Газета 'Промышленные ведомости'
Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
«ПВ» , 0  -  cодержание номера 

Как решаются газовые проблемы
энергетической политики России

Игорь Томберг

Предвыборный обмен активами

Топливо сегодня – это не только и даже не столько экономика. Сказанное наглядно продемонстрировала состоявшаяся 18 декабря 2007 г. в главном офисе «Газпрома» церемония ввода в промышленную эксплуатацию Южно-Русского месторождения, а также весь политический контекст этого события. Несмотря на то, что само месторождение расположено в Западной Сибири, его официальный запуск был осуществлен в Москве за 3,5 тысячи км от него.

И событие оказалось очень даже политическим. Свой первый рабочий день в качестве официально выдвинутого кандидата в президенты России первый вице-премьер, глава совета директоров «Газпрома» Дмитрий Медведев почти полностью провел в «Газпроме», где вместе с вице-канцлером, министром иностранных дел Германии Франком Вальтером Штайнмайером торжественно запустил Южно-Русское газоконденсатное месторождение в эксплуатацию.

После чего председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер и глава немецкой корпорации BASF Юрген Хамбрехт подписали сертификат о закрытии сделки по обмену активами в рамках проекта освоения месторождения. Кроме того, «Газпром» вплотную подошел к окончанию переговоров об обмене активами с другим немецким энергетическим гигантом – E.ON.

Огромное внимание, уделенное событию российскими СМИ, означает, что именно на улице Наметкина главный кандидат в президенты начал свою избирательную кампанию. Причем, выбор повода – серьезное продвижение в деле интеграции российского и европейского энергетических комплексов и является явным сигналом Западу. Запуск Южно-Русского месторождения продемонстрировал новые принципы Москвы в отношениях с зарубежными партнерами. «Газпром» реализовал первую крупную сделку с Европой, предусматривающую допуск немецких компаний к добыче газа в России в обмен на передачу российскому холдингу европейских энергетических активов.

Впредь Россия готова допускать западные энергетические корпорации к своим месторождениям на паритетной основе, в обмен на допуск российских компаний к европейским активам, в том числе в сфере транспортировки, хранения и распределения углеводородов. Есть и общеполитический контекст: преемник В. Путина демонстрирует стремление расширять сотрудничество на взаимной основе.

Южно-Русское месторождение должно стать основной сырьевой базой для строящегося по дну Балтийского моря из России в Германию газопровода Nord Stream. О значении этого проекта для обеих сторон говорит тот факт, что символическую кнопку нажимали чиновники самого высокого ранга.

Нет сомнения, что сигнал принят. Уже накануне церемонии запуска месторождения и визита в офис «Газпрома» министр Франк-Вальтер Штайнмайер заявил в интервью Frankfurter Allgemeine: «Германия должна развивать плодотворные отношения с Россией, и подобная точка зрения не нуждается в сертификатах о качестве реформ российского правительства». Таким образом, немцы продемонстрировали, что, когда дело касается их экономических интересов, политика уходит на задний план.

Здесь они не оригинальны. Итальянские Eni и Enel также получили доступ к российским энергетическим активам, французской Total доверено участие в освоении Штокмановского месторождения. Взамен «Газпром» был допущен к распределительным энергосетям этих стран, а французские и итальянские чиновники всячески воздерживаются от критики политических процессов в России и отнюдь не склонны поддерживать политические инсинуации насчет «угрозы зависимости Европы от Газпрома».

Сырьевая база Nord Stream очень перспективна с точки зрения запасов углеводородов. Запасы Южно-Русского месторождения составляют: газ по категории АВС1 - 825,2 млрд. кубометров, по категории С2 - 208, 9 млрд. кубометров, нефть - 5,7 млн. тонн. На проектную мощность - 25 млрд. кубометров газа - месторождение планируется вывести в 2009 году. На сегодняшний день инвестировано 850 млн. евро, общий объем вложений оценивается в 2 млрд. евро., доля экономического участия германского BASF составит 35%.

