие опасных и вредных для самого бизнеса законов. К примеру, «олигархи» по рекомендациям ряда комитетов РСПП дружно одобрили так называемую реформу электроэнергетики.

В результате стали интенсивно расти цены на электроэнергию, что привело к увеличению себестоимости продукции, особенно металлургической. Вместе с тем, с развалом централизации электроснабжения оно будет разваливаться. Поэтому крупные компании вынуждены скупать активы бывшего РАО «ЕЭС» и вкладывать средства в их обновление, что также ведет к увеличению издержек.

Ещё пример - ФЗ «О техническом регулировании» и техрегламенты. Вместо отмены этого опасного для экономики закона комитеты РСПП дружно обсуждают и «в целом» одобряют никуда не годные законопроекты техрегламентов. Эти же комитеты в течение нескольких месяцев дружно одобрили три редакции совершенно неграмотного законопроекта «О стандартизации» (см. «Театр абсурда на сцене «Ростехрегулирования». Проект закона о стандартизации – сертификат профнепригодности его авторов и заказчика». – «Промышленные ведомости» № 4, апрель 2009 г.).

Представляется, что в интересах самого бизнеса средства, которые тратятся, в лучшем случае, на ненужную работу упомянутых комитетов и некоторую иную деятельность РСПП и ТПП РФ, следует направить в рамках предлагаемого государственно-частного партнёрства на мониторинг рынков различных видов продукции.

Конечно же, государственно-частное партнерство можно распространить на всю сферу регулирования торговли. Так, если специальному органу, условно госснабу, подчинив его будущему минторгу, вменить в обязанность проведение на конкурсной основе централизованных оптовых закупок отечественной и зарубежной продукции для государственных нужд, а также для естественных монополий, то можно будет существенно снизить коррупционные издержки и сэкономить немалые бюджетные средства.

Этот условно госснаб целесообразно создать в виде хозрасчётной организации, установив фиксированные тарифы на ее услуги. Тогда на часть выручки можно будет по конкурсу выбрать компанию, которая занимается электронными торгами, с привлечением независимых экспертов для оценки характеристик предлагаемой продавцами продукции и отбора её для участия в конкурсных торгах.

Такой независимый оптовый покупатель позволит в значительной степени устранить возможности сговора чиновников, представляющих конечных покупателей, с выгодными для них лично компаниями-поставщиками, что, как правило, связано с «откатами» немалых денежных сумм в карманы определённых лиц. А изготовители отечественной продукции наверняка будут заинтересованы в открытости и всеобщей доступности организуемых торгов. Ведь сегодня ею нередко «пренебрегают» из-за получения некоторыми чиновниками крупных комиссионных при покупке импортной продукции, даже если она хуже и дороже отечественной.

Возможности государственно-частного партнёрства в сфере правового регулирования торговли и торговых отношений далеко не исчерпываются перечисленными. Его надо внедрять и в другие сферы экономики. Но партнёрство примет масштабный и полезный характер лишь при осознании представителями бизнеса необходимости кооперации с государством для защиты общих экономических интересов. Крупные компании могли бы для этого командировать в федеральные органы на какое-то время некоторых своих специалистов, так как дефицит там квалифицированных кадров уже давно принял угрожающие размеры.
                                                             ***
К сожалению, пока «государственно-частное партнерство» зачастую сводится к лоббированию некоторыми чиновниками интересов отдельных компаний в ущерб остальным субъектам хозяйственно-экономических отношений. Причем, делается это ввиду безнаказанности нагло. В качестве последнего примера можно указать на публичные слушания по антиимпортному расследованию крепежа.

Многие участники слушаний, включая представителей Евросоюза, Китая, Украины и Беларуси, официально заявили, что при расследовании недопустимо использовать недостоверные (читай - фальсифицированные) данные заявителей. Однако заместитель директора госрегулирования внешнеторговой деятельности Минпромторга Алексей Дъяченко проигнорировал эти заявления.

Хотелось бы надеяться, что столь беспардонное поведение официального лица, который порочит авторитет нашей страны и наносит ущерб ее интересам, получит, наконец, должную оценку. В назидание другим.

 

                Сбор подписей под обращением к председателю Правительства РФ: Не надо повышать пошлину на импорт крепежа!



Обсуждение статьи на форуме

Другие статьи номера «ПВ» , 0

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100