После вывода добычи на проектное значение партнеры смогут получить от продажи газа уже в 2009 году $4,3-4,7 млрд., а по некоторым оценкам, $6 млрд. В таком случае BASF будет получать в рамках проекта $2,1 млрд. в год, E.On в случае вхождения в альянс - $1,5 млрд., «Газпром» - $2,4 млрд. выручки при сохранении полного контроля над лицензией. Кроме того, Южно-Русское может позволить «Газпрому» увеличить рост добычи газа с нынешних 0-1% в год до 4%. Впрочем, партнеры считают подсчет доходов пока преждевременным - сначала они должны официально разделить затраты по проекту.

По соглашению между «Газпромом» и BASF, предусматривается увеличение доли «Газпрома» в Wingas GmbH (газовый трейдер в ЕС) до 50% минус одна акция. Он также получил 49% в Wintershall AG (владеет правом на добычу в рамках концессионных соглашений в Ливии). Wingas принадлежит сеть магистральных газопроводов длиной свыше 2 тыс. км. В 2006 году сбыт природного газа компанией Wingas достиг рекордного уровня и составил 23,2 млрд. куб. м. "Газпром" в партнерстве с немецкой компанией Wingas планирует увеличить мощности совместных подземных хранилищ газа (ПХГ) до 8 млрд. куб. м.

BASF получил 25% минус одна обыкновенная акция в ОАО «Севернефтегазпром» (владеет лицензией на разработку Южно-Русского) и одну привилегированную акцию без права голоса, которая эквивалентна 10% участия в проекте. То есть BASF сможет поставить на свой баланс около 35% запасов Южно-Русского, что существенно поднимет его капитализацию.

Е.ОN определила список активов, которые получит российская сторона в обмен на ее участие в Южно-Русском месторождении. Эти активы представляют собой несколько электростанций в различных странах Западной и Центральной Европы, а также подземные газохранилища.

После церемонии в «Газпроме» Франк Вальтер Штайнмайер был принят в Кремле Владимиром Путиным. Российский президент расшифровал политическое значение события с точки зрения перспектив российско-европейского диалога: «Дело не в объемах, которые будут поставляться с этого месторождения, дело в качестве отношений между партнерами. Обмен активами и повышение доверия друг к другу - это как раз то направление в развитии сотрудничества в сфере энергетики, которого так добиваются и на которое в целом при учете интересов друг друга готова и российская сторона».

В то же время, отмечая экономическую выгодность проекта для стран-участниц, Путин отметил, что «это и нефть, и газ, это необходимый запас прочности для европейской и, прежде всего, германской экономики». Действительно, дополнительные 25 млрд. кубометров газа для наращивающей потребление Европы – ощутимый добавок, вполне сопоставимый с возможностями экспорта всей Центральной Азии, вокруг которой Брюссель ведет столь интенсивную политическую игру.

Верное средство от проекта газопровода «Навуходоносор»

20 декабря 2007 года Россия, Казахстан и Туркмения подписали соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода. Подписание состоялось в Кремле по итогам переговоров В. Путина и Н. Назарбаева.

План проекта предусматривает в 2009-2010 г. реконструкцию старого трубопровода Средняя Азия – Центр (САЦ-3) от туркменского Бегдаша до казахстанского Бейнеу и далее с прокачкой 10 млрд. куб. м в год, а на втором этапе, в 2010-2017 г., - строительство нового газопровода до Александрова Гая на российско-казахстанской границе с пропускной способностью 20 млрд. кубов в год. В результате будет создана Прикаспийская газопроводная система (ПКГС) с пропускной способностью 30 млрд. куб. м газа в год.

Строительство Прикаспийского газопровода должно быть завершено к 2010 году, при этом инвестиции каждая сторона будет осуществлять самостоятельно. Стоимость строительства составит около $1 млрд. Соглашение действует до конца 2028 года и может автоматически продлеваться на каждый следующий год.

Прикаспийский газопровод пройдет вдоль побережья Каспийского моря - 360 км по туркменской территории и 150 км по территории Казахстана - и состыкуется с системой САЦ на казахстанско-российской границе. Благодаря новому газопроводу экспорт туркменского газа в Россию увеличится на 20 млрд. кубометров и составит 80 млрд. кубометров в год. Это программа-максимум, а на первом этапе Россия гарантирует закупку у Казахстана и Туркмении по 10 млрд. кубометров газа в год, что позволит вывести проект на минимальную рентабельность.

Принципиальное соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода было достигнуто в ходе переговоров президентов России, Казахстана и Туркмении в Ашхабаде в мае 2007 года. Подписание документа планировалось еще в начале осени, однако несколько раз откладывалось. Конфликт интересов, безусловно, имел место.

Однако главная причина задержки связана с тем, что развитие ПКГС не является необходимостью сегодняшнего дня, - газ даже для первой очереди появится в достаточном объеме только после 2012 года. И документ, подписанный 20 декабря, имеет пока больше политическое, чем газотранспортное значение: Москве удалось достичь серьезного успеха в продвижении своих интересов как поставщика газа в Европу. Практическая ценность Прикаспийского проекта на сегодня лежит скорее в плоскости глобальной стратегии, снижая шансы на реализацию идеи лоббируемого Западом Транскаспийского трубопровода в обход России.

Подписание соглашения по Прикаспийскому газопроводу - удар по планам США и ЕС создать газотранспортные маршруты в обход России. Прикаспийский газопровод ставит под вопрос осуществимость альтернативного проекта «Nabucco» («Навуходоносор») - на него просто не хватит газа.

«Nabucco» - проектируемый магистральный газопровод протяженностью 3,3 тыс. км в обход России из Центральной Азии в страны ЕС, прежде всего Австрию и Германию. Проектная мощность - 26-32 млрд. кубометров газа в год. Строительство планируется завершить к 2012 году. Предполагаемая стоимость проекта - $6,2 млрд. В проекте участвуют Австрия, Турция, Болгария, Румыния, Венгрия. Первоначально проект газопровода «Nabucco», представленный в 2004 году, предполагал поставку газа в Европу с месторождений Ирана в Персидском заливе. В 2006 году было принято решение изменить его таким образом, чтобы поставлять газ из Туркмении, Узбекистана и Азербайджана.

Главная интрига подписанных 20 декабря договоренностей заключается в том, что вместо планировавшихся 30 млрд. куб. м газа в год по Прикаспийской нитке будут транспортировать только 20 млрд. куб. м. Кроме того, жестких гарантий поставок газа в новый газопровод в документе нет. И Туркменистан, и Казахстан, подписав соглашение, взяли на себя обязательства обеспечить поставки в Прикаспийский трубопровод до 20 млрд. кубометров газа в год (до 10 млрд. кубометров каждый).

В поисках объяснений этому эксперты находят как политические, так и чисто ресурсные причины. Не исключено, что Туркмения пытается оставить за собой свободу рук в диверсификации маршрутов поставок или, по крайней мере, сохранить возможность дальнейших переговоров по Транскаспийскому газопроводу.

Впрочем, игра эта обоюдоострая. Узбекистан до сих пор ограничивал транзит туркменского газа для увеличения собственного экспорта по САЦ. Не случайно президент Туркменистана Г. Бердымухаммедов перед подписанием документа 20 декабря объявил о намерении добиться резолюции ООН в поддержку безопасности международных маршрутов энергоносителей.

В эти же дни он позвонил узбекскому лидеру И. Каримову, с которым обсуждал тему беспрепятственного транзита. Тем самым Ашхабад подает Москве сигнал: прогресс ПКГС связан с получением гарантий в отношении того, что расширение САЦ пойдет под рост поставок туркменского, а не узбекского газа. Если же Россия отдаст предпочтение Ташкенту, то резолюция ООН может дать толчок строительству Транскаспийского газопровода, чего опасается Москва.

Несмотря на то, что, по мнению Ашхабада, именно развитие САЦ представляется наиболее реальным вариантом наращивания экспорта из Туркменистана в Россию, туркменское руководство весьма заинтересовано в том, чтобы иметь независимую от соседнего Узбекистана газотранспортную магистраль на запад, а это – Транскаспийский маршрут. Вместе с тем нет уверенности в том, что у Туркмении и Казахстана хватит газа для загрузки новой трубы.

Основной поставщик газа со стороны Туркмении - малазийская компания Petronas, оператор нефтегазового проекта «Блок 1», куда входит несколько месторождений на шельфе Туркменистана (Диярбекир, Магтымгулы, Овез, Гараголдениз, Машрыков), на уровень добычи 10 млрд. куб. м в год рассчитывает выйти только в 2012 году. Есть еще газодобывающие компании Burren Energy (Великобритания) и Dragon Oil (Дубаи).

Объединенные поставки этих трех операторов дадут в 2010 г. 5-6 млрд. куб. м газа для заполнения САЦ-3, в 2011 – 8-9 млрд. куб. м, а, начиная с 2012 г., создадут превышение пропускной способности восстановленного трубопровода на 2-3 млрд. в год.

Однако сомнительно, что этот избыток станет причиной строительства нового Прикаспийского газопровода. К 2017 г. добыча газа у всех трех компаний снизится. Для запуска нового газопровода, способного перекачивать около 30 млрд. куб. м газа ежегодно, необходимо подготовить новую ресурсную базу в туркменском и казахском секторах Каспия.

Переговоры об участии российских компаний, прежде всего «ЛУКОЙЛа» и «Газпрома», в разведке и добыче газа в Туркменистане идут полным ходом, но начать промышленную добычу газа в 2010 году - нереально. С Казахстаном ситуация тоже непростая - соглашение о совместном освоении крупного газового месторождения «Курмангазы» есть, но до реализации проекта еще дальше, чем в случае с Туркменистаном.

Если уж с ресурсами для Прикаспийского газопровода не все ясно, то говорить о заполнении среднеазиатским газом далекого «Набукко» – вообще наивно. Не случайно еще в октябре 2007 г. генеральный секретарь секретариата Энергетической хартии ЕС Андре Мернье честно признал проект «Набукко» «мертворожденным ребенком». Ресурсов для его заполнения недостаточно, а риски слишком велики.

И при всех вариантах не надо забывать, что существует еще направление на Восток – альтернатива куда более серьезная, чем газопроводный маршрут «Транскаспий - Набукко». Генеральное соглашение о строительстве газопровода Туркмения – Китай через узбекскую и казахскую территорию было достигнуто 3 апреля 2006 года в Пекине. Запустить трубу планируется в первый день 2009 года. Китай, согласно договору, получит не только трубопровод и 30 млрд. куб. м газа в год, но и лицензию генерального подрядчика на разработку туркменских газовых месторождений на правобережье Амударьи.

Выиграв газопроводную партию у Европы, России пришлось пойти на уступки Казахстану и Туркмении. Согласившись на строительство Прикаспийского газопровода, сначала Туркмения подняла цену своего газа со $100 в 2007 году до $130 в первой половине 2008 года и до $150 - во второй. Если учесть, что доказательств наличия в Туркмении колоссальных газовых запасов никто до сих пор не представил, то Россия сумела за не самую высокую цену добиться от Ашхабада максимум того, что он может сегодня дать.

Вскоре после увеличения цен на туркменский газ о своих ценовых амбициях объявил и Узбекистан, но, так как в проекте Прикаспийского газопровода он играет несущественную роль, повышения закупочных цен эта страна пока не добилась.
Уже сейчас цена казахского газа выше, чем туркменского - $165 за 1 тыс. куб. м. Нельзя исключать, что закупочные цены на казахский газ будут пересмотрены в сторону повышения, как и тарифы на транспортировку газа по территории Казахстана.

На встрече президентов 20 декабря поднимался вопрос о повышении ставки на транзит туркменского и узбекского газа по территории Казахстана с $1,1 до $1,5-1,85 за прокачку тысячи куб. м на 100 км. Казахстан уже предъявил требования повысить в 2008 году стоимость своего газа до $190. Это повышение можно считать неизбежным – такова цена за выгодный для России Прикаспийский проект. Да и рентабельность поставок «Газпрома» в Европу вполне позволяет согласиться на повышение цены некритичных в общем потоке объемов казахского газа.

Пока же Астану больше интересуют уступки России в сфере транспортировки нефти. Казахстан уже договорился с нашей страной о том, что будет участвовать в наполнении нефтепровода Бургас - Александруполис. Кроме того, Н. Назарбаев предложил расширить возможности для экспорта казахстанской нефти по нефтепроводу Атырау - Самара (с 10 до 20 млн. т в год). Наконец, Казахстан предлагает расширить проект Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), довести его пропускную способность до 67 млн. т нефти. При этом Казахстан гарантирует поставку необходимых дополнительных 17 млн. тонн.

Переведя в практическую стадию соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода, Москва добилась серьезного успеха в продвижении своих интересов как поставщика газа в страны ЕС. Однако большая нефтегазовая игра в Евразии не закончена. Резкое повышение цен на углеводороды на мировом рынке делает углеводородные ресурсы Центральной Азии все более привлекательными. Имея такие серьезные козыри, как возможность играть на противоречиях между потенциальными потребителями, нельзя ими не воспользоваться.

Туркмения, например, к 2010 году обещает добывать уже 120 млрд. куб. м газа ежегодно (это почти в два раза больше, чем сейчас), в том числе более 100 млрд. кубов - на экспорт. А Казахстан ко времени запуска Прикаспийского газопровода обещал увеличить добычу в полтора раза - до 45 млрд. куб. м в год, 12 млрд. из которых пойдут на экспорт, в основном в Россию. Эти заявления в Европе воспринимают как ответ на прогноз о росте потребностей европейских стран до 600 млрд. куб. м в год к 2015 году. Однако стремление Москвы к расширению энергетического сотрудничества с ЕС, по идее крайне выгодному для Европы, все чаще сталкивается с политическими препятствиями. Яркий пример – ситуация с газопроводом Nord Stream.

В этой ситуации Москва полна решимости сохранить и умножить контролируемые рынки сбыта российских углеводородов. И 2007 год был для России в этом плане вполне успешным. Альтернативные пути транспортировки топлива в обход территории РФ будут по-прежнему поводом для торга, однако их угроза интересам России становится все менее реальной.

Реставрация старых идей во спасение «газового мира»

Завершился официальный визит премьер-министра Украины Юлии Тимошенко в Москву, в ходе которого она провела переговоры с премьером Виктором Зубковым и президентом Владимиром Путиным. Ее главной целью был пересмотр газовых схем, о которых 12 февраля договорились В. Путин и В. Ющенко. От украинского премьера ожидали любых неожиданностей, в первую очередь в газовом вопросе. «То, что задолжали, нужно платить, или наша страна станет перед вызовом, за который очень дорого заплатит. Я просил бы это учесть при организации переговоров в Москве», - напутствовал украинский президент премьера Ю.Тимошенко.

Однако по окончании переговоров Тимошенко в Москве стало ясно, что ей не удалось добиться пересмотра газовых схем, о которых договорились российский и украинский президенты. Перефразируя народную мудрость, можно сказать, что «ожидание визита оказалось страшнее, чем сам визит».

Фактически вся антигазпромовская риторика нового украинского премьера дала российской монополии возможность ужесточить подходы к экспорту на Украину, жестче требовать возврата долгов и идти на обострение по ценовым параметрам поставок. А требования устранить посредников привели лишь к тому, что в ходе встречи президентов Ющенко и Путина была разработана новая схема газовых отношений Москвы и Киева. Будут созданы два новых СП между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины», которые заменят действующие Rosukrenergo и ЗАО «Укргаз-Энерго» (СП «Нафтогаза» и RUE).

Новая схема будет, по сути, той же, но теперь посредниками станут компании, создаваемые на паритетных началах «Газпромом» и «Нафтогазом». Именно выведения из схемы совладельцев RUE Дмитрия Фирташа и Ивана Фурсина добивалась Тимошенко.
«Газпром» же формально даже выигрывает, так как его доля на внутреннем рынке Украины и, соответственно, доходы от этой деятельности вырастают вдвое.

По мнению украинских наблюдателей, «Газпрому» фактически предложили 50% доходов от продаж газа на внутреннем рынке. И если прибыль "Укргаз-Энерго" в прошлом году составила $183,5 млн., из которой «Газпрому» достанется $45 млн., то в нынешнем «Газпром» может рассчитывать как минимум на $90 млн. Так что политические декларации Ю. Тимошенко и их практические результаты далеки от прямой линейной зависимости…

В открытой части переговоров украинская правительственная делегация оспаривала договоренности президентов России и Украины, в том числе не признавая обязательств Украины выплатить газовые долги до 14 марта и сам размер долга за 2008 г. Кроме того, премьера и ее команду не устраивала новая схема, согласно которой «Газпром» и «Нафтогаз Украины» создают совместное предприятие по поставкам газа, и «Газпром» получает доступ к газораспределительному рынку Украины.

Позицию России можно охарактеризовать как гибкую и жесткую одновременно. Если украинская сторона примет решение об отказе от посредников, Россия препятствовать не станет. Однако с российской стороны газовые интересы неизменно будет представлять «Газпром», и Кремль не допустит ущемления его интересов ни при каких условиях.

К важнейшему же итогу визита Ю. Тимошенко в Москву надо отнести новую попытку перевести газовые отношения двух стран на более прочную основу путем обмена соответствующими активами. По окончании переговоров премьер В. Зубков заявил, что Россия предложила Украине совместно осваивать углеводородные месторождения в обеих странах, причем с равноценным обменом активами.

По другим данным, Ю. Тимошенко предложила главе «Газпрома» А. Миллеру возобновить работу Международного газотранспортного консорциума по управлению украинской газотранспортной системой в обмен на доступ к разработке месторождений газа в России и прямые поставки среднеазиатского газа в ближайшие три года. Под прямыми поставками понимается полное исключение посредников и продажа газа «Газпромом» «Нафтогазу Украины».

Эта идея обсуждалась давно, однако, после смены власти в Киеве, была отложена «в долгий ящик». Суть предложения Москвы: обмен доли в газотранспортной системе Украины на пакеты в некоторых газовых месторождениях, в том числе на Ямале. Для Украины это, в свою очередь, гарантия газоснабжения вне зависимости от переговоров с «Газпромом».

Впервые идея создания газотранспортного консорциума прозвучала на переговорах тогдашнего президента Украины Леонида Кучмы, тогдашнего же канцлера ФРГ Герхарда Шредера и президента РФ Владимира Путина в 2002 г. В итоге пришли к идее трехстороннего консорциума - Газпром, «Нафтогаз Украины» и Ruhrgas. В развитие проекта 2003 г. было создано ООО «Международный консорциум по управлению газотранспортной системой Украины», в котором 50% принадлежало «Нафтогазу» и 50% - «Газпрому». Однако проект так и не был реализован из-за разного понимания акционерами функций предприятия.

Несмотря на заинтересованность «Газпрома» в украинских транспортных активах, А. Миллер вместо бурного восторга от предложения потребовал от Украины выполнить все договоренности президентов двух стран от 12 февраля, а именно: о создании двух СП на паритетных началах и возврате до 14 марта $1,5 млрд. долга. Кроме того, как сообщила по возвращению в Киев сама Тимошенко, был поднят вопрос об оплате 4 млрд. куб. м газа, поставленных в этом году.

Сумму долга госпожа Тимошенко не назвала. Исходя из стоимости среднеазиатского газа для Украины ($179,5 за тыс. куб. м) получается $718 млн. Если же окажется, что это был российский газ (по $320 за тыс. куб. м), то сумма возрастает до 1,28 млрд. В «Газпроме» уточняют, что на российский газ пришлась лишь часть объемов. Если договоренности 12 февраля не будут выполнены, Россия перейдет к поставкам Украине исключительно российского газа по $320 за тыс. куб. м. В результате жесткой позиции «Газпрома» согласовать какие-либо вопросы сторонам не удалось.

Очевидно, что «Газпром» не согласится обсуждать предложение Тимошенко до тех пор, пока не появится стопроцентная уверенность, что с компанией рассчитаются за газ и допустят на внутренний рынок Украины. Что же касается идеи обмена активами, то добывающие активы на территории Украины (если такие имеются в сопоставимых размерах) российскую монополию вряд ли интересуют – свои месторождения компания явно не спешит разрабатывать. Но украинские газопроводы, ПХГ и активы в сфере сбыта газа – вопрос интересный. Хотя и не настолько животрепещущий, учитывая, что уже в 2011 году будут запущены российские газопроводы Nord Stream и South Stream.

Не стоит забывать и о возможном возникновении политических проблем международного газотранспортного консорциума, когда передача даже части газотранспортной системы иностранным компаниям рассматривается как ущемление суверенитета Украины. Не это ли имел в виду Ющенко в своем напутствии, говоря: «Страна станет перед вызовом, за который очень дорого заплатит»?

Есть опасения, что идею Тимошенко о воссоздании консорциума вряд ли поддержат ее коллеги, и премьер сможет реализовать план не раньше, чем станет президентом Украины.

Автор - ведущий научный сотрудник Центра энергетических исследований ИМЭМО РАН, кандидат экономических наук, профессор МГИМО МИД

fondsk.ru


Другие статьи номера «ПВ» , 0

Главная Подшивка Подписка Редакция Партнерство Форум
  © Промышленные ведомости  
Rambler's Top100